Читаем без скачивания Плёвое дельце на двести баксов - Валерий Ефремов

— А что говорит о том, будто все четыре убийства связаны между собой?

— Прежде всего — баллистическая экспертиза. Все убийства совершены из одного ствола.

— А у Ирины есть пистолет?

— Да. Я, правда, не помню точно — то ли «глок», то ли «беретта». Но определенно — девятый калибр. Этот же калибр фигурировал в вышеуказанных убийствах.

Лев Долинский встал, подошел к окну и открыл его:

— Какой-то чертовый нынче август: то солнце, то ливень. Неустойчивая пошла природа, нет в ней никакой определенности. — Он повернулся к Артюхову: — Андрей! На самом-то деле против Ирины ничего нет, кроме кучи этого хлама, который ты приволок в мой кабинет. Да и тот на полноценные улики не тянет. И стоит разжечь камин и бросить туда…

— У меня еще кое-что есть, Лев Михалыч. — Артюхов вынул из кармана несколько снимков и положил их на стол шефа.

Долинский как-то сразу спал с лица и чуть ли не бегом бросился к столу. Пока он рассматривал снимки, Андрей давал свои комментарии:

— Это я тоже нашел в сундучке Ирины. Она, когда убивала, одновременно включала миниатюрную видеокамеру, а потом, вероятно, любовалась результатами своего труда. Лев Михалыч, поймите наконец, ваша дочь тяжело больна — она удовольствие получает от убийств и, судя по снимкам, от мучений и ужаса своих жертв. Боевиков Коха она прикончила не для того, чтобы помочь вам в деле с Вельтманом, — просто для нее это было удобное прикрытие: Ирина работала под неведомого киллера. А когда в «Палермо» приняли меры предосторожности, она уже без всякого прикрытия, только маскируясь, стала валить кого ни попадя и где ни попадя.

— Все это тоже можно бросить в камин, — глухо сказал Долинский.

— Можно, — легко согласился Артюхов, — но где гарантия, что именно в этот момент она не гасит очередную свою жертву. Ведь совершенно ясно: для Ирины убийство человека, именно человека — это потребность. Причем, похоже, ежедневная потребность. Ну как для некоторых секс.

Долинский заговорил после долгого молчания:

— Мне один умный человек как-то сказал, что такое может случиться именно с детьми тех, кто разбогател быстро, внезапно. У того, на кого самого свалились миллионы и миллиарды, крыша не поедет. Так или иначе он эти деньги заработал или своровал, что, в сущности, одно и то же. И все эти миллиардеры продолжают жить той же привычной жизнью — делают деньги. Их психика продолжает работать в одном режиме. — Он подошел к холодильнику, достал оттуда бутылку початого виски, сделал из горлышка пару глотков и поставил ее назад. — Есть династии миллиардеров. Там привычка к богатству воспитывается с младенчества. Существует целая наука, чтобы наследники миллиардов не съехали с катушек. Кроме того, у династий миллиардеров привычка к богатству — уже на генетическом уровне. У нас же ничего этого нет. В нашей стране дети миллиардеров — все потенциальные сумасшедшие. — Долинский на мгновение замолк, а потом сказал почти навзрыд: — Если б послушал я тогда этого умного человека, такого с Ириной бы не произошло.

— Так что делать-то будем, Лев Михалыч? — корректно, но твердо подал голос Артюхов.

— Пять миллионов долларов — хорошие деньги, Андрей, — после небольшого раздумья куда-то в сторону произнес Долинский.

— Кому как… — Артюхов пожал плечами. — Меня бы больше устроил десятипроцентный пакет акций нашей нефтедобывающей компании.

— Не зарывайся, Андрей. — Олигарх теперь смотрел в глаза своего секретаря прямо и строго. — Мне ведь ничего не стоит спустить тебя на дно вон той речушки. — Он кивком указал в сторону окна, из которого открывался потрясающий вид на Волгу.

— Все материалы продублированы и будут оглашены в случае моей смерти или двухдневного отсутствия. Для этого у меня есть надежный человек. Как только…

— Хватит понтовать, Андрюха! — небрежно махнул рукой Долинский. — Ты у меня всегда под колпаком, и я знаю все о тебе и твоем окружении. Для чего же тогда у меня существует служба внутренней безопасности?! — Он подошел к сейфу, открыл его, вытащил оттуда банковскую книжку и выписал чек, протянув его Артюхову. — Десять лимонов на предъявителя, и инцидент исчерпан. Верно, Андрей?

— Верно, Лев Михалыч, — вяло откликнулся Артюхов, запихивая чек в свой бумажник. Секретарь все-таки рассчитывал на большее.

