только на вторую ветку от, земли. Одна её нога свисала вниз и была всего в нескольких дюймах от звериной пасти. Питер удивился, почему она не заберётся повыше или хотя бы не уцепится покрепче, и вдруг понял, что сестра вот-вот потеряет сознание и упадёт.
Питер вовсе не был таким уж смельчаком, напротив, ему казалось, что ему сейчас станет худо от страха. Но это ничего не меняло: он знал, что ему повелевает долг. Одним броском он кинулся к чудовищу, подняв меч, чтобы ударить его сплеча. Волк избежал этого удара. С быстротой молнии он обернулся к Питеру. Глаза его сверкали от ярости, из пасти вырывался злобный рык. Зверь был полон злобы и просто не мог удержаться от рычанья; это спасло Питера — иначе волк тут же схватил бы его за горло. Всё дальнейшее произошло так быстро, что Питер не успел ничего осознать: он увернулся от волчьей пасти и изо всех сил вонзил меч между передними лапами волка прямо тому в сердце. Несколько секунд пронеслись как в страшном сне. Волк боролся со смертью, его оскаленные зубы коснулись лба Питера. Мальчику казалось, что всё кругом — лишь кровь и волчья шерсть. А ещё через мгновение чудовище лежало мёртвым у его ног. Питер с трудом вытащил у него из груди меч, выпрямился и вытер пот, заливавший ему глаза. Всё тело Питера ломило от усталости.
Через минуту Сьюзен слезла с дерева. От пережитого волнений оба они еле стояли на ногах — и не стану скрывать — оба не могли удержаться от слёз и поцелуев. Но в Нарнии это никому не ставят в упрёк.
— Скорей! Скорей! — раздался голос Эслана. — Кентавры! Орлы! Я вижу в чаще ещё одного волка. Вон там, за вами. Он только что бросился прочь. В погоню! Он побежит к своей хозяйке. Это поможет нам найти Колдунью и освободить четвёртого из детей Адама и Евы!
И тут же с топотом копыт и хлопаньем крыльев самые быстрые из фантастических созданий скрылись в сгущающейся тьме.
Питер, всё ещё не в силах отдышаться, обернулся на голос Эслана и увидел, что тот стоит рядом с ним.
— Ты забыл вытереть меч, — сказал Эслан.
Так оно и было. Питер покраснел, взглянув на блестящее лезвие и увидев на нём волчью кровь. Он наклонился, насухо вытер меч о траву, а затем — о полу своей куртки.
— Дай мне меч и стань на колени, сын Адама и Евы, — сказал Эслан.
Питер выполнил его приказ.
Коснувшись повёрнутым плашмя лезвием его плеча, Эслан произнёс:
— Встаньте, сэр Питер, Гроза Волков. И что бы с вами ни случалось, не забывайте вытирать свой меч.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Глава 13⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀⠀
⠀
Тайная Магия давних времён
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
А теперь пора вернуться к Эдмунду. Они всё шли и шли. Раньше он ни за что не поверил бы, что вообще можно так долго идти пешком. И вот наконец, когда они очутились в мрачной лощине под тенью огромных тисов и елей, Колдунья объявила привал. Эдмунд тут же бросился ничком на землю. Ему было всё равно, что с ним потом случится, лишь бы сейчас ему дали спокойно полежать. Он так устал, что не чувствовал ни голода, ни жажды. Колдунья и гном негромко переговаривались где-то рядом.
— Нет, — сказал гном, — теперь это бесполезно, о королева! Они уже, наверно, дошли до Каменного Стола.
— Будем надеяться, Могрим найдёт нас и сообщит все новости, — сказала Колдунья.
— Если и найдёт, вряд ли это будут хорошие новости, — сказал гном.
— В Кэр-Пэравеле четыре трона, — сказала Колдунья. — А если только три из них окажутся заняты? Ведь тогда предсказание не исполнится.
— Какая разница? Главное, что он здесь, — сказал гном. Он всё ещё не осмеливался назвать Эслана по имени, говоря со своей повелительницей.
— Он не обязательно останется здесь надолго. А когда он уйдёт, мы нападём на тех трёх в Кэре.
— И всё же лучше придержать этого, — здесь он пнул ногой Эдмунда, — чтобы вступить с ними в сделку.
— Ну да! И дождаться, что его освободят! — насмешливо сказала Колдунья.
— Тогда, — сказал гном, — лучше сразу же исполнить то, что следует.
— Я бы предпочла сделать это на Каменном Столе, — сказала Колдунья. — Там, где положено. Где делали это испокон веку.
— Ну, теперь нескоро наступит то время, когда Каменным Столом станут пользоваться так, как положено, — возразил гном.
— Верно, — сказала Колдунья. — Что ж, я начну.
В эту минуту из леса с воем выбежал волк и кинулся к ним.
— Я их видел. Все трое у Каменного Стола вместе с ним. Они убили Могрима, моего капитана. Один из сыновей Адама и Евы его убил. Я спрятался в чаще и всё видел. Спасайтесь! Спасайтесь!
— Зачем? — сказала Колдунья. — В этом нет никакой нужды. Отправляйся и собери всех наших. Пусть они как можно скорее прибудут сюда. Позови великанов, оборотней и духов тех деревьев, которые на моей стороне. Позови упырей, людоедов и минотавров. Позови леших, позови вурдалаков и ведьм. Мы будем сражаться. Разве нет у меня волшебной палочки?! Разве я не могу превратить их всех в камень, когда они станут на нас наступать?! Отправляйся быстрей. Мне надо покончить тут с одним небольшим дельцем.
Огромный зверь наклонил голову, повернулся и поскакал прочь.
— Так, — сказала Колдунья, — стола у нас здесь нет… Дай подумать. Лучше поставим его спиной к дереву.
Эдмунда пинком подняли с земли. Гном подвёл его к дубу и крепко-накрепко привязал. Эдмунд увидел, что Колдунья сбрасывает плащ, увидел её голые белые как снег руки. Только потому он их и увидел, что они были белые, — в тёмной лощине под тёмными деревьями было так темно, что ничего другого он разглядеть не мог.
— Приготовь жертву, — сказала Колдунья.
Гном расстегнул у Эдмунда воротник рубашки и откинул его. Потом схватил его за волосы и потянул голову назад, так что подбородок задрался вверх. Эдмунд услышал странный звук: вжик-вжик-вжик. Что бы это могло быть? И вдруг он понял. Это точили нож.
В ту же минуту послышались другие звуки — громкие крики, топот копыт, хлопанье крыльев и яростный вопль Колдуньи. Поднялись шум
