class="p1">Я замер, как громом поражённый.
В каком смысле в прошлый раз?
Прошлый раз был тысячелетия назад же…
Видимо, у меня на лице промелькнула вся гамма чувств, потому что божок расхохотался. Искренне, от души.
— Видел бы ты себя сейчас со стороны, Охотник Артемис! — заливался он. — Особенно в этом наряде! Да, мой старый враг, это в мою ловушку ты тогда попался, вместе со своим легионом! Я вспомнил тебя по твоей подписи на стеле! Славная тогда получилась охота!
— Неназываемый? — у меня, наверное, челюсть отпала.
— Что? Этот трусливый ублюдок? — божок, кажется, даже оскорбился. — Я нашёл для Скверны путь к нему, а ему не хватило десяти тысяч лет, чтобы подчинить вселенную! Он даже не осмелился помочь мне стать богом, как обещал, боялся, что превзойду его. Я ушёл от него, когда мне надоело ждать. Скверна, Неназываемый! Да пошли они все! Вот, нашёл вселенную, где нет никого из них, и сам стал богом. Представляешь, оказывается, это не так уж трудно. Иронично, что тебя заперли здесь со мной, не находишь?
Я смотрел на него и не мог понять, у него фляга засвистела, или всё это, больше похожее на бред — правда?
— Для кого ты путь нашёл? — уточнил я, накапливая силу для удара.
— Ты, наверное, не в курсе этой истории, — божок махнул рукой. — Неназываемый был никем, жалкой мошкой, мечтавшей о величии, но мне почему-то показалось, что у него большой потенциал. А у меня было задание найти как раз такого. И я привёл его к семени Скверны. На удивление ему хватило смелости на то, чтобы принять семя. Но на этом и всё. Более трусливого мерзавца ещё поискать! Не припомню ни одного случая, когда бы он сражался сам лично.
— Ты принёс в Многомерную семя Скверны? — вычленил я главное для себя.
— Артемис, не дури! — божок напрягся, видать, что-то ему в моём голосе не понравилось. — Как говорится, ничего личного! И не принёс, она сама… Я тогда служил в Небесном замке… Как тебе объяснить? Он выглядит как летающая крепость, но по сути это корабль, способный перемещаться между вселенными. И я там был… да можно сказать, что штурманом. И когда между Скверной и её сестрой началась война, я быстро понял, кто победит.
— И ты дезертировал? — уточнил я.
— Небесный замок не принадлежал ни одной из сестёр. Так что я лишь выбрал сторону. Как-то не хотелось погибать вместе со всеми! А потом Скверна выбрала меня своим эмиссаром в Многомерной. Пути Скверны неисповедимы, но скажем так… я приложил к этому руку, если ты понимаешь, о чём я. Так что да, можно сказать, что это я принёс свет Скверны в вашу вселенную. И за тысячи лет — никакой благодарности, даже от Неназываемого, представляешь!
«Кодекс, то, что он рассказывает — правда?»
«ЭТА ИНФОРМАЦИЯ В ЦЕЛОМ СООТВЕТСТВУЕТ УЖЕ ИЗВЕСТНОЙ. НО ПРАВДИВОСТЬ ДЕТАЛЕЙ СОМНИТЕЛЬНА».
«Артём, он заговаривает тебе зубы!» — одёрнула меня Лекса.
«Я вижу! Поделись Светом!»
Конечно, я видел, как этот дважды дезертир готовился ударить по мне чем-то ультимативным. Не он первый такой умный. Но мне не хотелось его прерывать. Очень уж интересные вещи божок рассказывал.
— Да ты что, так никто и не поблагодарил? — возмутился я. — Нас, Охотников, тоже редко благодарят… Называют жадными отморозками.
— Вот, ты понимаешь меня! — божок легко, несмотря на габариты Мусасимару, вскочил на ноги. — Слушай, мы ведь сейчас далеко, и от Скверны, и от Неназываемого, и от твоего Кодекса… Мы тут сами по себе. А за этим миром — целая вселенная, в которой царит полная анархия! Там конечно тоже есть сильные боги, я узнавал. Но если архангел, сам ставший богом, объединится с бывшим Охотником… Вдвоём мы наведём порядок в этой вселенной!
Ну вот и закончилось время разговоров…
«Принимаю Кодекс в сердце своё… принимаю Кодекс в душу свою! Куда бы ни ступила нога моя…»
— А знаешь, — я посмотрел в упор на бывшего ангела, — почему Орден Охотников стоит неколебимо с самого основания?
— Почему же? — спросил он, перехватив меч левой рукой и отведя правую за спину.
— Потому что Кодекс — в каждом из нас. Всегда. В сердце и в душе. Охотники бывшими не бывают. Мы — и есть Кодекс. И ты кое в чём ошибаешься!
— В чём же, интересно? — божок склонил голову на бок.
— Это тебя, мудилу, заперли со мной! — воскликнул я.
Мы ударили практически одновременно. Он — испепеляющим саму душу Очистительным огнём или чем-то похожим. Я — дикой смесью Тьмы, Света и энергии Кодекса.
Две техники встретились аккурат между нами, я едва успел выставить щиты.
Кажется, Махиро на какое-то время потеряла сознание. Когда связь с ней восстановилась, я обнаружил, что лежу на камнях, в луже дымящейся крови, в доброй сотне метров от места «агрессивных переговоров». Снега нет и в помине, кажется, его снесло с холма.
Не без труда подняв голову, я полюбовался на последствия. Вершину холма взрывом разнесло напрочь, как деревенский сортир динамитной шашкой. Всюду валялись камни, какие-то куски дёрна. Неподалёку лежал труп, кажется, кого-то из придворных.
В голове шумело, и я принялся прокачивать энергию через печати. Отпустило. Так, а где меч? А, в руке, всё нормально. Даже цел.
Тело тоже было более или менее целым. Не знаю, откуда успела натечь кровь, наверное из носа, но печать регенерации справилась.
Я поднялся на ноги. Слегка штормило, но терпимо.
Да уж, взрыв разнородных по своей сути энергий — это не шутки! До ядерного ему, конечно, далеко, но опять же, смотря сколько накачать!
Я прошёл сквозь тени, оставив после себя опадающую в воздухе грязь и капли крови. Сама Махиро что-то сделала магией воды, восстановив идеальную белизну кимоно. Это правильно. Те дроны, что кружили вокруг, наверное, снесло взрывом, ну так новые скоро налетят. А хороший понт дороже денег.
Вдалеке показался Мусасимару. Ему досталось даже больше. Я-то, смешивая энергии, сразу был готов к взрыву, просто не ожидал, что бахнет так сильно и так близко. А он-то о взрыве не помышлял! Но выжил! Правда, выглядел как пьяный бомж — грязный, в лохмотьях, на ногах едва стоит. Но, взглянув на него астральным зрением, я понял, что Падший никуда не делся. А значит, наш бой ещё не закончен.
«Артём… — голос
