— Мы не причинили ей вреда, — мимолетно улыбнулся Лед.
— Взбунтовалась сама реальность и нас вышвырнуло с Террона, мир закрылся, — объяснил Инзор.
— Странно, я не слышала о возможных последствиях такого рода, — пробормотала под нос Ана.
— Террон мир, где магия отнюдь не всевластна, а наш визит, взаимодействие с Видящей и ее откровения спровоцировали пробуждение спящей крови отцов, — разъяснил Искра.
— Отцов? — Ана в недоумении прикусила губку, мучительно соображая, что и где пошло не так. И в чем собственно проблема.
— Мама не знает, — первым догадался и нервно хихикнул Глеану.
— Что я не знаю? — немного занервничала Владычица.
— Демон, Маг Стихийного Огня и Золотой Полоз — ты не мелочилась, выбирая наших отцов, матушка, — проронил Пепел. — Не то чтобы мы были в претензии, но…
— Они выглядели мужчинами, — чуть-чуть, самую-самую капельку виновато оправдалась Ана.
— Разумеется, ведь в Альрахане, по воле твоей, не властна магия изменения плоти, — хмыкнул сероглазый. Вид его был прежним, но видевшим второй облик альсора братьям показалось, что за спиной говорившего взметнулись и хлопнули крылья.
— В отличие от Террона, — вставил Инзор. — Над нами, гостями, он не обладал достаточной властью, чтобы удержать от изменений, но силы мира хватило на то, чтобы выкинуть нас прочь, когда изменения зашли слишком далеко.
И братья, по очереди беря слово, поведали матери о поисках Видящей, знакомстве с ней, беседах и откровениях, изменениях плоти, постигших альсоров, помощи девушки и ее теплом отношении к гостям, которых еще вчера она считала игрой воображения. Последним говорил Глеану:
— Мы стояли рядом, не в силах коснуться плачущей Видящей, оставшейся на Терроне, мама. Возможно, теперь Ника считает себя безумной.
— И виноваты в этом мы, — побарабанила пальчиками по подлокотнику Ана.
Давненько Владычица не чувствовала себя столь неловко. Слишком щекотливая создалась ситуация. Доведение Видящей до безумия, равно как и гибель, могло ударить по виновникам весьма жестоко. Но, даже если бы не было этих условий… Пожалуй, Ане было и любопытно и одновременно жаль девушку. Владычица не просто полистала на досуге книгу, доставленную с Террона, а, вот стыдоба, прочитала ее от корки до корки. Почему-то раньше она никогда не рассматривала свою жизнь, как подходящую для романа историю. А эта девочка… Ника, превратила ее в увлекательное приключение. Раньше мысль о том, что все это сотворено со злым умыслом, помогала прогонять любопытство и желание познакомиться с создательницей книги, но теперь досада ушла. Никто не топтался по ее прошлому, не рылся в белье, Видящая просто видела. А значит пришло время отдать сыновьям новое поручение.
— Девочку нужно доставить на Альрахан! Видящей не место вдали от нашего мира! — вынесла вердикт Ана.
— Как? Мы не можем войти на Террон. Нанять Охотника в мирах, чтобы попробовал он? — выгнул бровь Пепел.
Он и сам уже измучился перебором вариантов. Ни один не казался подходящим. А найм одного из тайного ордена для особых поручений не казался верным выбором. Видящая была слишком ценным призом, чтобы доверять его посторонним рукам. Если бы Пепел уже не был знаком с Никой, пожалуй, он бы рискнул взять на себя тяжесть кары и заказать смерть знающей слишком много лишнего писательницы. Но теперь, увы, теперь он не мог хладнокровно отдать такого приказа. Гипотетическая правильность поступка перекрывалось реальными угрызениями совести, стоило сероглазому альсору вспомнить улыбку девушки, ее заразительный энтузиазм и радость от встречи. Он слишком многого не успел, не договорил, не сделал. Нет, мама права, Нику нужно привести в Альрахан. Но как? Пепел пока не видел решения задачи.
Быстрый взгляд на Инзора и Глеану зеркально отразил затруднения с поиском ответа у братьев.
— Нет, никаких охотников, — поморщилась Ана и резко вскинула голову, осененная идеей:
— Отправляйтесь в Святилище Последней Надежды!
Глава 8. Святилище Последней Надежды
— М-м-м? — Глеану, мало интересовавшийся таинственной и мистической стороной бытия, простирающейся вне альраханских владений, озадаченно моргнул. Раньше, кажется, мама не испытывала тяги ни к одной из религий.
— Возможно, это шанс, — согласился Инзор и нежно поцеловал Владычицу в щеку: — Спасибо за идею, матушка!
— Ступайте! Скорее уйдете, быстрей обернетесь! Я хочу видеть девушку в Альрахане! — Ана махнула рукой, мимолетно взъерошив волосы Искры. — А потом вы мне еще покажете свои облики! Надо же… полоз, демон… — Владычица по-девчоночьи хихикнула в ладошку.
Она выбирала сильных мужчин, но не рассчитывала на такие бонусы. Что ж, тем забавнее получилось. Насколько забавным сие кажется самим отпрыскам, Ана не слишком задумывалась. Ее дети достаточно сильны, чтобы принять собственную суть, тем более, она не будет проявлена в Альрахане. А на маленькие шалости потомства за границами государства Владычица всегда охотно закрывала глаза. По себе знала, бурлящей в жилах крови нужно давать выход, чтобы не сгореть в собственном огне.
Трое с вежливыми поклонами покинули диванную комнату, но далеко от дверей не ушли. Лед и Пепел взяли Искру в клещи и в категоричной форме потребовали конкретизации вопроса: Куда это их столь спешно послала любимая мама?
Инзор взъерошил волосы двумя руками, почесал затылок и констатировал:
— Есть одно местечко у западных границ Альрахана. Оэле.
— Пустынный мир-призрак? — вздернул бровь Пепел, напоминая мимикой мать.
— Он самый, — кивнул Искра. — Я не был там сам, но читал.
— Опять читал. Иногда мне кажется, ты слишком много читаешь, — вздохнул Лед, отцепляя прядку волос, ухитрившуюся искусно обернуться вокруг пуговицы.
Обычно волосы у Глеану не путались. Впрочем, из любого правила есть исключения. Стоило альсору о чем-то глубоко задуматься или растеряться, как золотая грива мигом утрачивала всякое подобие порядка. Пряди начинали свиваться в столь немыслимые узлы, какие не увяжешь и нарочно. Вот как теперь. И распутывались упрямые с преогромным трудом. Не цени Лед свою внешность столь высоко: красота наследника Владычицы — достояние государства, — непременно в один из критических моментов обрезал бы волосы, вон хоть как у Пепла, до длины в ладонь. А так альсору оставалось только завязывать упрямую шевелюру в хвост и дожидаться устаканивая душевного состояния. Стоило Глеану прийти в благодушное расположение духа, как золотой водопад приходил в норму. Замысловатые узлы распутывались сами по себе или от первого прикосновения гребня.
