конце сентября силы Северо-Западной белой армии возросли до 18 тысяч штыков и сабель при 50 орудиях. Численность Седьмой красной армии (командующий Дмитрий Николаевич
Надежный) за это же время увеличилась до 25 тысяч штыков и сабель при 140 орудиях.
Командование Северо-Западной армии, учитывая общую обстановку, само не предполагало переходить к широким наступательным операциям. Однако настойчивые требования военной миссии Антанты, обещавшей содействие латвийской и эстонской армий и помощь английского флота, а также слухи об удачном наступлении «деникинской армии», побудили его изменить свое решение.
Операция началась 28 сентября удачным ударом по позициям Седьмой армии. Было перерезано железнодорожное сообщение между Псковом и Петроградом. Попытки задержать наступление контратаками не удались, и 16 октября белогвардейцы овладели Красным Селом и Гатчиной.
Положение «колыбели революции» вновь стало угрожающим. Политбюро партии большевиков постановило: «Петроград не сдавать. Снять с Беломорского фронта максимальное количество людей для обороны Петроградского района. Помочь Петрограду посылкой некоторого количества кавалерии». Было опубликовано воззвание В.И. Ленина «К рабочим и красноармейцам Петрограда» с призывом сражаться за каждую пядь земли. «Товарищи! Вы все знаете и видите, какая громадная угроза повисла над Петроградом. В несколько дней решается судьба Петрограда, решается судьба одной из твердынь Советской власти в России. […] Мы гораздо сильнее врага. Бейтесь до последней капли крови, товарищи, держитесь за каждую пядь земли, будьте стойки до конца, победа недалека. Победа будет за нами!»
10 октября была объявлена местная мобилизация рабочих. Город укреплялся, и в нем строились баррикады. В свою очередь, Седьмая армия усиливалась отрядами, стягиваемыми с Карельского участка фронта, и отрядами курсантов из Москвы.
Надежды противника на активное действие английского флота не оправдались. Попытка бомбардировать береговые форты Кронштадтской крепости из Копорского залива была отбита огнем береговой артиллерии. Для обороны подступов к столице были направлены суда Балтийского флота. Однако в результате заговора погибло несколько советских миноносцев. Тяжелые потери, понесенные Красным Балтийским флотом, вызвали недовольство среди русских эмигрантов в Финляндии, которые потребовали невмешательства в русские дела.
Упорное сопротивление наступающим белогвардейцам оказала Седьмая армия, которой поочередно командовали генералы: Сергей Дмитриевич Харламов, Дмитрий Николаевич Надежный и Сергей Иванович Одинцов. В это время перешла в наступление Пятнадцатая армия (командующий – штабс-капитан Александр Иванович Кук). 31 октября противник был выбит из Луги. Вскоре советские войска заняли станцию Мшинскую. Угроза тылу гатчинской группы заставила белых начать общее отступление.
14 ноября было сломлено последнее сопротивление белогвардейцев в районе Ямбурга. Понесшие большие потери войска Н.Н. Юденича в декабре перешли границу Эстонии. Здесь они были интернированы согласно условиям мирного договора с советской Россией.
Угроза Петрограду миновала.
Вооруженные силы Юга России против Советов
Южный фронт с января 1919 года возглавлял В.М. Гиттис, с июля В.Н. Егорьев, с октября А.И. Егоров. Начальником штаба был Н.В. Пневский, с октября Н.Н. Петин. Членом военного совета продолжительное время был И.В. Сталин.
В начале года соотношение сил складывалось не в пользу советского командования: против 70 тысяч штыков и сабель белогвардейских войск оно располагало всего 50 тысячами.
Прологом к решительному столкновению обеих сторон, предопределившему собою окончательный исход кампании, явились операции на Украине.
