но… — Али покачал головой. — Вы понимаете, что это значит? Впервые за тысячу лет баланс сил между великими кланами постоянно меняется. Теперь уже никто не уверен в своём положении. Баланс в мире полностью изменился, что провоцирует множество перемен, которые не всегда заметны сразу, но уверенно меняют мир. И всё это благодаря вам.
Дед хмыкнул с заднего сиденья:
— Внук всегда умел устраивать переполох. Вечно влипал в какие-то истории. Например, на собственное четырёхлетие он оживил все чучела в охотничьем зале. Говорил, что хотел устроить «незабываемое представление». Гости действительно не забыли.
— Дед, — укоризненно произнёс я.
— Что? Я просто констатирую факт.
Октавия хихикнула, прикрыв рот ладошкой.
Али, похоже, не совсем понял нашу семейную атмосферу, но благоразумно промолчал.
Вскоре впереди показались знакомые очертания портового города. Многоярусные пагоды, висячие мосты, пёстрые рынки. Запахи специй и морской соли проникали даже сквозь закрытые окна автомобиля.
Мы въехали в город через торговые кварталы, лавируя между толпами людей и бесчисленными повозками. Несмотря на хаос на улицах, Али вёл уверенно, видно было, что он прекрасно знает эти места.
— Куда мы едем? — спросила Октавия, с любопытством разглядывая проплывающие мимо витрины.
— В один ресторанчик, — ответил Али с улыбкой. — Думаю, он покажется вам знакомым.
Ресторан «Золотой Лотос» действительно был мне знаком. Именно здесь, в прошлый визит, люди Нгуена устроили засаду, пытаясь захватить нас. Тогда всё закончилось пожаром, и я хорошо помнил лицо старика-владельца, который с отчаянием смотрел, как пламя пожирает дело всей его жизни.
Но теперь это место возродилось.
Скромный фасад с едва заметной вывеской остался прежним — владелец явно не хотел изменять традициям. Но внутри чувствовалась новизна.
Тот же уютный зал в традиционном стиле, те же низкие деревянные столы, но теперь отполированные до такого блеска, что в них можно было смотреться как в зеркало. Новые циновки на полу ещё пахли свежей соломой, а искусно вышитые подушки для сидения выглядели так, словно их только вчера принесли от лучшего мастера в городе.
На стенах висели те же старинные гравюры с местными легендами и пейзажами, видимо, их удалось спасти от огня. А может, старик заказал точные копии, не желая расставаться с привычным обликом заведения.
Та самая внучка-официантка в этническом костюме встретила нас у входа. Она сразу узнала Али и низко поклонилась, а затем, заметив меня, её глаза расширились от удивления. Но она быстро взяла себя в руки и с достоинством провела нас к лучшему столику в углу зала.
— Впечатляет, — признал я, оглядывая зал. — Ольга была бы довольна.
Али просиял:
— Мы постарались. После того как… эм… предыдущий инцидент нанёс заведению некоторый ущерб, госпожа Ольга настояла на полном восстановлении. И мы решили, что раз уж восстанавливать, то с размахом.
Через несколько минут к нам присоединились Симон, Бланш и Минжу. Вторая машина, видимо, немного отстала в городских пробках.
Когда все расселись, хозяин лично принёс меню, хотя, судя по тому, как засуетились официанты, нам и без меню принесли бы лучшее, что есть на кухне.
— Закажите для нас сами, — попросил я Али. — Вы лучше знаете местную кухню.
Он кивнул и быстро переговорил с хозяином на местном диалекте. Тот просиял и умчался на кухню.
— Итак, — начал я, когда мы остались одни, а я накрыл нас сферой непроницаемости, — рассказывайте. Что вам удалось узнать о монастыре?
Али и Минжу переглянулись. Девушка достала из сумочки небольшой свиток и развернула его на столе.
Это оказалась карта. Детальная, явно составленная кем-то, кто хорошо знал местность.
— Монастырь Белого Облака, — начала Минжу, указывая на точку высоко в горах. — Одна из центральных твердынь Канваров. Расположен на высоте около трёх тысяч метров над уровнем моря.
Я присмотрелся к карте. Монастырь был обозначен как комплекс зданий на вершине отвесной скалы. Единственный путь наверх — узкий подвесной мост, ведущий от соседней горы.
— Для обычных людей доступ только по этому мосту, — продолжала Минжу. — Или на специальных фуникулёрах, которые поднимают грузы и припасы. Но для Канваров…
— Для Канваров это не проблема, — закончил за неё Симон. Его голос был ровным, но я заметил, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих край стола. — Они просто перелетают туда. Небесный шаг.
— Именно, — кивнула Минжу. — Поэтому там всегда много народу. Канвары прилетают и улетают постоянно.
Бланш нахмурилась:
— А что это за место вообще? Храм? Крепость?
— И то, и другое, — ответил Али. — Официально — школа для молодых одарённых магов. Место, где воспитывают будущих воинов клана.
Он помолчал, явно собираясь с мыслями.
— Но есть кое-что ещё. По нашим данным… — он понизил голос, — большинство учеников там — дети самого Ракши.
Симон вздрогнул, но промолчал.
— Дети? — переспросила Октавия. — Сколько их?
— Много, — ответила Минжу. — Десятки, если не сотни. Ракша… — она замялась, подбирая слова, — у него есть определённые взгляды на продолжение рода. Он считает, что чем больше потомков с магическим даром, тем лучше для клана.
Я откинулся на спинку стула, переваривая информацию.
Десятки детей. Возможно, сотни. И все — потенциальные маги воздуха, выращенные и обученные по системе Ракши.
— Руководит монастырём, — продолжил Али, сверившись со своими записями, — некто Виджай Канвар. Один из сыновей Ракши от первой наложницы. Ему около четырёхсот лет, он архимаг и, по слухам, один из сильнейших боевых магов клана после самого великого князя. Поговаривают, что он в шаге от перехода в ранг вне категорий.
Симон едва заметно дёрнулся.
— Виджай, — тихо произнёс он. — Я помню его. Он… — пауза, — он руководил некоторыми из моих тренировок. Когда я был ребёнком.
Его голос был ровным, почти безразличным. Но я видел, как напряглись мышцы его шеи.
Что бы ни происходило между ним и этим Виджаем, воспоминания явно были не из приятных.
— Это объясняет многое, — задумчиво произнёс я.
Собеседники повернулись ко мне с немым вопросом в глазах.
— Я всегда удивлялся, — пояснил я, — почему у Канваров так много архимагов и магов вне категорий. Больше, чем у любого другого великого клана. Теперь понятно. Ракша не просто правит своим кланом, он выводит идеальных магов. Как селекционер выводит породистых лошадей.
Симон криво усмехнулся:
— Именно так он это и называл. «Совершенствование крови». Он верил, что если правильно подобрать родителей, можно создать мага, который превзойдёт всех остальных.
— Поэтому он и хотел ребёнка от Вийон, — добавила Бланш, и в её голосе прозвучала горечь. — Целительский дар нашего клана плюс боевые способности Канваров…
— Плюс контроль над воздухом, — кивнул я. — Идеальная комбинация. По крайней мере, в его понимании.
В этот момент официанты начали приносить еду. Блюдо за блюдом появлялись на столе. Ароматный
