поместил сердце в последнюю банку. А потом — полностью погрузился в процесс разделки туши духовного лиса. Он бормотал под нос разные рецепты, будто уже мысленно проводил эксперименты с полученными ингредиентами.
Наконец незнакомец закончил работу и поднялся на ноги. Он аккуратно собрал все отобранное в мешок, скатал в рулон шкуру. Осмотрелся, и только сейчас заметил Хао Ю.
— Хах… Все-таки выжил. Ну ладно…
Хао приготовился к худшему, даже попытался поднять руку, чтобы сформировать на ней лезвие, но незнакомец наступил ему на запястье, выдернул из пояса зелье и влил в рот Хао. А потом — подхватил свернутую в рулон шкуру и был таков.
Глава 10
Следующие дни я жил, наслаждаясь всеми чувствами и способностями, которые давало мне тело высокорангового практика. Я с удовольствием выходил утром на луга и вдыхал полной грудью свежий, чистый воздух. Я ступал босыми ногами по мягкой траве. Наслаждался видами рассвета и заката — они казались мне безумно яркими.
Я бегал с сумасшедшей скоростью, соревнуясь с ветром. Плавал и нырял так глубоко, как только мог, в самые ледяные глубины реки Цин. Упражнялся в ледяном доспехе с ледяным же копьем.
Осознание, что я могу этого лишиться спустя неделю, не пугало меня. Страх был — самый первый, самый яркий его приступ. Но теперь он угас, зато жизнь стала куда ярче.
Сейчас я наслаждался каждым мгновением. Каждой минутой на лугу, ощущая росу и мягкий пырей под ногами. Чувством полнейшей свободы. Схватками с екаями в лесу Туманов. Даже мгновением черноты при телепортации.
Я начал забывать, что это моя вторая жизнь, и я могу просто наслаждаться ею, а настоятель меня встряхнул. Половником сыпанул в мою жизнь усилителя вкуса.
Не то чтобы я был благодарен ему за это.
Разумеется, я не только наслаждался последними деньками в статусе практика, но и параллельно вынашивал планы, как избавиться от проклятия. Правда, сперва у меня возникла мысль: а не позволить ли событиям идти своим чередом? Может, это именно то, что мне нужно? Потерять все, а потом заново пройти пробуждение, выбрав другой путь? Но звучало это не слишком надежно — в описании проклятия было сказано, что я потеряю все. Я не пройду по обоим путям, не пробужу одновременно живучесть и скорость, и когда я встретился с Крайслером, алхимик это подтвердил.
К Квейту я отправился вечером того же дня. Прошел по коридорам следом за слугой, и завалился в кабинет, где до этого массажировал алхимика.
Крайслер встретил меня настороженно — возможно, сказалась моя последняя выходка, а может, алхимик думал, что я просканирую его тело при контакте. В общем, при встрече я не протянул ладонь, дабы лишний раз не смущать человека, а тот и не настаивал: слегка повеселел и жестом указал на свободное кресло.
— Чай?
— Нет, спасибо.
— И все же я предложу, — Квейт показал слуге знак, и тот торопливо удалился. — С чем пришел? Разумеется я рад тебя видеть, просто мне казалось, ты понял, что массажи мне больше не нужны. Ты и так сделал много.
— Да, но я не по поводу массажа. Мне нужно твоё мнение, как практика, столкнувшегося с карательным эликсиром. Я слышал про неприятное проклятие, которое низводит практика до состояния обычного человека. Слышал о таком?
— Зачем тебе? — полюбопытствовал Квейт.
— Для общего образования.
Крайслер не показал своего недовольства, не дождавшись ответа на вопрос. Квейт почесал висок и задумчиво протянул:
— Проклятия — это больше магия, чем техники. И уж точно не эликсиры. Я не специалист в подобных вопросах.
— Ладно, — через силу улыбнулся я. — А если бы можно было с помощью проклятия потерять все силы, а потом — заново пройти путь культивации, ты бы согласился на такое? Я просто хочу понять, к чему подобное приведет обычного практика, и что будет с его способностями.
Алхимик задумчиво потер подбородок и вздохнул:
— Слушай, Китт. Проклятия редки, я слышал только сказки о них. Но не думаю, что проклятия назвали бы так, если бы они не калечили человека, а использовались как способ стать сильнее. Карательный эликсир, например, не просто откатывает тебя назад — он буквально выжигает энергетические каналы и духовные органы — ты сам видел результат. Думаю, что проклятие, каким бы оно ни было, будет действовать похожим образом. Все, что ты приобрёл благодаря энергии и духовной силе, будет уничтожено безвозвратно. Возможно, ты вернёшься на исходную точку, а может — упадешь даже ниже неё.
Я немного поколебался, затем осторожно спросил:
— А если я попробую использовать эту ситуацию себе на пользу? Может быть, после отката я смогу пробудиться снова и одновременно получить ловкость, силу и выносливость?
Крайслер покачал головой:
— Нет. Не думаю, что это сработает. Проклятие разрушит всё, что было взращено тобой на протяжении долгих лет. Твои мышцы, кости, внутренние органы — всё это сейчас пропитано духовной энергией. Когда проклятье вступит в силу, твоё тело будет буквально перекорёжено, как и от карательного эликсира. Ты потеряешь все, чего добился ранее. Твое тело станет едва ли не слабее, чем у обычного человека. Это будет не просто откат — это будет катастрофа для организма. Я слышал, у владельцев табличек есть некие особые способности — так вот, ты потеряешь и их.
Я почувствовал, как по телу расходится неприятный холодок.
— То есть никакого преимущества из этой ситуации не извлечь?
Квейт пожал плечами:
— После карательного эликсира люди сохраняют только опыт и знания, но становятся инвалидами. Однако рассчитывать, что после такого отката кто-то сможет развиваться сразу по нескольким путям или получить особые бонусы — бессмысленно и опасно. Это иллюзия. А если и не иллюзия, то я на твоем месте не стал бы ставить первые опыты на себе.
— Благодарю за честность.
— Обращайся.
Я улыбнулся и сразу же воспользовался его приглашением:
— С удовольствием. Кстати, помнишь, мы с тобой как-то сидели в чайной? — Я дождался кивка и спросил. — Почему на тебя не подействовало зелье подчинения?
Квейт посмотрел на меня с полуулыбкой, как на ребенка.
— Ты, видимо, недооценил, с кем имеешь дело. У каждого из нас…
Тут он осекся, будто вспомнил о чем-то. Взгляд на мгновение опустел (работала ли клятва Квейта в этот момент, или он просто решил не раскрывать мне секреты Дома?)
— Каждого из чистокровных Крайслеров ещё с юности начинают пичкать
