Таксист завел двигатель.
– Джеймс…
По ее тону он понял, она чем-то взволнована.
– Проблемы?
Она кивнула:
– Деньги. Как за все это платить?
– За машину мы ничего не должны, – громко произнес Джеймс и посмотрел в зеркало на водителя. – Верно?
– Точно. Я ваш должник.
Хорошо, что он успел предупредить водителя и рассчитаться с ним заранее.
Джеймс почувствовал на себе испытующий взгляд Кейтлин. К собственному удивлению, он осознал, что краснеет.
Кейтлин поняла, все разыграно специально для нее, но промолчала.
– Смотри, отсюда виден Крайслер, – попытался отвлечь он девушку.
Он понимал: постоянно действовать так будет нелегко. Ему посчастливилось родиться в очень богатой семье. Всю зарплату он перечислял на благотворительность, доход же получал из трастового фонда. Конечно, ради денег он может не работать ни дня. Но как же самоуважение? Он отдавал работе все время, какое мог. При этом старался не выставлять напоказ свое благосостояние перед коллегами, не говоря уже о людях, потерявших на его глазах все.
Сейчас он очень хотел показать Кейтлин город. Деньги, которые придется на это потратить, были для него сущими копейками, но для нее могли оказаться значительной суммой. Он знал: она никогда не примет их от него из гордости. Значит, придется что-то придумывать.
К счастью, он точно знал, где сможет найти лучший путеводитель.
Он обязательно покажет ей Нью-Йорк.
– Ты должна иметь представление, как здесь все устроено. Чем живет этот город. Знаешь, у меня есть план, как лучше все посмотреть.
– Да?
Он кивнул.
– Не будем стараться увидеть все за один день. У тебя в запасе целый месяц, можешь себе позволить не спешить.
– Ладно.
Джеймс усмехнулся. Кажется, ему удалось ее заинтересовать.
– Итак, план на сегодня: музей, парк и еще что-нибудь.
– На сегодня? – Кейтлин захихикала. – Похоже на составление экскурсионного маршрута.
– Наоборот. Устроим праздник. Уверен, тебя заинтересуют галереи, музей, верно? Места, где можно почерпнуть вдохновение.
– Пожалуй, – улыбнулась Кейтлин.
– И парк. Надо подышать свежим воздухом.
– А что еще?
– Что-нибудь интересное. Историческое место. Или библиотека, например. Потом решим.
– Звучит заманчиво. Вверяю себя в твои руки.
Смеется. Ну что ж.
– Отлично. Едем в музей. Метрополитен подходит?
– Прекрасно.
Через двадцать минут они выходили из машины. Джеймс велел водителю подъехать через два часа и достал из кармана билеты. Утром он распечатал их, пока Кейтлин была в душе.
– Не люблю очереди, – ответил он на ее удивленный взгляд.
– А я благотворительность в свой адрес.
– Можешь за это угостить меня обедом.
– Ловлю на слове, – совершенно серьезно произнесла Кейтлин.
– Конечно. – Он поцеловал ее и призвал не волноваться по поводу этих чертовых денег.
Нет, он не собирается поступать так все время. Нужно уважать право человека на независимость и личную свободу.
Джеймс это понимал, поскольку и сам в этом нуждался.
Войдя в главный зал музея, Кейтлин едва не задохнулась. Показалось, она сама стала выше ростом. Да, это именно то, что ей сейчас нужно.
Джеймс огляделся, поднял голову, чтобы полюбоваться восхитительным потолком, и почувствовал, что оживает. Посещение музея сейчас ему необходимо. Чтобы занять чем-то мозги.
Он предоставил Кейтлин самой решать, в каком направлении двигаться, и покорно шел в пяти шагах позади нее, наблюдая за покачивающимися бедрами. Сегодня на ней было другое платье, подчеркивающее талию и красивую грудь. Нет, он не должен думать о ее груди. Пройдут часы, прежде чем он сможет наконец снять с нее это платье и прикоснуться к розовому…
Джеймс мысленно нажал на тормоз.
«Сосредоточься!»
Как же сложно сконцентрироваться на искусстве! Отчего поход в музей показался ему прекрасной идеей? Зачем смотреть на полотна с «писанными» красавицами, когда рядом живая и такая желанная?
– Ты ничего не снимаешь, – обратился Джеймс к Кейтлин. – Решила купить открытки?
– Нет. Если мне что-то понравится, у меня всегда с собой это. – Она достала блокнот и открыла.
– Ты рисуешь? – Он заглянул ей через плечо, чтобы разглядеть изображенное на листах.
– Немного. Чтобы сохранить в памяти то, что мне нужно. – Она поспешно захлопнула блокнот, но он смог разглядеть несколько карандашных набросков.
– Что, например?
– Узоры. Орнамент. Идеи. Но самое ценное хранится здесь. – Она прикоснулась к виску.
Да, она умна. Энергична.
Мысли опять поползли в опасном направлении. Черт, ему нужно выйти на воздух.
– Теперь мы едем в Центральный парк? – спросила Кейтлин, когда они подходили к машине.
– Это было бы слишком просто, – усмехнулся Джеймс.
– Да?
– Мы едем туда, где ты не увидишь ни одного фотографа.
– И где же это место?
Он поднял палец к небу.
– Там круто. И вид потрясающий.
Она с восторгом оглядывалась по сторонам, когда они почти полчаса шли вдоль заброшенного железнодорожного полотна на высоте десяти метров от земли, где и был разбит парк.
Остановившись, она повернулась к Джеймсу:
– Прости. Тебе неинтересно. Ты все это уже видел.
– Ничего подобного. Я обожаю Нью-Йорк. – Черт, он уже и забыл, как прекрасно можно проводить время в этом городе. Когда у него последний раз был отпуск? Откровенно говоря, он уже не помнил. – И потом, я не бывал в этих местах вместе с тобой. Пошли. – Он кивнул в сторону видневшейся впереди палатки. – Угостишь меня обедом.
– Ты будешь это есть?
– Я люблю крендели.
– Углеводная бомба.
Джеймс кивнул:
– Мне необходима энергия.
Рассмеявшись, Кейтлин купила два больших аппетитных кренделя.
– Я знаю, ты так поступаешь, чтобы не вводить меня в траты.
– Осторожно, – шутливо предупредил он. – Будешь так на меня смотреть – я вновь захочу тебя поцеловать.
– Угу, – кивнула она и прошла на несколько шагов вперед.
Они гуляли по Хай-Лайн и жевали. Джеймс думал о том, что может прикоснуться к ней в любую минуту, но почему-то не прикасался. Взглянул на Кейтлин, она покраснела. Все мысли написаны у нее на лице.
– Пойдем дальше, – пробормотал Джеймс. – Теперь в библиотеку. – Он велел таксисту ждать их в конце парка.
– Львов зовут Терпение и Стойкость, – сообщил Джеймс, когда они были у входа. – На кого больше похожа ты?
