нему, он должен был провести испытания и выдать заключение перед их применением. Он и в самом деле виноват. И такой провал ему не простят даже его лучшие дружки из пэров и лордов – многие из них и сами магические таблетки пробовали, и дети-внуки тоже. И, как и все, вкусившие этот плод, пребывают в панике и ждут, на кого укажут пальцем, как на виновника. Так что порвут они его, как там говорят: на британский флаг, не смотря на прошлую дружбу. Ну что ж, начнём выводить заседание в новое, правильное русло.
– Мистер Сэлвин Лойд, – обратилась она к министру обороны, – в какой стадии находится работа по сертификации таблеток?
– Мы проводим клинические испытания – отвечая, министр немного потянул галстук, как будто старался ослабить его давление на шею, – необходимо подтвердить их характеристики, разработать оптимальную дозу применения, убедиться, что в организме не остаётся никаких продуктов их распада, и научиться выводить, если такие есть.
– Сколько лет займёт эта работа?
– Точные сроки назвать невозможно, но не менее двух-трёх лет.
– Я правильно понимаю, что до этого срока таблетки будут считаться несертифицированными и их применение запрещено.
– Совершенно верно, Ваше величество.
– Но у нас эти таблетки едва ли не в барах продают, наравне с алкоголем и канабисом. И мы эти же таблетки перепродаём в значительных объёмах в другие страны. Мы союзников предупреждали, что магические таблетки не прошли цикл клинических испытаний?
– Возможно, – пожал плечами министра обороны, при этом и его щеки колыхнулись вместе с движениями плеч, – на волне неявных слухов о чудодейственном средстве, обеспечивающем рост магической силы, часть элиты, особенно молодёжь, задействовала все ресурсы, чтобы приобщиться к новомодному средству. Молодёжь – она такая. Что касается продаж за рубеж, то образцы мы отправляли как приложение к нашей информации о таблетках, а дальше они уже сами решают, что с ними делать и если им необходимо, заказывают ещё.
– Ну что ж, ситуация неоднозначная, – резюмировала королева, – дело сложное. Сэр Стэнли Болдуин, вы последние лет десять лорд-хранитель малой королевской печати, но, мне помнится, у Вас медицинское образование?
– Да, Ваше величество. У Вас великолепная память, – один из худощавых старичков, с аккуратным пробором волос на две стороны, ушами, заострёнными, как у эльфа, крупными пигментными пятнами на лице и волевым подбородком, согласно кивнул головой: – В молодости я больше десяти лет был практикующим хирургом.
– Думаю, Тайный Совет согласится с предложением поручить Вам возглавить комиссию, которая разберётся с упущениями, возникшими с магическими таблетками. Вам это близко по Вашей профессиональной специализации и Вам будет проще понять и оценить работу всех структур на этом направлении.
– Это большая честь для меня, Ваше величество. Исполню всё, что в моих силах.
Королева видела, что Георг переглянулся с министром двора: домашняя заготовка предполагала, что именно министр двора возглавит комиссию, но по первоначальному замыслу был нужен человек, который будет копать под Маккэлма. С этим бы министр двора справился, но вот министру обороны он врагом не был. А Болдуин – был, так что закапывать этого жирного борова председатель комиссии будет со всем рвением и упорством.
– Сэр Стэнли Болдуин, через три месяца доложите результаты работы. Заседание Тайного Совета закончено, – сказала королева, величественно поднимаясь с кресла.
Она шла по кредитору и думала, что как бы тяжело ни было, но прошедшее заседание Тайного Совета – это лишь первый из двух шагов, необходимых для выхода из этой безобразной ситуации: магическая сила от Георга, полученная всей английской знатью, стала убывать и есть только один способ это исправить. И у неё хватит мужества и осознания своей ответственности, чтобы сделать и второй шаг. Войдя в свои рабочие апартаменты и поприветствовав вскочившего секретаря, она поручила ему пригласить для разговора начальника отдела сектора истории из отдела протокола.
Владимир. Дом Перловых.
Весна традиционно считалась в семействе Перловых «сезоном рождений»: почему-то большая часть как взрослых, так и детей родилась с начала марта до середины мая. А открывала этот «парад» Катя – её день рождения был в первый день весны, и в этом году ей исполнялось пятнадцать. Всего на четыре дня отстояло двенадцатилетие Бориса, но праздники для них проводили раздельно; в совмещении – урон чести, да и разница между детьми в возрасте велика, интересы у именинников и их гостей разные. И если для Бори планировали устроить, хоть и на широкую ногу, но домашнее застолье для его лицейских друзей, то для празднования дня рождения Екатерины сняли ресторан и торжество готовили основательно. Тем более что, пройдя инициацию, она получила все права совершеннолетней и с этого возраста считалась взрослой, получившей возможность входить в «малый свет», где общалась бездетная молодёжь.
Даже если Геннадий Алексеевич и Оксана Евгеньевна переживали относительно того, прибудут ли гости, приглашённые на праздник, то их тревоги оказались напрасными: если раньше фамилия «Гефт» отпугивала гостей от дома Перловых, то теперь она стала приманкой для света – пообщаться с новоявленным графом выстраивалась очередь на любом светском мероприятии. А поскольку в свет Гефты выходили мало, то для владимирского дворянства, знавшего о дружбе семей Перловых и Гефтов, принять участие в чествовании именинницы было дополнительным поводом показаться на глаза «царскому любимцу». Точно никто не знал, насколько император расположен к Гефту, но раз за такой короткий срок он и полковником стал, и графом, и Героем – а это всё можно было сделать только с одобрения императора, значит, он в фаворе, в любимцах ходит. И знакомство, а тем более, общение с таким человеком в плюс играет любому роду.
В прошлые годы на разосланные загодя приглашения на день рождения (а их всегда рассылали «веером» всем, с кем вели дела и более или менее поддерживали контакты), обычно больше половины, а то и две трети потенциальных гостей отвечали вежливыми извинениями в связи с невозможностью посетить торжество. Естественно, такой отказ сопровождался витиеватыми пожеланиями всех благ имениннице и обещанием непременного участия в будущих праздниках. Теперь же оказалось, что этот «будущий праздник» наступил – практически у всех нашлось время и
