показательную экзекуцию. В течение нескольких дней армада тяжелых крейсеров и линкоров методично утюжила поверхность Акры, превращая цветущие города и поселки в выжженные руины. А когда население, охваченное паникой, попыталось спастись бегством на орбитальных станциях и межпланетных транспортах, корабли Дэвиса безжалостно расстреляли их из всех стволов, не оставив никому шансов на спасение.
Кошмарная бойня навсегда отпечаталась в памяти всех, кто наблюдал ее воочию или на экранах мониторов. Пылающие небоскребы, рушащиеся на головы перепуганных жителей. Целые кварталы, покрытые гигантскими воронками. Толпы обезумевших от ужаса людей, тщетно пытающихся укрыться в бомбоубежищах и подземных тоннелях. Матери, прижимающие к груди плачущих детей. И над всем этим — безучастно-холодное небо, по которому медленно скользили исполинские тени республиканских кораблей, изрыгающих потоки раскаленной плазмы на беззащитную планету…
Страшно даже представить, какими глазами смотрели акранцы на своих палачей в эти последние мгновения жизни. Сколько боли, отчаяния и ненависти было в их взглядах! И сколько проклятий они успели обрушить на головы своих безжалостных убийц, прежде чем разум их угас вместе с последним вздохом. Как вы помните, Наэма Белло была среди тех, кому удалось тогда выжить…
Итог той бойни был поистине чудовищен — 90% промышленной и гражданской инфраструктуры планеты уничтожено, более пяти миллионов человек погибли, и еще столько же остались калеками или умерли впоследствии от ран. Дэвис с самого начала решил преподать всей Галактике урок — дескать, вот что бывает с теми, кто смеет противиться воле Американской Республики и бросать ей вызов.
При этом чудовищная резня на Акре была далеко не единственным кровавым эпизодом в послужном списке Коннора Дэвиса и его подчиненных. Разве что масштабы подобных «акций возмездия» в других звездных системах были поменьше, да и предавались они не столь широкой огласке. Но суть оставалась той же — массовая гибель гражданских, сознательное разрушение инфраструктуры, запугивание колеблющихся и неопределившихся, ликвидация любых очагов сопротивления Республике…
Однако все это было давно, и Элизабет сейчас попросту не учитывала прошлые преступления, выбросив их из головы. Пусть она сама и не участвовала в карательных экспедициях, но в данный момент преспокойно сидела рядом с Коннором Дэвисом и его адмиралами, которые в этом были замешаны, при этом совесть ее молчала. Тем самым это было некое лицемерие с ее стороны, однако вице-адмирал Уоррен действительно не желала марать руки, поэтому была сейчас так возмущена.
— Вы совсем спятили! — воскликнула она, обращаясь сразу и к Дэвису, и к Джонсу, который, по виду хоть и был недоволен, но, как поняла Элизабет, недоволен, прежде всего, незначительностью по мнению Нейтена доверенной ему операции, проходящей где-то на задворках системы, пока остальные будут получать славу и ордена в генеральном сражении у Никополя-4. В голосе Элизабет звучало неподдельное негодование и даже некоторая брезгливость, словно вид и поведение остальных адмиралов внезапно вызвали у нее приступ острого отвращения.
— Теперь мы превратимся в варваров, убивающих женщин и детей⁈ — продолжала гневно вопрошать Уоррен. — Вы хоть понимаете, как это аукнется нам в будущем⁈ Нас будут бояться и ненавидеть хуже чумы… И о подмоченной репутации американского космофлота можно будет забыть раз и навсегда… После осуществления задуманного мы станем изгоями и людоедами в глазах всего цивилизованного человечества!
— Цивилизованного человечества? — ухмыльнувшись, переспросил Коннор Дэвис. В его голосе звучала неприкрытая издевка и даже некоторое превосходство, словно само понятие цивилизованности вызывало у него лишь насмешку и презрение. — Кого ты называешь цивилизованными, Бет? Вот этих? — командующий ткнул пальцем в людей с видеозаписи.
Голограмма между тем продолжала транслировать обыденную жизнь торговой фактории. На объемном экране мелькали сотни, тысячи человеческих фигурок, снующих туда-сюда по многочисленным улочкам, галереям и переходам гигантского космического мегаполиса. Люди всех рас, возрастов и сословий — бизнесменов в богатых одеждах до портовых грузчиков. Они сновали между лавками и магазинчиками, торговались с продавцами, тащили какие-то свертки и коробки, о чем-то спорили и ругались.
Все это человеческое море двигалось, кипело и бурлило, словно гигантский муравейник. И глядя на него через экран будто сверху невольно возникало ощущение какой-то суетности, незначительности всей этой толпы. Люди казались такими маленькими, копошащимися, как насекомые в своих норах и тоннелях. Их индивидуальность терялась в общей безликой массе, они сливались в единую, безликую толпу лишенную значимости.
Именно так, похоже, и воспринимал обитателей «Троицкой фактории» Коннор Дэвис. Для него они были не личностями, а просто статистическими единицами. Расходным материалом, массовкой, лишенной права на уважение и сочувствие. Людьми второго сорта, недостойными называться цивилизованными.
— Взгляните на них, леди и джентльмены! — продолжал ухмыляться командующий. — Разве это не образчик вырождения и деградации? Перекупщики, мародеры, контрабандисты всех мастей. Галактическое отребье, сброд со всех уголков освоенного космоса. И это мы, по-твоему, должны щадить и лелеять, Бет? Вот этих…
Глава 9
Место действия: двойная звездная система HD 21195, созвездие «Эридан».
Национальное название: «Екатеринославская».
Нынешний статус: «спорный» сектор пространства.
Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика, Османская Империя.
Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 190 световых лет.
Точка пространства: орбита планеты Никополь-9.
Дата: 10 марта 2215 года.
Между тем в секторе боя, в гигантском лабиринте из покореженных фрагментов орбитальных станций и промышленных модулей, продолжало кипеть ожесточенное сражение. Некогда величественные космические сооружения теперь превратились в изувеченные металлические скелеты, изборожденные следами разрушительных попаданий. Русские и американские дредноуты схлестнулись в яростной схватке не на жизнь, а на смерть.
Ослепительно-яркие плазменные разряды прошивали космическую тьму, разгоняя первозданный мрак. Смертоносные сгустки раскаленной добела материи с чудовищной силой вгрызались в металлоконструкции модулей и переборок, планомерно разрушая их, круша на своем пути все, что встречали. Каждое попадание озаряло ближний космос ослепительными вспышками, высвечивая на мгновения зловещие силуэты сражающихся титанов.
В эфире и на палубах царил форменный хаос, невообразимая какофония звуков, словно извергнутая из недр преисподней. Вой аварийных сирен сливался с надрывным скрежетом разрываемого металла, треском статических разрядов и шипением вырывающегося в вакуум воздуха. В боевых рубках наших и американских кораблей то и дело вспыхивали ожесточенные перепалки, едва слышные за треском помех в динамиках:
— Да твою ж мать, Харпер! Куда ты палишь, остолоп⁈ — надрывался по рации раскрасневшийся коммандер, лицо которого исказила гримаса гнева. Он в бессильной ярости колотил кулаком по пульту, не в силах совладать с охватившими его эмоциями. — У тебя что, косоглазие? Или мозги набекрень съехали от перегрузок⁈
— Никак нет, сэр! — после секундной паузы из динамика донесся чуть виноватый, но решительный голос
