— Где мы? — спросил я пришедших за мной охранников. — Давайте, болтуны, говорите. Если вы мне скажете название планеты, никто вас за это не расстреляет. Я ведь все равно никому об этом не расскажу.
— Кеккончихи, — сказал один.
— Будь здоров. Только не вытирай нос рукой. — Но мне пришлось самому смеяться над своей шуткой. Никто меня не поддержал.
Какая ирония судьбы! Я обладал бесценной информацией. Знал название планеты и ее координаты. И не мог передать сообщение. Если бы я обладал хоть минимальными пси- способностями, через несколько часов здесь было бы полно солдат Лиги. Но таких способностей у меня не было. Меня не раз подвергали пси-тестированию — без всякого результата.
Но теперь мне было, чем занять свой мозг и избавиться от депрессии, угнетавшей меня все эти дни. Наступило время снова подумать о побеге.
Нет, — я не сумасшедший. Но мы приземлились и скоро должны будем покинуть корабль. Единственная возможность — сбежать при транспортировке. Как — я понятия об этом не имел.
Серые люди, естественно, не думали создавать мне условия для побега. Хотя с меня сняли цепи, но застегнули на шее металлический ошейник. Кровь застыла в моих жилах. Тонкий кабель от ошейника шел к металлической коробочке, которую один из охранников держал в руке.
— Можно обойтись без демонстрации, — попытался сказать я самым непринужденным тоном. — Я уже носил такую штуку, и ваш друг Край — помните Края? — довольно долго показывал мне принцип действия ошейника.
— Я могу сделать так, — сказал охранник, дотрагиваясь пальцем до одной из кнопок.
Пламя охватило все мое тело. Я ослеп, оглох, онемел, потерял разум. Каждый болевой нерв заработал на полную катушку под воздействием нейтральных токов, генерируемых в коробочке. Я знал это, но какая польза от таких знаний? Боль была нестерпимой и, казалось, никогда не прекратится.
Когда все наконец закончилось, я обнаружил, что лежу на полу, не в силах пошевелить и пальцем. Меня подняли на ноги и потащили по коридору. Охранник с коробочкой время от времени толкал меня в спину, чтобы показать, кто тут главный. Я с ним не спорил. Хотя я мог уже ковылять сам, двое серых людей крепко держали меня под руки.
Мне это нравилось. Я еле сдерживался чтобы не рассмеяться. Они были уверены, что я не сбегу.
Когда дверь шлюзовой камеры распахнулась, мощный порыв ледяного ветра со снежным крошевом ударил в лицо. Меня потащили через метель.
Тусклое солнце освещало холодное убожество ландшафта. Снег, снег и снег, куда ни посмотри. Нет, что-то темное замаячило вдали и пропало — каменная стена или какое-то здание. Мы продолжали идти, и я старался не обращать внимания на онемевшие руки и лицо. Ноги и тело согрелись, хотя кожа просто заледенела.
Мы были уже на полпути к темному пятну, когда снова налетел шквальный ветер. За секунду до этого я поскользнулся и упал, потащив за собой одного из охранников. Он не стал жаловаться, хотя и нажал на кнопку, отчего мое тело пронзила острая боль. Так он предупреждал, чтобы в следующий раз я был повнимательней. И все это молча. Я тоже не издал ни звука. Потому что в падении изловчился перекинуть провод от ошейника через плечо, а затем схватить его зубами. Я перекусил провод.
Это не так трудно, как вы думаете. Ведь коронки на моих передних зубах сделаны из силиконового карбида. Они невидимы для рентгеновских лучей, потому что у них такая же плотность, как и у обычной эмали. Но по прочности они превосходят лучшие марки стали. Снег скрыл меня от охранников на несколько секунд. Этого было вполне достаточно. Человеческие челюсти могут сдавливать предмет с усилием до 100 килограммов, а я старался изо всех сил.
Кабель лопнул. Как только это произошло, я двинул коленом в пах охраннику, стоявшему справа. Он громко вскрикнул и отпустил мою руку. Ударом ладони по горлу я вырубил второго. Теперь мои руки были свободны, и я прыгнул в сторону.
Стоявший позади меня охранник больше полагался на электронику, чем на свои рефлексы, поэтому он и потерял драгоценные секунды. Пока я занимался его коллегами, я находился к нему спиной, а он только судорожно нажимал на кнопку. И все еще тыкал в нее пальцем, когда я ударил его ногой в живот.
Я даже не оглянулся, чтобы посмотреть, кто же там так кричит. Взвалив обмякшее тело охранника на спину, я заковылял в снежную мглу.
Все это может показаться безумием. Но гораздо большее безумие покорно следовать за этими существами, обрекая себя на верную смерть. Я это уже однажды испытал, и до сих пор на моих запястьях шрамы. Конечно, здесь можно просто замерзнуть. Но это все-таки лучше, чем попасть в лапы серым людям. К тому же я надеялся, что, оставшись на свободе, смогу причинить им куда больше неприятностей.
Безжизненное тело охранника весило немало, и это замедляло шаг. Но я продолжал идти, пока не споткнулся и не упал головой прямо в сугроб. Мои руки и лицо так онемели, что я совсем не чувствовал холода.
Откуда-то доносились крики, но метель скрывала меня от преследователей. Непослушными пальцами я снял шапку с охранника и нахлобучил ее на свою голову. Мне еле удалось расстегнуть на нем одежду. И я не чувствовал никаких угрызений совести, когда снял с охранника перчатки. Поднявшись на ноги, я двинулся прочь сквозь снежную пелену.
Потом я побежал. Часто спотыкался, но не чувствовал холода. Это было единственным утешением. Когда метель стала стихать, я плюхнулся спиной в сугроб, глубоко провалившись в снег. Голоса преследователей раздавались все дальше и дальше. Я лежал, восстанавливая дыхание, и чувствовал, как по лицу течет пот. Затем я осторожно разгреб снег, и высунул голову.
Никого не было видно. Я подождал, пока снова пойдет снег и резвым галопом направился к металлической ограде. Высоченный забор из сетки тянулся до горизонта. Если к нему была подключена сигнализация, то она уже наверняка сработала. Поэтому отступать не было смысла. Я уже забрался на забор, когда мне в голову пришла прекрасная идея, и я снова спрыгнул вниз.
Если сигнализация сработала, они станут искать меня в этом месте. Я не собирался облегчать им работу. Вместо того, чтобы перелезть через металлическую сетку, я во всю прыть помчался вдоль забора. Бежал я минут десять. Оглядевшись, никого не увидел. Тогда я перелез через забор, спрыгнул с другой стороны и направился в белую пустыню. Я бежал, пока не рухнул от изнеможения. Лежа в снегу, я с трудом переводил дыхание. Отдышавшись, внимательно огляделся…
Ничего. Только снег. Никаких следов. Ни кустов, ни деревьев, ни камней. Никаких признаков жизни. Белая бескрайняя пустыня. Когда метель прекратилась, я увидел вдали темное здание, от которого мечтал уйти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
