дракон и могла бы добраться до замка гораздо быстрее. По воздуху, в своем зверином обличье. Но у нас так непринято. Не может эйхарри бросить свою армию.
Пленник молчал, и я спросила:
— Ильди, ты заснул?
— Ильди? — с недоумением откликнулся эльф.
— Ну должна же я как-то тебя называть. Свое имя ты мне не сказал.
Я подождала немного, надеясь, что пленник исправит эту досадную оплошность, но он согласился быть «Ильди», упрямец.
Во время первой короткой остановки к нашей лошади подошла Айви и, смущаясь, попросила меня уступить ей пленника для добровольной близости.
Для добровольной.
— Если ты согласна и он согласен, — пояснила она, нервно облизав губы.
Ильди, сидящий рядом, даже не напрягся — видимо, стал мне хотя бы чуточку, но доверять. Убедился после дуэли с Меридой, что никому я его не отдам, а значит, можно не волноваться.
Айви ушла ни с чем, а я поняла, что отношение солдат к Ильди изменилось. Две победы на поединке заставили их зауважать пленника. Теперь никто не посмеет взять его против воли, даже если он лишится моей защиты. Насмешек и оскорбительных прозвищ в свою сторону эльф, к счастью, тоже не услышит.
— За меня держись, а не за седло, — с досадой бросила я, когда мы снова двинулись в путь. Ильди послушно вернул руки на мою талию, а через некоторое время прижался ко мне всем телом: я специально пустила лошадь галопом, чтобы он это сделал. Вот теперь правильно. Вот теперь так, как надо.
С удовлетворением я отметила, что Ильди полностью расслаблен. Привык ко мне и больше не боится.
К первому лагерю на пути в столицу мы добрались спустя два часа. Он был разбит рядом с небольшой деревушкой и уже давно стал ее частью. Несколько добротных домов из бревен с комнатами для высшего руководства и длинный дощатый барак с койками для простых солдат. Поручив местным заботу о лошадях, мы сразу отправились в закусочную на первом этаже одной из построек.
— Что это? — с подозрением спросил Ильди, когда на стол перед ним опустили миску с похлебкой коричневого цвета.
— Местная кухня, — ухмыльнулась я, не питая никаких иллюзий по поводу сегодняшнего ужина.
Принюхавшись, Ильди выловил из густой жижи непонятный ингредиент и уставился на свою ложку с любопытством исследователя.
— В этом… блюде нет мяса?
Ах вот, что тревожило нашего пожирателя травы.
— Это гриб. Ешь смело. С провизией в Сумеречных землях большая беда. Единственное, что здесь растет в изобилии, — грибы на стволах сухих деревьев. Так что во всех домах и харчевнях королевства готовят одно и то же: рагу из грибов, пюре из грибов, кашу из грибов, грибной суп и особый деликатес — грибы с грибами под грибным соусом и горячими мечтами о чем-нибудь негрибном.
— На столе эйхарри такое же разнообразие? — хмыкнул Ильди и с изрядной долей неуверенности отправил содержимое ложки в рот.
Я рассмеялась, заметив, как он скривился. На вкус мерзость, зато сытно.
— Правители и их приближенные всегда имеют определенные привилегии. Теперь, когда война закончена, мы сможем наладить поставку продовольствия из Троелевства. Если, конечно, ваши диверсанты не будут нам мешать. Но даже если и будут…
Ильди едва заметно вздохнул, опустив ложку. Фай, который до этого сидел молча, потянулся к кувшину воды.
— А магия? — спросил он.
— А что магия? Еду не наколдуешь.
* * *
После ужина и мытья в корыте мы отправились спать. Кровати в комнате было две: широкая двухместная и узкая — для одного человека. Последнюю занял Фай. Ильди же остановился в дверях, не зная, куда пристроиться. Понятно, что на широкой постели собиралась спать эйхарри. Лечь рядом с королевой без разрешения — дерзость, да и с разрешением — тревожно и неловко. Не хотел Ильди такого соседства. Он явно разрывался между желанием подвинуть Фая и провести ночь на полу.
В конце концов после недолгих терзаний Ильди все-таки потеснил товарища. Для двоих койка была слишком маленькой. Фай оказался прижат к стенке, широкоплечий Ильди едва не сваливался с края.
Подперев рукой голову, я наблюдала за его комичными попытками улечься и не упасть.
— Иди сюда, — постучала я по одеялу рядом с собой.
Ильди притворился, что не услышал.
— Иди сюда, — повторила я настойчивее. — Не трону.
С губ эльфа сорвался тяжелый вздох.
— Не хочу стеснять королеву, — отозвался Ильди и закрыл глаза, изобразив сон.
Ага, так я и поверила, что он уснул за секунду, тем более Фай в попытках отвоевать себе чуть больше пространства самозабвенно толкал его локтем в бок.
Мой остроухий упрямец. Почему он мне отказал? Опасался, что ночью эйхарри начнет к нему приставать? Или моя близость была ему неприятна? А может, он боялся, что Чудовище из Сумрака возьмет верх над моей личностью и убьет его во сне?
— Ильди, ты же помнишь, что я не прикоснусь к тебе без твоего согласия? Вам двоим там тесно.
Вместо Ильди ответил Фай.
— Великая эйхарри, а можно я лягу с тобой? — Он неловко перелез через товарища и оказался у моей кровати.
— Можно? — Фай едва заметно дрожал. Просился ко мне в койку и трясся, как лист на ветру. Его руки нервно комкали подол рубашки.
Опять приступил к плану: соблазни эйхарри и получи привилегии ее любовника? Пока выходило неважно. Чужой страх меня нынешнюю не возбуждал, тем более, помимо тревоги, во взгляде Фая нет-нет да и проскальзывала враждебность.
Я медленно кивнула. Закусив губу, эльф опустился на кровать и вытянулся рядом со мной в струнку. Он не шевелился и, похоже, даже не дышал. Казалось, тронешь — и закричит.
— Если хочешь, — прошептал Фай через какое-то время и натянул одеяло до подбородка. — Если хочешь, я в твоем распоряжении. Мое тело… если хочешь. — Он судорожно сглотнул и превратился в один сплошной комок нервов.
Да уж, соблазнитель.
— Не хочу. Чего ты там боишься? Что я отдам тебя своим людям? Что по возвращении домой продам на рынке рабов? Не бойся. Я этого не сделаю. Спи.
Мои слова Фая не убедили, но он больше не пытался предлагать мне свое тело — лежал рядом, напряженный, неподвижный, и смотрел в потолок.
А я смотрела в голубые глаза Ильди. Он перестал делать вид, что спит, и тоже глядел на меня. Так мы и
