в Итиль, а волоком (~ 70 км) переволочить 500 судов, вместимостью по 100 воинов (согласно Масуди) нереально, сообщил об этом нападении русов: “Между тем, толпы русов прибыли на кораблях в Табаристан, сделали там высадку, и произвели большие опустошения. Саманиды сделали большие усилия к их истреблению, и успели совершенно уничтожить этого неприятеля.” – Саманиды – династия персидских правителей, и никаких хазаров. Кстати, от “неизвестного хазарского еврея X века”: “Х-л-гу … пошёл морем в Персию и пал там он и весь стан его.” – никаких хазаров. В случае каспийского похода 944 года, Ибн Мискавайх написал: “Они проехали море, которое соприкасалось со страной их, пересекли его до большой реки, известной под именем Куры, …”, – и напали на город Берда, что при этой реке, и уходили через свой лагерь на этой же реке Куре, где стояли наготове суда, на которых они приехали из своей страны – никаих хазар, а главное – страна русов омывалась морем. Несколько авторов, не поправляя, повторили это. Наиболее осведомлённый источник – живший чуть позже набега (во второй половине того же, X века) рядом с Берда, М. Каганкатваци поведал: “В тоже время с севера грянул народ дикий и чуждый – Рузики; не более как в три раза они подобно вихрю распространились по всему Каспийскому морю до столицы Агванской, Партава (Берда).”. При том, что Берда расположен к востоку от Каспия, автор, будучи местным жителем, сообщил о нападении русов с севера. Другой уроженец тех мест, Низами, пусть и не мало позже (XII в), в своём произведении, основанном на этом же событии, написал: “Браннолюбивые Русы, явясь из земель Герков и Аланов (которые на севере, авт.), напали на нас ночью, как град. Не успев пробить себе дороги через Дербент и его окрестности, они сели на корабли, устремились в море, и произвели бесчисленные опустошения. … Проклятый народ этот разорил всё Государство Берда.” [герки – керк-такеркеты (племена скифского круга) – черкасы и касоги – черкесы, они же адыги, часть которых егерукаевцыгерки, кабардинцы и др.]. То есть русы прошли по Алании и сели на корабли, чтобы не пробиваться через Дербент посуху, но обойти морем. В это же время (каспийского похода на Берда русов, страну которых омывало море), Константин Багрянородный поведал о “внешней Росии”, где в НемоградеНовгороде сидел СфендославСвятослав, сын ИнгораИгоря, архонта Росии, там же (во “внешней Росии”) собственно Киоава, называемый также Савматас (Киев). Если была “внешняя Росия”, не омываемая морем, значит омываемая морем – (условно) внутренняя Росия, из которой русы попадали на Каспий через Аланию, по Тереку, не по Итилю. То есть, учитывая сообщения, неподдерживающих Масуди источников (см. выше), высоковероятно, что никакого разгрома русов, при возвращении из похода на Каспий (в Табаристан), в (на, при) Итиле (912913 г) не было. Причастность Алании к походам русов на Каспий поддерживает и то, что по меньшей мере часть набегов были русо-аланскими (см. ранее).
Помянутый выше Марвази отзывался о русах в превосходной степени – дабы подвергнуть сомнению его знания, заинтересованные выпячивают его сообщение о их (русов) принятии христианства в 912913 году и последующем переходе в ислам, чего де быть не могло. Марвази сообщает о крещении русов в 912913 году (не помянув их будто бы поражение в том же году, см. выше), после чего, через время: “У них [есть] независимый царь, [который] называет сам себя и титулуется буладмир (Владимир, авт.), …”, который отправил послов в Хорезм для получения разъяснения об исламе и порядке его принятия – Марвази не сообщал о принятии русами ислама, он лишь повторил или подтвердил историюлегенду выбора веры и принятия христианства Владимиром. Спасибо “заинтересованным”: Марвази однозначно сообщил – у русов был “независимый царь”, что означает наличие на Руси государственного образования, с центром в Киеве (иной центр власти Владимира неизвестен), независимого от другого, большего на Руси (же). Ко всему, крещение (внутренней) Руси, по Марвази, случилось одновременно с христианизацией Алании (905 – 915 гг).
В летописном “Договоре Игоря с греками” в состав посольства, прибывшего для его заключения, помимо посланника самого Игоря, входили послы (записанные в порядке знатности их пославших): от Свтослава, сына Игоря; от княгини Ольги; от Игоря, племянник Игорев; от Володислава; от Предславы; от жены Улеба; далее послы двора и среди них (четвёртый) Прастен Акун, племянник Игоря. Два племянника (Игорь и Акун), не дети (Володислав и Предслава, если они брат и сестра Игоря, то только двоюродные) и (возможно) некий Улеб, все княжеских кровей – что является свидетельством наличия другой ветви Рюриковичей (или Олеговичей?).
Согласно летописи, Олег был княжеского рода (он заявил это Аскольду и Диру), родичем Рюрика, родич – родственник, а не просто соплеменник, как пытаются представить. Мало того, Олег правил не до истечения малолетства Игоря, но до своей смерти, когда тому было уже более 34 лет (отец Рюрик умер в 879 г., Олег в 913 г.). В. Н. Татищев, ссылаясь на Иоакимовскую летопись, считал Олега братом жены Рюрика – шурином: племянник, это не только сын братасестры, но и сын шурина, двоюродный племянник – мальчикмужчина по отношению к двоюродному дяде, который двоюродный брат отца. При том, что мало известна древняя схема родственных связей, а иные обладающие властью, помимо Олега, неведомы, не маловероятно его непосредственные потомки Игорь и Прастен Акун (КанХан) включены в “Договор Игоря с греками”. Кстати, помянутый выше воевода “с другой стороны Днепра”, Претич ~ Прастен [предводитель – предъвожь, что тоже претор и предстатель, простыи – стойкий, твёрдый, преди – впереди, прежде (Прет-ичпреди – преждеПраст-ен), Претич – предити – идти впереди, идущий впереди – предтеча – Претич, предводитель – воевода и прастень, стень – защита (см. пре-стол, про-рок), престоятипре-ста-та – пре-ста-онПрастен, др. рус.]. Стоит отметить, в договоре три Прастена, Фрастен и Фуростен, и кстати, Егри (Игорь) и Игелд (Игорь-то, см. солнце – хороколо – коло-токолт – колтсокольцо).
Почему, в договоре нет посла от знатного воеводы Свенельда, о котором сказала дружина Игорю: “Отроки Свенельда изоделись оружием и одеждой, а мы наги.”. Отроки находились на низшей ступени в княжеской дружине, которая, соответственно, могла быть у князя, но не у воеводы, который выдвигался и назначался из старейшей княжеской дружины, члены которой – болярыбояре. Свенельд, после погибели Игоря, стал фактическим единоначальником, держателем силывласти: “Ольга же была в Киеве с сыном своим, ребёнком Святославом, и кормилец его был Асмуд, а воевода Свенельд …”, – оставаясь таковым не менее 22 лет, и ещё 8 лет первым заместителем Святослава
