– У тебя кариес, – ответила Мурка и унеслась в школу.
А гулять с Львом Евгеньичем как всегда мне… а меня и так тошнит…
И тут у меня внутри все похолодело и задрожало, а рука сама потянулась набрать Женькин номер. В Германии семь утра, но мое дело не терпит никаких отлагательств.
– Женька, все пропало! Меня тошнит, у меня задержка.
– Дура ты, у тебя не задержка, а климакс! – сказала Женька.
– Нет, задержка, задержка! – заверещала я. Это она со сна просто не разобралась.
Какой может быть климакс в тридцать с небольшим?!
Окончательно проснувшись, Женька отреагировала на мое сообщение как заправский гинеколог и принялась задавать мне наводящие вопросы – когда последний раз было то, а когда последний раз было се…
– Купи тест на беременность, – посоветовала она.
Не понимаю, зачем мне тест. Взрослым опытным женщинам он ни к чему, и так понятно, все-все за беременность – тошнит, и болит горло.
Тошнит, кстати, уже совершенно невыносимо, хорошо, что у меня сегодня только вечерние лекции… Надо будет поговорить с деканатом, пусть изменят мне расписание, беременным необходимо больше спать.
– Ни о каких беременностях не может быть и речи. Сделаю аборт, – сказала я.
– Правильно, – одобрила Женька.
– Ни за что не буду делать аборт, – непоследовательно сказала я. Стыдно признаться врачу, что я в моем возрасте не умею предохраняться, а главное, я принципиальная противница абортов. Это убийство. Раньше все делали аборты, но теперь, когда мы стали как-то ближе ко всем религиям сразу, мы ни за что не хотим, чтобы нас осуждали церкви, к котором мы не принадлежим.
Я не считаю, что аборт – это убийство, потому что откуда мне знать? Просто если у кого-то уже есть Мурка или Катька, сделать аборт все равно, что… в общем, невозможно.
Очень-очень боюсь маму.
– Представляю, что скажет твоя мама, – хихикнула Женька.
Я тоже представляю. Ну ладно, я знаю, как решить проблему с мамой, – пусть сама увидит, что я беременна, когда ребенок уже родится.
Слабым голосом сказала Женьке, что не могу с ней больше разговаривать, – мне нужно перед уходом на лекцию натереть себе морковку.
Тереть морковку поленилась, а решила, что лучше сообщу всем новость.
Ольга брала интервью у кого-то очень важного и даже не смогла со мной толком поговорить. Пообещала приходить гулять два раза в неделю. Врет, обманет! У самой то просмотры, то пресс-показы.
Я повесила трубку и представила, как иду с коляской по Владимирскому, одна. С озверелым видом поглядываю на часы каждые пять минут, проверяя, не прошли ли положенные для прогулки два часа. Или стою над песочницей со скучающим лицом. Или веду ребенка за ручку в детский сад, тоже одна. А самое ужасное – в первый класс, и опять все сначала – палочки, крючочки…
…А Романа что-то нигде не видно, наверное, он на работе.
Алена сказала, что она очень может сейчас со мной все подробно обсудить и как раз вчера видела чудные кружевные конверты, недорого, всего двести долларов.
Повесила трубку и подумала – Алена станет ездить за границу, Ольга расти профессионально, все будут ходить на вечеринки, в театры и на боулинг, а я буду радоваться, наблюдая, как растет малыш.
Рожать ребенка в тридцать шесть лет очень опасно – что, если лет через двадцать меня примут за его бабушку?
Перезвонила Женька и велела настроиться на позитивный лад с помощью аутотренинга. Аутотренинг – это очень просто, надо только лечь, закрыть глаза, расслабить руки, ноги и голову и повторять вслух замогильным голосом, одновременно расслабив челюсти: «Я очень счастлива, просто очень, и Мура тоже очень обрадуется, особенно обрадуется Лев Евгеньевич (обожает отнимать у детей мячики и играть сам)».
Я случайно заснула, а когда проснулась, оказалось, что аутотренинг замечательно помог – я абсолютно счастлива и сейчас позвоню Роману.
– Встретимся вечером. У меня лекция в восемь, так что давай в Летнем саду в половине седьмого, – сказала я. – Нет-нет, ничего не случилось (зачем пугать человека!), просто нужно ОЧЕНЬ СРОЧНО поговорить об одном ОЧЕНЬ ВАЖНОМ ДЕЛЕ, не волнуйся.
Всегда важно заранее обдумать трудный разговор, и я очень тщательно обдумала, как правильно построить беседу. Существует несколько вариантов, для удобства рассмотрим в списках.
Вариант первый
1. Якобы случайно встречаем Алену.
– Ой, ну до чего же вы хорошая пара! Какие же у вас будут красивые дети! – умиленно говорит Алена как бы между прочим.
Предполагаемая реакция Романа: радуется, немедленно хочет красивых детей.
Примечание. Не забыть подговорить Алену.
2. Якобы случайно завести Романа в аптеку и посоветоваться с ним, какой тест на беременность лучше выбрать. Купить тест.
Предполагаемая реакция: полон радостного нетерпения поскорей узнать результаты теста.
Примечание. Не забыть зайти в аптеку. И где именно в Летнем саду я смогу использовать тест?
3. После покупки теста кокетливо называть Романа «папочкой».
Предполагаемая реакция: умиление.
Примечание. Можно иногда называть его «папулькой».
Вариант второй (просто разговор)
Краткие тезисы разговора
1. У меня будет ребенок.
Предполагаемый ответ Романа: «Не у меня, а у нас!»
2. Я – самостоятельная женщина и выращу ребенка сама.
Предполагаемый ответ: «Мы будем растить нашего ребенка вместе».
3. Я не хочу выходить за тебя замуж, потому что ты уже женат.
Предполагаемый ответ: не могу представить, что он скажет. Это очень хорошо, потому что в любом плане должен присутствовать элемент неопределенности.
4. Помоги найти врача! (Примечание. Не забыть надеть черненький беретик и присесть на скамейку.)
Предполагаемый ответ: «Ну надо же, как в кино, – она ждет ребенка, а он не хочет, он подлец, а она святая». (Примечание. Что, если он не знает текста моего любимого фильма «Москва слезам не верит»?)
Гуляли в Летнем саду с половины седьмого до без десяти восемь. Был очень грустный разговор. Роман впервые сказал, что он меня любит (мужчины стараются избегать этих чудных слов «я тебя люблю», и возможно, они правы, потому что после них на душе становится тихо и печально, как будто что-то улетело навсегда), что за лето я стала ему самым близким человеком, что я необыкновенная (ура!) и он ни за что не согласен со мной расстаться. Насчет расстаться не поняла, вроде бы я ничего об этом не говорила.
– Я буду думать, как теперь быть, – сказал Роман очень мужественно и ответственно. Но с другой стороны, подчеркнул Роман, он еще не знаком с моей дочерью (это правда, я принципиально не знакомлю Муру, Льва Евгеньича и Савву Игнатьича с теми, с кем у меня романы), и нас впереди ждет очень много сложностей, а нужны ли нам эти сложности…
