примелькался.
И почему я не удивлена?
***
- Глафирия Петровна, - крикнула я, открывая дверь кабинета. – Будьте любезны распорядиться об отмене семинара. Мне нужно срочно отлучиться по делам.
- Як же, Машенька? – захлопала от удивления глазами выскочившая на зов старушка. – Времени-то мальца осталось. Вскорь попрут.
- Лешка в беде, баб Глаш, не могу, спасать надо, - моя ассистентка схватилась за сердце, но быстро отошла, закивала и, без лишних вопросов, бросилась выполнять распоряжение.
Золотой человек!
Пока Алексашка топтался у выхода, я разгладила ладонями платья, накинула на плечи новую пелерину из куньего меха и, встав у висевшего на стене зеркала, начала примерять входящую в комплект шапку.
Половина успеха в вызволении моего свежеприобретенного братца крылась в том, как я себя преподам. Если шокированной бедной сестренкой, то велик шанс нарваться на глухую стену полнейшего игнора. Жалостливые, да сердечные в органах правопорядка долго не задерживаются. А вот роль молодой респектабельной барышни при деньгах, почти всегда приносит нужный результат.
Главное не торопиться. Так я не буду выглядеть запыхавшейся. Да и мелкому обманщику и хулигану полезно потомиться в четырех стенах. Будет знать как родню обманывать и со всякими ворьем дело иметь.
К тому времени, как мы вышли из конторы и направились в участок, куда, по словам Алексашки, увезли Алексея, я уже приблизительно сформировала в голове план действий. Который почти на сто процентов состоял из купюр, что покоились на дне моего глубокого кармана.
Боже, благослови жадных коррупционеров. Ведь без них нам, добропорядочным обывателям, пришлось бы жить в честном и справедливом мире. Аж жуть берет и холодочек по позвоночнику.
Стоило мне закончить мысленно репетировать речь, как Алексашка встал столбом перед запорошенным снегом крыльцом и ткнул пальцем в закрытую дверь.
- Пришли, - выдохнул он и юркнул мне за спину. - Тута его держат. В подвале. Ежели не вытащить, замерзнет, как пить дать. И бывалые мужики ночи зимней не выдерживают.
- Хватит мне ужасы рассказывать. Вытащу я его. Но после, все равно за уши оттаскаю. И тебя тоже, - повернувшись, я стрельнула на парнишку недовольным взглядом.
- А меня-то за шо?
- За компанию. Беги домой!
То ли угрозы подействовали, то ли мое природное обаяние. Но два раза повторять не пришлось. По-взрослому выругавшись, Алексашка насупился и бросился наутек. А я, приподняв юбку, неспешным танцующим шагом принялась подниматься по ступенькам.
Первым, кого я повстречала, открыв входную дверь и войдя в длинный узкий коридор, был молодой парень в офицерской форме. Он явно не ожидал поздних посетителей, и выгнал бы взашей, будь на моем месте кто-то другой. Но стоило кокетливо похлопать глазками, снять шапку и тряхнуть гривой черных волос, как служивый поплыл. Растянул губы в приветливо-восторженной улыбке и поклонился.
- Чем обязаны, госпожа?
- Мария Андреевна Вольнова, - подала я ему обтянутую белой перчаткой ладонь. – Мне сказывали, тут давеча парнишку рыжего привели. Алексей звать.
- Вроде был такой, - кивнул он и нахмурился. – А вам на кой эта беспризорная голытьба?
- Так случилось, что эта голытьба совсем не беспризорная. Алексей приходится мне младшим братом. Скорее всего произошла какая-то чудовищная ошибка, его с кем-то спутали… Ведь такое бывает? - Я принялась заламывать руки. Нижняя губа задрожала. В глазах - покорность судьбе. И все ради того, чтобы всколыхнуть в этом парне инстинкт защитника.
Морщина на его лбу разгладилась. Взгляд стал мягче. Сработало, он кивнул.
- Если вы мальца подождете, я провожу вас к главному надзирателю, - предложили мне, намекая на деревянную скамейку у стены.
- Могу я, для начала, увидеть брата? Вдруг это не он, и я напрасно отрываю вас от работы? – теперь в ход пошла стеснительная улыбка, отказать которой могли единицы. И этот служивый в их число не входил.
Он предложил следовать за ним и провел к лестнице, что вела в подвал. После первого пролета открыл железным ключом замок на решетчатой двери. Поздоровался с поднявшимся из-за стола бородатым стражником, держащим в руках ружье и указал мне на дальнюю камеру. Внутри, на узкой скамеечке, ютились двое грязных мужиков и один парнишка, в котором я тут же признала Лешку.
- Он? – спросил меня провожатый. Я кивнула и подняла на него умоляющий взгляд.
- Могу я поговорить с ним? Узнать, что произошло?
Парень замялся, но, видимо, решив, что я особа более чем безобидная, посторонился.
- Только к решетке близко не подходите, барышня. Семен присмотрит, ежели что. А я пока предупрежу его благородие, что к нему посетительница, - с этими словами служивый откланялся, а я, улыбнувшись бородатому Семену, зашагала к камере.
Стоило приблизиться, как изнутри раздался режущий слух свист.
- Гляди, Михайло, какая красавица к нам пожаловала, - тихонько заржал, демонстрируя беззубый рот, почерневший от грязи мужик. - Иди ко мне, милая, пощекочу.
- Я тебя сама сейчас пощекочу, дядя, - шикнула я, вспомнив свое суровое детство. – Одолжу у стражника ружье и так пощекочу, мало не покажется.
Смех заглох. Все мигом притихли. Даже Лешка, вращая своими глазищами, не сразу бросился ко мне в объятия. А когда все же бросился, еле слышно прошептал:
- Зря ты, Машка. Это ж Сковырла. Та еще гнида. На мне отыграется.
Не сдержавшись, я огрела парнишку подзатыльником, а затем схватила за ухо.
- Вот же охламон, мелочь пузатая! – опешили, кажется, даже Михайло со Сковырлой.
- Ай, не бей! – тихонько заскулил братец. – Больно.
- Да тебя прибить мало! Вор и обманщик! Ты где сейчас должен находиться?
- П-помогать вам с бабкой Глашей.
- Так какого ты… здесь ошиваешься? Тебе денег не хватает, что ты по чужим карманам лезть вздумал? Или адреналина?
- Чаво?
- Того! Я сейчас с надзирателем поговорю. Попробую миром все решить. Но, если
