когда речь заходила о деньгах. Деньги были его богом, и при этом не слишком добрым.
Миссис Наратаки подняла голову от стола и улыбнулась:
– Заходите.
Едва открылась дверь, я увидел сад. Окно от пола до потолка на противоположной стене выходило в большой сад с огромным мраморным бассейном, в котором плавали два белоснежных лебедя. Тонированное стекло в окне подчеркивало голубизну неба. Столетние ивы склоняли к земле свои печальные ветви. На лужайке сидел крупный белый кролик. Подняв одно ухо, он щипал траву и смотрел в окно.
На стенах просторной, залитой солнцем комнаты висели картины, которые сделали бы честь владельцам старых европейских замков. Одна из них изображала дичь на крюке. Внизу, уставившись на тушу, сидела настороженная собака, а позади нее к стене было прислонено ружье.
На другой картине соблазнительная горничная, улыбаясь, несла кувшин молока. На третьей в роскошном кабинете стоял белый лакей.
У стены я увидел мягкие кресла, вроде тех, в которых мы сидели в приемной. Центральное место в комнате занимал длинный серый стол, окруженный шестью деревянными стульями. Четыре из них были уже заняты.
– Мистер Уортон. – Один из мужчин, сидевший ближе всех к двери, поднялся и пожал руку Мофаса. Он был небольшого роста, в желтом вязаном свитере и темно-коричневых брюках.
Мофас улыбнулся и кивнул:
– Мистер Ви, позвольте представить вам мистера Изекиеля Роулинза, который работает со мной и даже владеет небольшой частью интересующего вас имущества.
Мофас взял меня за локоть и подвел к невысокому белому. Мы пожали друг другу руки.
Его серо-голубые глаза словно говорили мне, что он счастлив познакомиться со мной и что мы станем друзьями.
– Рад познакомиться с вами, мистер Роулинз, – сказал он.
Меня усадили между мистером Ви и Мофасом, после чего нас представили другим мужчинам, и те поочередно пожали нам руки.
Фарго Баер оказался крупным мужчиной в добротном коричневом костюме. Рыжие волосы, с которыми он как-то еще управлялся на голове, покрывали его руки, торчали из ушей и из-под ворота рубашки.
Рядом с Фарго сидел Бернард Сиверс, худощавый, с желтоватой кожей, бегающими глазками и шапкой густых черных волос.
Место во главе стола занимал Джек Декампо, лидер, с гладкой оливковой кожей и странными глазами, меняющими цвет, как хамелеоны.
Сложив свои длинные пальцы домиком между глаз, он долго смотрел на Мофаса.
Затем бросил взгляд на меня:
– Рад познакомиться с вами, сэр.
Я смущенно кивнул и склонил голову в знак уважения, ибо привык так приветствовать белых на юге.
– Мы представляем финансовый синдикат, интересующийся недвижимостью.
Все мужчины, включая Мофаса, походили на голодных соек, приглядывающихся к только что засеянной лужайке.
– Мистер Роулинз владеет менее чем пятью процентами интересующей нас недвижимости, джентльмены. Но поскольку мы работаем вместе, ему полезно выслушать ваше предложение. – При необходимости Мофас умел говорить как белый.
Декампо улыбнулся мне:
– Мы рады, что вы здесь.
Я ответил ему дурацкой улыбкой.
– Полагаю, мы сумеем помочь вам, мистер Уортон, – сказал Бернард Сиверс.
Убедившись в моей никчемности, они не обращали на меня внимания. Пять процентов для них не препятствие. Однако они позволили Мофасу произвести впечатление на своего служащего.
– Мы хотим дать вам возможность заработать, – сообщил мистер Ви.
– Простите, но я не очень-то верю вам, – заметил Мофас. Он знал, чего я хотел, и умел надавить.
– Понимаю, что звучит это странно, мистер Уортон, – согласился Декампо. – Но наши интересы пересеклись.
– Вы имеете в виду мою недвижимость на Уиллоуби-стрит?
– Да, вы владеете землей. А мы капиталом. – Он сложил руки и крепко сжал их.
– А что вы получите от этого? Проценты на заем?
Смех Декампо напоминал шипение кислоты на коже.
– Пожалуй, даже немножко больше.
– Насколько же?
– Нам будет принадлежать семьдесят пять процентов образованной корпорации, а вы, не прилагая усилий, будете получать деньги.
– Семьдесят пять процентов?!
– Да, мистер Уортон, – вмешался мистер Ви. – Мы вкладываем капитал и располагаем информацией, которая сделает это вложение выгодным.
Я наблюдал за любовными играми лебедей в бассейне. Вода вокруг них волновалась, отражая яркие блики послеполуденного солнца.
– И что же это за информация?
Мистер Декампо улыбнулся:
– Администрация округа намерена превратить Уиллоуби в центральную улицу, шириной в пять полос. И ваши девять акров окажутся возле нее.
– Значит, стоимость недвижимости возрастет? – спросил Мофас. Он, конечно же, догадался, почему я не продавал эту землю раньше.
– Через десять лет земля будет дороже, чем все наше имущество, вместе взятое. Мы собираемся строить супермаркеты и универсальные магазины, мистер Уортон. Возможно, даже здания для будущих офисов. Кто знает?
– Но если мы повременим, разве стоимость земли не вырастет? – невинным тоном осведомился Мофас.
Сойки засуетились. Внезапно в комнате повеяло опасностью.
– Я хочу сказать, – пояснил Мофас, – что мы и сами способны заключить такого рода сделку, поскольку владеем землей.
– Дело в том, – вмешался Фарго Баер, – что мы сообщили вам лишь часть информации. Зонирование участков еще не закончено. Как только администрация утвердит планы строительства, совет наложит ограничения на права владельцев, то есть удастся что-то протолкнуть, но это обойдется очень дорого.
– И когда банки узнают о планах строительства, начнется бум, – вставил Бернард Сиверс. – А сейчас мы впереди всех и, что бы ни построили, будем в деловом центре района.
– Похоже, вы не хотите, чтобы мы распространялись о сегодняшнем совещании, – полюбопытствовал Мофас.
– Нашим партнерам это не понравилось бы, – вполне учтиво ответил Декампо.
– А кто они такие?
Снова послышалось шипение кислоты.
– Люди, осведомленные о продаже земельных участков и строительстве новых дорог. Они не потерпят, чтобы их обманули.
– А честно ли использовать эту информацию для получения прибыли? Разве дорогу построят не на мои налоги?
– Через пять лет ваши двадцать пять процентов будут стоить миллионы долларов, – отозвался Декампо.
Мофас закашлялся.
Я представил себе, как Эдна и Регина играют на траве с лебедями и гладят их. И даже забеспокоился, как бы лебедь не ущипнул мою дочку.
– Итак, вы хотите, чтобы я отдал вам три четверти того, чем владею?
– Это несколько односторонний взгляд на вещи, – пожал плечами Декампо. – Точнее, мы предлагаем увеличить ваше состояние в двадцать раз.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием Мофаса.
Когда-то я считал бизнесменов людьми чести, однако избавился от этого предрассудка задолго до встречи с мистером Декампо и его друзьями. Заподозрив, что здесь не все чисто, я велел Мофасу организовать встречу, ибо желал узнать все поточнее. Следующий мой шаг должен позволить нам выиграть время и разобраться в их намерениях.
Мофас откашлялся.
– Хорошо, джентльмены, – сказал он, когда мы оба встали. – Я должен обсудить ваше предложение с моим советом.
– Что?! – изумился мистер Ви.