Правильно оценив его реакцию, Долинский почти ласково произнес:

— Не все решают деньги, Андрей Константиныч. Неограниченный кредит доверия со стороны собственного шефа имеет куда более важное значение.

— Я вас понял, Лев Михалыч. Так что же будем делать с Ириной?

— Ее надо найти и отправить в частную лечебницу. Где она может ночевать?

— Да в любом отеле. И даже в своем микроавтобусе.

— Ладно, я сам займусь ее поиском. Придется подключить все свои связи в органах. И надо заблокировать в банке деньги на ее счету. Ты можешь идти, Андрей. Хорошая работа, мой мальчик.

Лев Долинский давно уже принял решение избавиться от Андрея Артюхова — хотя бы потому, что чересчур приближенных к тебе людей следует время от времени менять: закон ротации кадров в бизнесе должен проводиться в жизнь неумолимо.

К тому же секретарь стал чересчур самостоятелен и как-то незаметно присвоил себе полномочия, не сопоставимые с его статусом. Так, служба безопасности Долинского постепенно оказалась отодвинута в сторону, и Артюхову уже подчинялись силовые структуры всего холдинга «Потенциал груп».

Конечно, за десять лет работы на него Андрей оказал Льву Михайловичу множество неоценимых услуг, но теперь стало ясно, что пришла пора расстаться со своим ближайшим помощником.

Еще пару дней назад они бы разошлись полюбовно. Артюхов получил бы приличное денежное вознаграждение и небольшой пакет акций какой-нибудь из компаний холдинга. Долинский даже помог бы ему открыть собственное дело. Но теперь, когда Артюхов ко всему прочему оказался обладателем такой информации, о которой вообще не должна знать ни одна живая душа, да еще и пытался шантажировать своего шефа, решение по секретарю должно быть радикальным.

Сделав несколько звонков по мобильнику, олигарх нажал на потайную кнопку под столом.

Мгновенно, как говорится, будто из-под земли, появилась фигура высокого широкоплечего мужчины.

— Жора, Андрея Артюхова надо срочно ликвидировать. Шантажировать меня удумал, сучонок. У него есть кое-какие родственники, так что смерть должна быть официальной, что-то вроде несчастного случая. Где-нибудь на дороге. Не здесь, во всяком случае. Ну, тут не мне тебя учить. — Мужчина кивнул и хотел было уйти. — Погоди. У него в бумажнике чек на предъявителя. Забери, пожалуй, сумму, указанную в чеке, из банка. А то совсем наличных не осталось…

Конечно, и так все стало ясно после того, как шеф сказал, что сам займется поиском Ирины. Ранее никогда ничего подобного не было. Абсолютно все дела такого рода замыкались на Андрее. Значит, только что ему был подписан приговор. Но какого рода? Отставка или этот приговор — смертный? Похоже на второй вариант, если иметь в виду, что Долинский решил полностью исключить всякую утечку информации о безумной и кровавой деятельности своей дочки.

Но этот вывод слишком серьезен, чтобы принять его без дополнительной проверки.

Если шеф действительно решил убрать Андрея, он должен вызвать в кабинет своего штатного ликвидатора Жору. Причем срочно, ситуация того требует — вдруг Андрей надумает немедленно свалить из особняка?

Как узнать — вызван Жора или нет? У того ведь свой проход в кабинет. К боссу он зайдет, минуя приемную, вотчину Андрея.

В замочную скважину, конечно, не заглянешь и, что происходит в кабинете босса, не услышишь — двери двойные, дубовые.

А если просто взять и зайти в кабинет под каким-либо предлогом?

Но если там Жора, то сразу всем троим все станет ясно. Андрея замочат прямо на месте, не церемонясь.

Что делать, черт побери!? Думай, Андрей, думай! Ты же считал себя куда умнее других, умнее того же Долинского…

Да! Есть один шанс! Долинский при разговоре с Андреем растворил окно. В его открытой раме должно отражаться происходящее в кабинете.

Артюхов бросился к своему окну, открыл его и перегнулся, насколько мог, через подоконник. Фигуру Жоры не узнать было невозможно…

Так, теперь думай, Андрей, дальше. Немедленно его кончить не должны — ситуация для Долинского сейчас не критическая. Секретарь — на месте, а все его телефоны уже, конечно, взяты на прослушку.

Смерть Андрею устроят вполне официальную — все-таки у него брат в мэрии работает, сестра — референт министра.

Скорее всего, несчастный случай на дороге. Обычное дело. Да и Жора — мастер таких трюков. А это значит — пока Андрей в Розовом доме, он в безопасности.

Его сначала должны куда-нибудь направить с поручением, и уж тогда…