он стрелял на поражение, но пара серьезных ранений для того, чтобы лишить Павла подвижности и открыть себе путь…
Ах, так!
Павел оскалился, чувствуя, как кровь из разбитых губ вскипает алой пеной. Ну, в таком, случае, он тоже не будет сдерживаться.
Когти вырвались на свободу парой хищных змей и прочертили на запястье старика красные линии. Царапины — тот почти успел отдернуть руку, но переход на следующий уровень боя был принят. Доказательством этого послужила вторая пуля, вонзившаяся во все тот же многострадальный бок.
Павел метнулся из стороны в сторону, резко меняя направление движения, перескочил через Николая, вновь вернувшегося на сцену, впечатал его в землю, оттолкнулся, швырнул себя вперед в длинном перекате и с наслаждением врезал-таки стрелку, в последнюю секунду убрав лезвия когтей. Старик оказался куда хлипче своего союзника и отлетел в кусты безвольной куклой, теряя по дороге свой пистолет, сумки с запасными зарядами и прочую дребедень.
Схема повреждений, раздражающая своими алыми переливами, утверждала, что старик напоследок разбил-таки левый бедренный сустав экзоскелета, и сейчас вся система держится на резервных тягах, вовсе не предназначенных для таких нагрузок и стремительно приближающихся к своему естественному концу.
Павел схему проигнорировал — он был так зол, что готов был отделать всех "бунтовщиков" голыми руками, без всякой помощи искусственных мышц. Эту решимость он и продемонстрировал Николаю, только-только вынувшему голову из липкого грунта. Изрядно помятый в погоне за стрелком, берсерк не продержался и пары минут, отправившись в глубокий нокаут.
Сплюнув скопившуюся во рту кровь, Павел решительно направился в сторону главного боя, несправедливо забытого на фоне местечковых разборок.
Ведущий и его соперник оказались достойны друг друга. Тело ящера пестрело многочисленными ранами от метательных шипов и клыков, но его бешеная регенерация позволяла их игнорировать — по крайней мере в плане кровопотери и отравления. Его соперник и вовсе казался невредимым — раз за разом достающие его лезвия глефы, казалось, не наносят ему никаких повреждений. Секрет фокуса, впрочем, был все в той же регенерации — просто местный уроженец отточил ее куда лучше чешуйчатого инопланетянина.
Гиганты яростно осыпали друг друга ударами, не отступая ни на шаг, и, кажется, все это могло продолжаться еще долго. Вот только Павел не собирался давать им такой возможности.
Припадая на одну ногу и игнорируя панический писк Сима, он подхватил приличных размеров булыжник, лежащий на земле, и после короткого разбега швырнул его вперед. Каменюка с громким щелчком отрикошетила от костяного черепа, выбив в нем небольшой кратер. Атакованная голова мутанта с изумлением обернулась, чтобы взглянуть на нового врага. Павел жестами показал, что о ней думает, и прокричал-прохрипел сорванным горлом, одновременно транслируя то же самое Ведущему через Сима:
— Завязывайте, идиоты! Это свои!
***
Если бы кто-нибудь со стороны увидел бы живописно рассевшуюся на поляне компанию, он, пожалуй, как минимум заработал бы что-нибудь вроде заикания.
Двуликий старик — одна половина лица нормальная, другая — жуткий багрово-синий отек. Мужчина с лицом, похожим на непрожареную котлету, умудряющийся при этом сохранять совершенно невозмутимое безэмоциональное выражение. Девушка с копьем, сидящая в позе древнегреческой богини-охотницы. Сходство было бы куда выше, если бы не бланш под глазом и не располосованная щека. Парень, похожий на лемура своими круглыми глазами, в которых плескался океан изумления — для бедняги все происходящее было в новинку и пробирало до самых пяток. Здоровенный ящерокентавр, будто только что выбравшийся из мясорубки, но высокомерно игнорирующий свое плачевное состояние и занятый полировкой лезвия глефы. Тощая поджарая гидра — Тиф пожертвовал частью массы и боевой мощи в пользу скоростных качеств — аккуратно приращивающая себе назад отсеченную голову. Черный инсектоид с красными гребнями, сидящий в позе лотоса — надеть на него оранжевый балахон, и он взял бы первый приз в общегалактическом конкурсе двойников Будды. И во главе этого импровизированного круглого стола — человек в экзоскелете из говна и палок… то есть мясной продукции четвертой категории, что, впрочем, не слишком-то отличается по смыслу.
От части поврежденных деталей экзоскелета пришлось избавиться, часть — пустить на запчасти, и теперь чудо-костюм работал дай бог процентов на шестьдесят от своих первоначальных возможностей… вдобавок еще и выглядел как подранный собаками. Это, само собой, настроение Павлу тоже никак не улучшало.
Павел обвел своих собеседников тяжелым взглядом, убеждаясь, что все осознают абсурдность произошедшего и свою вину — ну, те, кому есть что осознавать. Все было более-менее ожидаемо, только Анна сверлила его недовольным взглядом. Нет, можно подумать, он видел, куда ее роняет!
Подняв руку и чуть развернувшись, Павел продемонстрировал Анне свой дырявый бок, намекая на обстоятельства, в которых ему было не до того, чтобы выбирать девушке достойное место для приземления. Сим еще не успел толком поработать над раной, и через сдвоенную сквозную дыру прекрасно просматривалась местность за спиной.
Глаза Анны изумленно округлились, но почти сразу вернули агрессивный прищур. К счастью, теперь он был направлен именно туда, куда надо — на истинного виновника произошедшего, старого паникера, параноика и бунтовщика.
— Итак, — откашлявшись, начал Павел. — Какого хрена это было?
Ответа он ожидаемо не дождался.
— Товарищ Аркадий, поясните, пожалуйста, свою позицию. С вашего "сообщника" взятки гладки — мы его не за то держим. А вот от вас не ожидал. Взрослый человек, казалось бы, с большим жизненным опытом, а повели себя как трехлетка. Сам придумал, сам испугался, и что в итоге?
— Мне жаль, — с усилием выдавил старик, стараясь не пересечься ни с кем взглядами. — Просто… мне изначально не нравилась эта идея, и… — он пошевелил пальцами в попытке нащупать хоть что-то в свое оправдание, обреченно вздохнул и опустил голову.
— Я понимаю, что вы хотели как лучше. Но это нихрена не извиняет моего дырявого бока и чуть не пролюбленной цели всего похода! Что за параноидальное "расследование", какое-то кособокое толкование фактов… Вас что, Шерлок Холмс покусал, на пару с католическим священником? Если мы команда, то мы доверяем друг другу. Даже если вы вдруг засомневались в моем здравомыслии, то уж Анну-то с Алексом могли предупредить?
Старик молча поднял руки над головой, показывая, что сказать ему нечего. Целая половина лица его покрылась яркими красными пятнами.
— Так, с этим пока все, — выдохнул Павел. — Ань, еще раз извини, сама понимаешь. Но, кстати, твой подопечный тоже там был на первых ролях, так что…
Девушка молча кивнула, принимая извинение.
— Теперь к проблеме побольше. Тиф, к тебе тот же вопрос. Какого черта?
— Иди на хрен, — спокойно парировала гидра. — Еще я перед всякими сопляками не отчитывался.
