— Вспомнишь, — обещает он, скользнув кончиками пальцем по контуру моего лица и заправив за ухо выбившуюся прядь волос. Меня обдает волной жара такой силы, что я едва осознаю, что губы Влада еще двигаются: — А если нет, то я расскажу все, что знаю. Обещаю.
_______________
История Артема и Даши — "Сопутствующий ущерб": https:// /shrt/hDPu
Глава 15
Он знает, что теряет контроль. С каждой посланной Крис улыбкой — для него, с каждым ее взглядом и прикосновением он капля за каплей забывает о самом важном и погружается в мечту.
Между ними искрит весь вечер, и он… одурманен. Отказаться от этой внезапной перемены в их отношениях — выше его сил.
Обнимая Крис на виду у всех, Влад не может и на секунду прекратить их физический контакт, не может не смотреть на нее и не представлять, как легко ее прекрасное вечернее платье под властью его рук упадет вниз мягким облаком. Голову ведет от одной только мысли.
Ее запах — сладковатый и неуловимо многогранный, — сводит его с ума. Дома, где теперь, кажется, нет ни одного квадратного метра, не отмеченного ее присутствием. Здесь, в непосредственной близости к ней, когда Влад, в очередной раз не сдержавшись, наклоняется к изящной, едва тронутой загаром шее и делает глубокий вдох, а затем — прижимается губами к нежной коже за мочкой уха.
Он хочет ее до безумия. До темноты в глазах и онемения в теле. Чего ему стоит не схватить Крис в охапку и утащить в ближайшее помещение с закрывающейся на ключ дверью, не выразить словами.
Он сходит с ума. И ничего не может с этим поделать.
Ее безымянный палец украшен выбранными им, Владом, кольцами. В ее обычно серьезных, слишком внимательных глазах, сегодня так часто сосредоточенных на нем, — предвкушение и восторг. Желание.
Он не знает, как выдерживать этот ее взгляд, но и отвести собственного не в силах. Он смотрит, и смотрит, и смотрит. И забывает, почему этого делать нельзя.
— …Поехали домой? — предлагает она, когда Владу кажется, что сегодняшняя пытка иллюзией не закончится никогда.
На ее ярко-красных губах — еще один успешный удар по его когда-то безупречной броне самоконтроля, — гуляет легкая, чуть усталая улыбка. Голубые миндалевидной формы глаза блестят надеждой и лихорадкой предвкушения. Облаченное в облегающее черное платье тело, совершенное в каждом своем изгибе, соприкасается с его почти целиком. Пальцы одной руки переплетены с его пальцами, тогда как другая медленно, с несмелой осторожностью ложится Владу на грудь, рядом с сердцем.
— Да, — отвечает он хрипло, — поехали.
Конечно, в тесном салоне автомобиля напряжение между ними лишь обостряется. Воздух, успешно охлаждаемый кондиционером, опаляет легкие. Кожа пылает. Взгляды Крис теперь откровенны и полны приглашения, и Влад едва следит за дорогой.
На протяжении всей поездки никто из них не решается нарушить звенящую тишину. Каждый вздох и шорох бьет по нервным окончаниям. Стук собственного сердца оглушает.
Когда Влад останавливает машину перед домом, Кристина шумно выдыхает и неожиданно быстро выскальзывает из салона на улицу. До крыльца нужно сделать всего несколько шагов, и Влад нагоняет ее прямо на пороге, а после сам открывает дверь под громкое мяуканье Санни с противоположной стороны.
Крис заходит в дом первой и, посмеиваясь, сразу же наклоняется к вьющемуся под ногами шару рыжей шерсти.
— Ты моя хорошая, — умиляется она, почесывая соскучившуюся Санни сразу и за ухом, и под подбородком, продолжая сыпать ласковыми прозвищами: — Маленькая моя булочка.
Замерев, Влад лишь молчаливо наблюдает за представившейся картиной. Отделаться от ощущения, что все это происходит не с ним и не по-настоящему, не получается. Ему хорошо известно, что это — не навсегда.
— Хочу пить. — Внезапное заявление Крис возвращает его в реальность.
Их взгляды встречаются, в ее снова отражаются все те же ожидание и вопросительное приглашение. Из последних сил Влад первым разрывает зрительный контакт и принимается разуваться. Рядом на паркет падают сброшенные в два движения туфли и раздается тихий разочарованный вздох. Кристина уходит.
