— Ты… ты так хотел мое тело, что забыл про мою душу. Пусть все вокруг станет свидетелем: я плачу кровью. Пусть твое желание исполнится. Отныне и навсегда желать ты будешь лишь мое тело, ничье больше! Будь ты проклят, как и все!
Клинок взлетел вверх, затем с силой вонзился в мою грудь, словно в масло — мягко, легко и беспрепятственно. Сначала я не чувствовала боли, она пришла через мгновение, не давая вздохнуть, застревая в горле и груди. Потом услышала свой собственный хрип, и темная пелена вновь укутала меня.
* * *
Я пришла в себя, скрючившись и чуть наклонившись вперед, будто еще держала в руках рукоять кинжала, который вонзила в собственное тело. Судорожно всхлипнув, отняла от груди руки, не в силах поверить, что жива, а видела очередной кошмар Сафиры. Несколько мгновений в замешательстве рассматривала ладони, пытаясь прийти в себя. Наконец‑то удушливая сковывавшая волна отступила, я распрямилась и — столкнулась взглядом с Сэбианом Керо, своим мужем.
Из его глаз исчезли сомнение и неверие, сменившись напряженным ожиданием. Видимо, он догадался, что я вспомнила момент… самоубийства и попытку убийства супруга, мало того, дракана, и ждет моих дальнейших действий.
Трудно представить, какое наказание заработала в этом мире Сафира, совершившая это, и перед тем проклявшая его…
— Ты в порядке? — над ухом всхлипнула Ноэль, вцепившись в мое плечо.
Не вспомнив о манерах, я рукавом халата вытерла влажный от пота лоб и хрипло выдохнула:
— А?.. Нет… Да…
Глубоко вдохнув, полностью выпрямилась. Снова вдох — выдох, и я повернулась к остальным. И опять чуть не задохнулась от страха. Прямо надо мной возвышался Сэбиан Керо.
Он заслонил меня от спутника и абанисы, окутывая неожиданно приятным пряным ароматом, и резко вскинул руки. Не успела я отшатнуться, полы моего халата разлетелись в стороны под звук рвущегося ворота рубашки. Ошарашено опустив глаза, я увидела молочную кожу груди с розовыми вершинками, а ниже — небольшой красноватый рубец. Через мгновение я опомнилась, схватила разорванные концы рубашки и поспешила прикрыться от нескромного мужского внимания. Пришлось подождать, пока смуглые сильные руки дракана позволят мне это сделать. Наконец, запахнув халат, возмущенно посмотрела на… мужа.
Черная бровь Сэбиана Керо дугой взметнулась вверх от удивления. Так мы и стояли, пристально глядя в глаза друг другу. Я — задрав голову, а он — склонившись.
— Если бы не это свидетельство, я бы не поверил, что ты — Сафира! — глухо признался он.
Я дрогнула и проблеяла, безнадежно пытаясь скрыть страх, ведь знаю, что в душе самозванка:
— Почему?
— Потому что единственный раз, когда ты посмотрела мне в глаза, был перед тем как проклясть, и потом умереть.
Надо было срочно что‑то придумать, найти какую‑нибудь вескую причину, действовать, а не стоять, закусив губу.
— У меня амнезия! — выпалила я. Заметив вторую поползшую на лоб бровь, поторопилась добавить. — Склероз, то есть! Тьфу ты, память я потеряла. Полностью и, наверное, безнадежно. И вообще, стала абсолютно другой, — частила я, сжимая на груди края халата, — совсем — совсем другой.
— Я заметил! — бесстрастно заключил дракан.
Он медленно обошел меня вокруг, заставив нервно следить за ним. Ей богу, словно лошадь на базаре осматривает. Внезапно, едва уловимым движением, схватил мою руку. Я вздрогнула и вместе с ним уставилась на нее. Что он там проверяет? Не поцарапала ли я «брачное свидетельство» ненароком?
Керо когтем поддел цепочку, соединяющую два украшения, и пару раз дернул. Кольцо, олицетворяющее его душу, сидело как влитое, а вот браслет, как обычно, сполз к кисти и вызвал неожиданную реакцию у мужчин. Второй дракан тоже приблизился, явно изводясь от любопытства, и пораженно выдохнул:
— Она свободна. Но это же… невозможно…
Взглядом, которым грант одарил своего спутника, можно убивать на месте. Затем посмотрел на меня, заставив сглотнуть от страха, и спросил:
— Как давно он… болтается?
Облизав внезапно пересохшие губы, я очень осторожно ответила:
— Когда очнулась… висел свободно. А что было с ним до того — не помню…
— Милорд, браслет ослаб после… воскрешения леди Сафиры. До этого мы обмывали ее, и он держался крепко, как и кольцо. — Пояснила Ноэль.
Не выпуская мою руку из захвата, дракан долго смотрел прямо мне в глаза. А я, наконец, смогла рассмотреть цвет его глаз. Оказалось, что они не черные, а темно — серые со зрачком, широким полумесяцем делившим радужку пополам.
— Другая… — от тихого глухого голоса Керо по коже опять мурашки побежали. Он моргнул, словно прогоняя наваждение, и тоном, подразумевающим беспрекословное подчинение, заявил: — Завтра повторим брачную процедуру и уедем отсюда.
Удивленно похлопав глазами, я выпалила:
— Мне очень хочется, чтобы абаниса Эйра освятила наш брак.
Лицо новоявленного мужа окаменело.
— Зачем?
— Я не помню ту свадьбу, — соврала я. — Но хочу, чтобы эта стала лично моей.
— Я не… — попытался отказаться Керо.
— Прошу вас, милорд, — я умоляюще посмотрела на него, — очень прошу, хотя полагаю, что не заслуживаю хорошего отношения. Поймите, мне важно выйти замуж… снова и по своей воле именно здесь, где, можно сказать, родилась заново.
Дракан холодно смотрел на меня с минуту, затем что‑то промелькнуло в его жутковатых глазах, верно, принял решение, и наконец, скривив губы в злой улыбке, процедил:
— Как я понял, последние события ты только что вспомнила?
— Да! — охрипшим от страха голосом призналась я.
— Тогда ты не удивишься моему пожеланию.
— Какому? — просипела я.
— Думаю, о проклятии тоже помнишь? — Я кивнула с опаской. А он продолжил: — Обряд мы повторим, но наш брак потребует подтверждения… которого так и не произошло. По твоей вине!
— Да, я понимаю и…
— После обряда мы закрепим наш брачный союз! — усмехнулся он мрачно, коварно блеснув глазами.
— Милорд, Сафи еще плохо себя чувствует и… — зашептала неизменно преданная кузина, вступаясь за меня.
— У нее есть время до завтра, чтобы свыкнуться с этой мыслью и подлатать здоровье.
— Угу, — кивнула я без особенного энтузиазма.
Вот жизнь у меня…
Вперед выступила абаниса, на которую светские жители, пока мирские отношения выясняли, не обращали внимания, и тактично предупредила:
— Извините, грант Керо, но уже довольно поздно, и в обители скоро прозвучит гонг, призывающий сестер ко сну. Вам пора…
— Я остаюсь с женой! — спокойно пригвоздил муженек.