Взаимоотношения антибольшевистских сил были весьма сложными из-за непримиримости их интересов и взаимной враждебности, что приводило даже к прямым столкновениям между ними. Это обстоятельство было на пользу Двенадцатой красной армии, поскольку ей приходилось действовать на три фронта. С запада ей угрожали польские силы и войска украинской Директории; с юга действовали мятежные банды Махно; со стороны Полтавы угрожали части Добровольческой армии. К тому же все внутреннее пространство между тремя фронтами было охвачено восстаниями. Украинские войска прорвали расположение западного участка Двенадцатой армии на Винницком направлении, а войска Добровольческой армии сбили части Четырнадцатой армии на Полтавском направлении, и обе стороны сошлись у Киева. Однако они не смогли договориться, и между ними чуть было не произошло вооруженное столкновение. Их войска разошлись, оставя между собою небольшую нейтральную полосу. Сам Киев остался в руках добровольцев. Развивая наступление, Добровольческая армия вскоре овладела Одессой.
Войска Двенадцатой армии оказались окруженными в районе Балты и были вынуждены пробиваться на соединение с главными силами.
В это время начала наступление Ударная группа Южного фронта под командованием полковника Василия Ивановича Шорина. Наиболее успешными оказались действия группы генерал-лейтенанта Владимира Ивановича Селивачева. Однако в тыл Южного фронта вышел конный корпус Мамонтова, что создало угрозу красным армиям. Восьмая армия под давлением противника оставила рубеж реки Дон и начала отходить к Воронежу. Положение осложнялось тем, что заместитель командующего армией генерал Ротайский с группой штабных офицеров перешел на сторону белых.
«Потерявшая веру в свое командование и расстроенная рейдом Мамонтова, VIII армия вслед за Воронежем оставила Лиски и покатилась на восток, потеряв связь с соседними армиями»[44], – писал В.А. Ворожейкин в книге «Солдаты неба».
Командование Добровольческой армии надеялось, что с ее приходом начнутся выступления против большевиков. Но поднять на борьбу с советской властью местное население не удалось, поскольку отношение к белогвардейцам было прохладное. Более того, для борьбы с ними образовались партизанские отряды. Пришлось пополнять Добровольческую армию за счет мобилизуемого населения и пленных красноармейцев, что отразилось на ее боеспособности.
Николай Евгеньевич Какурин в книге «Стратегический очерк гражданской войны» писал: «В то время как корпус Мамонтова бродил по советским тылам, ища выхода к своим главным силам, в таком же положении находилась и группа советских дивизий Якира. Прорыв этой группы к своим войскам произошел при помощи XII армии»[45].
В это время советский Южный фронт уже располагал войском 140 тысяч штыков и сабель при 800 орудиях и превосходил противника в полтора раза по живой силе и почти вдвое по артиллерии. Несмотря на неблагоприятное соотношение сил, генерал А.И. Деникин 12 сентября отдал приказ о переходе в наступление «всем фронтом от Волги до Румынской границы». Расчет был на высокий боевой дух Добровольческой армии и помощь союзников. И она последовала.
Тот же Черчилль утверждал: «Начиная с июля месяца 1919 г., Англия оказывала Деникину главную помощь, и не менее 250 тысяч ружей, 200 пушек, 30 танков и громадные запасы оружия и снарядов были посланы через Дарданеллы и Черное море в Новороссийск. Несколько сотен британских армейских офицеров и добровольцев в качестве советников, инструкторов, хранителей складов и даже несколько авиаторов помогали организации деникинских армий…»[46].
Основной удар обрушился на Тринадцатую армию. Прорвав оборону, добровольцы быстро подошли к Курску. Вскоре был захвачен Чернигов. Конные корпуса Шкуро и Мамонтова, соединившись, овладели Воронежем.
Не останавливая наступления, белая армия овладела Орлом. Уже на другой день генерал Май-Маевский обещал «быть в Москве со своими войсками не позже конца декабря, к Рождеству 19 года». Однако эти успехи были куплены ценой крайнего напряжения Добровольческой армии. Все резервы были израсходованы. Крайней точкой «белого нашествия» стал Мценск, куда ворвалась группа конных разведчиков.
Генерал-майор