Не выдержав, Влад следует за ней.
На кухне его снова встречает картина, в чью правдивость почти не верится. В то, как свободно и по-хозяйки Крис ориентируется среди шкафчиков и их многочисленного содержимого, как совершенно по-домашнему она открывает холодильник просто в поисках чего-нибудь вкусного и разочарованно захлопывает дверку.
Ему не верится, что она на самом деле здесь. И не в качестве гостьи.
Заметив его появление, она резко оборачивается и опускает полупустой стакан на стол. Красивое, сияющее весь вечер счастьем лицо теперь имеет мрачный и расстроенный вид.
— Крис, — зовет Влад тихо и делает еще один шаг вперед, хоть и знает, что не должен, но и снова быть виновником ее разочарования он просто не может.
Небольшое расстояние между ними сокращается до ничтожно малого. Теперь их тела почти соприкасаются — и это «почти» само по себе служит Владу очередной пыткой. Воздух снова раскаляется жаром напряжения, разумные мысли вязнут в духоте и густом мареве желания, одолеть которое попросту невозможно. Уж точно не сейчас, когда в распахнутом и уже затуманенном взгляде напротив — вопрос и вызов в равной степени.
Кристина смотрит на него безотрывно и хаотично: от потемневших глаз к губам и обратно за пару секунд. Во всем ее облике столько взволнованного желания, что не поддаться ему Влад не в состоянии. Охотно падая в омут, он делает резкий вдох и наклоняется вперед.
Его губы обрушиваются на ее в одно быстрое движение. В каждом его прикосновении — уверенность и отчаяние, переплетающиеся в сложный клубок внутренних противоречий, но есть и то, в чем сомневаться не выходит: он слишком долго об этом мечтал. Данные самому себе обещания — как недавние, так и старые, покрывшиеся за ненадобностью пылью, — рушатся прямо здесь и сейчас.
Кристина поддается вперед с неожиданной для него готовностью и, приоткрыв рот, отвечает на поцелуй. Ее прохладные ладони скользят по его рукам вверх — от запястий к плечам, а затем вдоль шеи к затылку, — и скоро тонкие пальцы зарываются в густые, чуть вьющиеся волосы. Словно стремясь уничтожить последние миллиметры свободного пространства между их лицами, она тянет Влада к себе, вниз.
С глухим полустоном, полурыком он почти впечатывает ее тело в свое, не прекращая поцелуя. Задыхаясь и дурея от яркости ощущений, от самого осознания, что все это происходит наяву.
Ему до сих пор не верится, что его руки по-настоящему держат Крис в объятьях. Что его губы снова и снова накрывают ее, что их языки соприкасаются так откровенно, что в голове не остается ничего, кроме шума: бурление яростно несущейся по венам крови и заполошный стук ошалевшего от мощности чувств и эмоций сердца сливаются в оглушительный унисон.
Сумев прекратить поцелуй на пару секунд, в лихорадочной спешке Влад подхватывает Крис за бедра и усаживает на ближайшую кухонную тумбу. Что-то со звоном падает на пол, но ни ему, ни ей нет до наверняка разбившейся посуды дела. Их взгляды прикованы друг к другу, как заколдованные, их руки сами находят друг друга, их вдохи и выдохи — короткие и быстрые, — совпадают от и до.
— Влад… — шепчет Крис, вырывая его из внезапного ступора, и незапланированная пауза протяженностью в несколько секунд прекращается.
Он целует ее снова — с еще большей горячностью и откровенностью.
Несдержанно и запальчиво. Как мальчишка, сраженный первой любовью.
Искусно и размеренно. Как опытный и знающий свое дело соблазнитель.
С жадной бесстыдностью и бесконтрольной страстью. Как потерявший разум взрослый мужчина.
Зарывшись лицом в изгиб ее шеи, он шумно втягивает в легкие любимый запах, теряя последние крохи здравомыслия и забывая обо всем, кроме Крис. Ее кожа под его губами кажется сказочно нежной и раскаленной до предела. Ее тело, еще спрятанное за тонкой черной тканью, мелко дрожит. Ее руки хватаются за его шею и плечи в мольбе и требовании одновременно.
