class="p1">Она махнула рукой — и сеть исчезла, а я упала на пол с высоты нескольких шагов и, кажется, оцарапала щеку о каменный пол. Встав, я вытерла кровь и осмотрела окруживших меня девушек.
Внутри как будто появился миллион иголок — плохо. Значит, магия готова вырваться наружу. И ни одна гадалка не смогла бы предсказать, чем это закончится. Рухнувшей крышей? Потопом? Мне нужно удержаться!
— Ты думала, тебе так легко сойдет все с рук? — прошипела Аделия, откидывая на спину длинные черные волосы. Она была ниже меня и намного шире. Интересно, а некроманты способны к боевым чарам? Или она мне просто собралась глаза выцарапывать?
— А что, Кайден тебя подраконил и бросил? — невинно спросила я. — Так это к нему вопросы, а не ко мне.
Зеленые глаза девушки прищурились.
— Гринс, ты что, думаешь, что неуязвимая? Что ты о себе возомнила, раз вьешься вокруг Кайдена? Думаешь, те, кто в самом деле может стать его партией, тебе это позволят?
Аделия подалась вперед, но Виктория неожиданно удержала ее за руку.
— Стой, не так быстро. Утри кровь, Гринс! Мы еще не дошли до самого интересного.
Виктория впечатала мне в грудь свой платок — я автоматически сжала его пальцами, потому что больше всего на свете была озабочена тем, чтобы не разнести здесь ничего. Покалывание под кожей нарастало — было страшно. Их я не боялась. А вот себя…
— А вы уже придумали, как будете делить Кайдена Грея после того, как разберетесь со мной? — с любопытством спросила я, пытаясь отвлечься.
Что? Ну мне в самом деле было интересно. Селия рассказывала, как это устроено у аристократов: браки обычно бывали договорными, где узами сочетались те, кто больше всего подходит друг другу по титулу, уровню магии и количеству золота на банковских счетах.
Как правило, помолвку заключали родители — и, будь Кайден Грей сыном лорда Грея, вероятно, отец давно уже имел бы на него виды и, может, успел бы с кем-то обручить.
Но, кажется, загвоздка была в том, что Кайден Грей сам был главой рода, даже кронпринц, его приемный отец, уже не мог Кайдену указывать: тот был совершеннолетним. Видимо, поэтому девушки твердо решили не бояться никаких методов на пути к лучшей брачной партии.
— Ах ты… — прищурилась Виктория и я, сжав портальный артефакт, поспешила унести от них ноги. В этот раз он, хвала всему святому, сработал.
Я не сразу поняла, куда меня выбросило, но быстро сообразила, что дело плохо, потому что оказавшееся у меня перед глазами окно стало трескаться.
Неприятный звук наполнил уши — разрушающийся камень. Я помнила его еще с первого курса, когда случайно обрушила часовню. Просто ребенок, один из тех, которые бегали по двору академии в те дни, когда сюда пускали зевак, забрался каким-то образом под самую крышу часовни, поскользнулся на деревянной балке и полетел вниз. Я смогла сделать что-то вроде воздушной подушки на полу и спасти его, но магии, которая вырвалась у меня, было слишком много — старинная каменная кладка стен не выдержала. Упс. Мы успели убежать, но часовня…
Хорошо, что никто не пострадал.
В этот раз… Нет, нельзя такого допустить. Нужно сдержаться! Я внутри академии, если стены рухнут здесь — всему конец.
— Катастрофа! Гринс!
Проклятие!
Шум в ушах заполнил все вокруг. Мне казалось, что меня сейчас разорвет!
— Гринс, — вдруг прозвучал совсем рядом мужской голос, низкий и приятный. Плечи обхватили тяжелые руки. — Дыши, Гринс. Слышишь меня? Давай вместе. Выдыхай, просто выдыхай. Три раза. Иди сюда.
Мою ладонь обхватила твердая рука, потянула вверх, а потом я почувствовала стук сердца, мерный и гулкий. Бом-бом-бом… Ощутила под пальцами напряженные мышцы, скрытые тонкой тканью рубашки.
— Вот так, выдыхай. Гринс! Тебе нужно успокоиться. Слушай мой голос. И выдыхай. Дыши, это просто. Пока я считаю. Раз…
Парень, стоящий напротив меня, мерно дышал, я старательно повторяла за ним, медленно, пока не начала кружиться голова от недостатка кислорода, а потом вдруг поняла, что мерзкий звук разрушающейся каменной кладки исчез.
Сердце колотилось. Покалывание магии изнутри исчезло, колени тряслись.
Неужели… Я огляделась. Стены целы! Окно — тоже! Ну, почти. Не считая трещин.
От счастья захотелось плакать, а потом я подняла взгляд вверх — и увидела ухмыляющегося Кайдена Грея, который прижимал мою ладонь к своей груди.
— Молодец, — с мерзкой надменной ухмылкой, как будто я была каким-то жуком, заявил он. — Сегодня ты не разнесла академию. Стоит отметить этот день.
— Что…
Это он? Он помог унять выброс моей магии? Но как… Как?!
Грей на это способен? До этого он гасил взрыв, который уже успел у меня вырваться, а сейчас… Я впервые смогла унять мою магию до того, как она выплеснулась.
Ну, почти.
Трещины не в счет!
— Дыши, я же тебе говорил. — Снова ухмыльнулся Грей. — Поцелуешь — расскажу подробнее. А если не только поцелуешь… то узнаешь еще больше.
— Я лучше поцелую саламандру, — выпалила я. — Но знаешь что? Давай. Мне необходимо взять под контроль мою магию. Любым способом.
От злости руки сжались в кулаки. Я не испытывала никакого желания не то что целоваться с Греем — даже находиться с ним рядом. Но стоило подумать о том, что однажды от моей магии кто-то сможет серьезно пострадать — как меня пробирало холодным потом.
— Ну? Я жду.
Грей долго молчал, глядя на меня, а потом покачал головой.
— Какая же ты глупая, мышка.
На секунду привычную ухмылку сменило совсем другое выражение лица: задумчивое, немного грустное и очень нежное. Грей протянул руку вперед, как будто хотел дотронуться до моего лица, а потом хмыкнул и отошел.
Подхватил что-то с пола и направился вперед по коридору.
— Пять минут в день, Гринс! — крикнул он, не оборачиваясь. — Дыши так, как только что научилась. И старайся в это время очищать голову. Вообще ни о чем не думать. Через неделю поговорим.
* * *
КАЙДЕН
Отойдя на несколько шагов от Гринс, я развернул платок, который поднял с пола. “В.О.” было вышито в углу лиловой вязью.
Кто бы это мог быть? Платок явно женский, кружевной. Внутри заметалась злость.
— Алан, мне нужен список адептов, — приказал я, влетая в кабинет ректора.
— А мне нужна спокойная, тихая жизнь, — откликнулся он, не отрываясь от письма, которое старательно писал длинным черным пером. — И личные границы. Ты не мог бы стучать, прежде чем вламываться ко мне в кабинет, дорогой приемный отпрыск? Никакого уважения к отцу.
Я отмахнулся. В то время, когда сумрачные твари заполонили королевство, Алан, кронпринц, вместе
