сосредоточиться.
Дело это не быстрое, хоть уже давно ставшее привычным. Вначале в ушах возникает гул, подобный тому, что не покидает стены вокзалов. Будто одновременно разговаривает тысяча голосов. Он то нарастает, то снова ускользает — это разум настраивается на нужную частоту. А когда я наконец поймал нужную волну, раздался тоненький писк. Подобный иногда возникает в обычной жизни, у обычных людей. В такие моменты всегда задают вопрос: «В каком ухе звенит?»
Наконец я вырвался за пределы тела и увидел себя как бы со стороны. Затем начал подниматься всё выше и выше, пока полностью не увидел наш кремль. Люди представлялись крохотными огоньками, мерцающими звёздами. Я прекрасно читал ауры каждого, и среди них не было Константина.
Тогда я поднялся ещё выше. Теперь, помимо кремля, я мог видеть весь город, и выглядел он не очень. Пустой, безжизненный, с крупными скоплениями тьмы. Я видел, как она пробивается в наш мир через трещины в границе. Видел, как вместе с ней к нам проникает другая энергия, та самая, что позволяет создавать материю из ничего. И ещё видел, сколько её там, за пределами, сдерживается уставшей, готовой вот-вот рассыпаться плотиной. Ей оставался последний щелчок. Щелбан, чтобы разлететься на миллиарды осколков. И тогда энергия хлынет сплошным потоком, сметая всё на своём пути.
А затем я увидел три крохотных огонька, которые стремительно мчались по ледяному насту реки. И один из них оказался нашим Константином. Вот только догнать его мы были уже не в силах. Похитителям оставалось всего ничего, чтобы добраться до своих.
Завершив поиск, я собирался вынырнуть обратно в реальный мир, но вдруг заметил нечто странное. В одном месте энергия клубилась как-то иначе, словно живая. Мне стало любопытно, и я подобрался поближе, чтобы рассмотреть это явление чуточку лучше. А затем почувствовал зов. Странный, пугающий, лишённый каких-либо чувств и эмоций.
Я не видел его, но чувствовал, как меня куда-то затягивает, словно у самых ног разверзлась чёрная дыра. Я попытался вырваться, но эта тварь крепко держала меня в своих холодных объятиях. Её щупальца проникли в разум, закопошились там, без труда считывая меня, как открытую книгу. Я уже начал растворяться, терять связь с реальностью, как меня кто-то подхватил.
Напрягаясь изо всех сил, я потянулся к внезапному союзнику, уцепился за воображаемую руку. А когда наконец вырвался из капкана, это нечто взревело. Нет, я не слышал звука, но то, как повело себя существо, было наиболее близко к гневному крику.
— Ты совсем идиот⁈
— Что?.. Как?.. Кто ты⁈
— Тот, кого попросили присмотреть за тобой.
— Кто попросил?
— Исай.
— И где он? Мне нужно срочно с ним поговорить.
— Боюсь, в ближайшие несколько лет это будет невозможно.
— Почему? У нас нет столько времени! Передай ему, что мне нужно срочно его увидеть.
— Я же сказал тебе: это невозможно. Его больше нет среди нас.
— Тогда где он?
— С вами. Неужели ты так слеп, что не смог рассмотреть его?
— Что? Какого хрена⁈ Эй! Подожди…
— Тихо, тихо, Могила! Ты чего⁈ — Внезапно я увидел перед собой испуганное лицо Лёхи. — Что там произошло? Ты вдруг побледнел, упал…
— Сложно сказать, — севшим голосом ответил я.
— Ты нашёл Костю?
— Нашел. Его похитили, и он уже далеко.
— Догнать успеем?
— Нет, — покачал головой я. — Они уже добрались до своих. Готовь группу, выходим на рассвете.
— Принял, — кивнул витязь. — Может, тебя к Всеволоду или в больничку?
— Да нормально всё. — Я попытался подняться, но голова закружилась, и я снова опустился на пол. — Ща, только отдышусь немного.
Глава 7
Выезд
Нет, всё-таки воевать в тысячу раз проще, чем понять то, что творится в женских головах. Буквально на прошлой неделе мы с Алисой нормально общались, а вчера она мне даже дверь не открыла. Нет, после расставания всё же осталось некое напряжение, но то такое… Сложно продолжать дружить, когда кто-то затаил обиду. А иначе и не получится. Разрыв отношений — это всегда больно, даже если оба к этому готовы и устали друг от друга. Никто не хочет быть брошенным, ведь это удар по самолюбию.
Ладно, рано или поздно я её выцеплю. За стенами кремля не так много мест, где можно спрятаться, все на виду. Хотя часто замечаю: когда тебе срочно кто-то понадобился, на его поиск можно полдня потерять. Помню, как-то Всеволода поймать пытался, так несколько часов за ним по территории бегал. И главное, кого ни спроси — «вот только что туда пошёл, буквально минуту назад».
Да, жизнь без мобильных телефонов стала чуточку сложнее. А может, и нет. Ведь в детстве мы как-то без них обходились? Сколько раз вспоминал и удивлялся: как мы находили друг друга? Выходишь на улицу — и уже знаешь куда бежать, чтобы с пацанами пересечься. Зато сейчас, когда у каждого в кармане телефон, — хрен кого отыщешь. Парадокс.
— Ну что, командир, как действовать будем? — подкинув дров в печку, что расположилась позади кузова вахтовки, спросил Лёха. — Нам бы для начала языка взять, примерный план территории заполучить. Боюсь, за день не обернёмся.
— А я с ними драться и не собираюсь, — ответил я. — Это не тайная операция, а визит вежливости.
— Думаешь, они нас с хлебом и солью встречать будут? — усмехнулся витязь.
— Посмотрим, — пожал плечами я. — В крайнем случае перейдём к плану «Б».
— Я всё ещё считаю, что нужно было вначале Мишаню похоронить.
— Его и без нас закопают. Колян присмотрит, чтоб всё нормально прошло, — спокойно ответил я. — Живые важнее мёртвых.
— Пиздец, — прошипел Серёга и отвернулся к окну.
— Тебе что-то не нравится? — Я посмотрел на пацана. — Да ты говори, не стесняйся, здесь все свои.
— Да, не нравится! — тут же взвился Шкет. — Он был нашим другом, мы с одного котелка ели, а ты о нём так…
— Как — так?
— «Без нас закопают», — передразнил меня он. — Какой же ты всё-таки мудак!
— Сидеть! — рявкнул я на рванувшего было к парню Лёху. — Пусть выговорится.
— Да я как бы всё сказал, — шмыгнув носом, буркнул пацан. — Как вернёмся, уйду из отряда.
— Дело хозяйское, — ответил я. —
