я заразился от фрау Штрицель. Нос течёт, будто прохудившийся кран.
— Ты пришёл как нельзя кстати, — сказала Долли. — Покажи ему письмо, Эмма! Дело в том, что мы получили ещё одно.
Кончиками пальцев ветеринар принял листок.
— Действительно! — пробормотал он. — Настоящее письмо шантажиста. Я такие до сих пор только по телевизору видел. Вы не обратили внимания: отпечатки пальцев были?
— Нет, не обратили, — проворчала Долли. — Не строй из себя великого сыщика, Кнапс. Лучше внимательно прочти сам текст. Как письмо от шантажиста он вовсе не звучит. Скорее слышно, как у кого-то поджилки затряслись. Нет, письмо шантажиста выглядит совершенно по-другому. Эмма, принесёшь его сюда? Оно ещё лежит на столе в гостиной.
Когда Эмма встала, Пучок с надеждой увязался за нею следом.
— Даже не надейся, толстяк, — сказала ему Эмма. — Речь не о еде. Тут речь идёт о твоих друзьях. Неужели ты ещё не заметил, что они пропали?
— Вот дьявол! — воскликнул Кнапс, прочитав первое письмо. — Вот это звучит по-настоящему гнусно. Эмма, там для меня ещё осталась чашечка кофе? Но я выпью, только если ты его варила.
Эмма улыбнулась и принесла ему чашку.
Изучив оба письма, Кнапс чихнул в платок и спросил:
— Сообщать в полицию вы не хотите, верно?
Долли вопросительно наклонила голову.
— А ты бы стал?
— Нет. — Кнапс вздохнул. — После этого второго письма уж точно нет. Но идти туда сегодня ночью одним вам ни в коем случае нельзя.
— Ой, Кнапс, не глупи. — Долли кинула Пучку остатки своей булочки. — Естественно, я пойду одна. А вот Эмму я вообще-то хотела оставить на тебя.
— Что?! — Эмма так и взвилась со стула. — Ни в коем случае. В конце-то концов, речь идёт о моей лошади. Я иду с тобой.
Но тут Кнапс нанёс ей удар с тыла.
— Я бы не сказал, Эмма, что это хорошая идея. — Он потёр покрасневший нос. — Дело может оказаться небезопасным.
— К тому же кто-то ведь должен охранять Миссисипи, — сказала Долли. — Никаких дискуссий. Остаёшься здесь. Кнапс, ты смог бы сегодня переночевать у нас? Мне не хочется, чтобы Эмма оставалась одна.
— Конечно, — сказал ветеринар. — Если только ты не потребуешь, чтобы я спал на твоём диване. Я же на нём только наполовину умещаюсь.
— Можешь располагать моей кроватью, — предложила Долли. — Она громадная. А я, когда вернусь, лягу в комнате для гостей. Эмма-то в конюшне ночует.
— Ладно, — кивнул Кнапс.
Эмма промолчала. Она была в ярости. Просто в ярости.
— Ну не гляди ты так, — попросила Долли. — Не могу я тебя с собой взять. Знали бы твои родители, что здесь творится! Да они бы немедленно забрали тебя домой.
— Ну да, — буркнула Эмма, сердито отъезжая вместе со стулом от стола. — Я пойду. К Миссисипи. Она хотя бы не даёт мне указаний.
Весь оставшийся день Эмма дулась. Ходила с Миссисипи по лесу, пока не начали ныть ноги. Потом вычистила хлева от навоза, отдраила упряжь, обновила воду в наружной поилке и посидела с Белянкой на солнышке у ограды выгона. В доме она не показывалась. Только к обеду заскочила ненадолго и съела две пересоленные Долли картофелины.
Долли с беспокойством оглядела её.
— Ты из-за еды так смотришь? — спросила она. — Или всё ещё обижена?
— И то и другое, — отозвалась Эмма.
— Но, дорогая, — Долли перегнулась через стол и ущипнула её за щеку, — постарайся меня понять, прошу тебя. Я просто не могу посреди ночи тащить тебя с собой на такую встречу.
— Глупости! — буркнула Эмма, оттолкнула тарелку и снова выскочила наружу.
Заглянувшим проведать её Лео и Максу сразу стало ясно, что с нею что-то неладно.
— Слушай, тебя какая муха укусила? — шутливо спросил Макс. — А может, тебя Миссисипи лягнула?
— Не болтай чепухи! — пробурчала Эмма и присела с ними на скамеечке под ореховым деревом. — Вы даже понятия не имеете, что тут творится.
— Ну так разъясни нам, — попросил Лео.
Эмма огляделась по сторонам: Эльсбет Докенфус не было видно, нигде не промелькнул даже кончик её фартука. А в мастерской напротив громко ревел мотор.
— Никому не расскажете?
— Мы будем немы, как две зарытые могилы, — заверил Макс.
Эмма понизила голос:
— Нас шантажируют.
Мальчики недоверчиво поглядели на неё.
— Ждите здесь. — Эмма сбегала в дом и принесла письма.
Пробежав глазами первое письмо, Макс закричал:
— Они украли у Долли со…?!
Но Лео быстро зажал ему рот рукой.
— Ты что, совсем сдурел? — прошипел он. — Разве не знаешь, какая любопытная Варвара эта Докенфус? — И озабоченно поглядел на Эмму. — Первое письмо звучит просто гнусно, — сказал он. — Но что означает второе?
Эмма дёрнула плечом.
— Потому я и сердитая такая. Мне, конечно, тоже хочется пойти сегодня ночью на встречу, а Долли говорит, что это слишком опасно. Но ведь речь-то идёт всё-таки о моей лошади!
— Это может оказаться западнёй, — прошептал Макс.
— Не думаю, — сказал Лео. — Аллигатору нужна лошадь. Он же не собирается ловить Долли.
Эмма откинулась назад.
— А что, Хинерк-то вышел на работу? — спросила она. — Может быть, он что-нибудь знает?
Макс покачал головой.
— Мы с Лео только вчера ещё о нём спрашивали. Но после той встречи с Аллигатором он пропал. Проске тоже не знает, где он.
Неожиданно Лео встал и подошёл к старой машине Долли. Он заглянул в окна, потом открыл и снова захлопнул крышку багажника.
— Что это он делает? — хихикнул Макс. — Какой-то он порой чудаковатый, правда? Эй, Лео, — позвал он. — Ты что, первый раз в жизни машину увидел?
Но Лео на его слова даже не обернулся.
Эмма наморщила лоб, но тут же расплылась в улыбке.
Она быстро оглянулась к дому, не видно ли Долли. Впрочем, в такое время дня бабушка почти всегда сидела в гостиной, пила чай и слушала радио. Тем лучше.
Оставив Макса сидеть на скамеечке, Эмма подбежала к Лео.
— Думаешь, получится? — спросила она.
Лео утвердительно кивнул.
— Легко. Там внутри такой беспорядок, что она точно ничего не заметит.
— Она возьмёт с собой Пучка, — сказала Эмма. — Но он всегда ложится на заднем сиденье.
— О чём вы там шепчетесь? — крикнул Макс и с недоверчивым видом подошёл поближе.
— Секрет, — хитро улыбнулась Эмма, — если только сам не догадаешься.
Макс прищурился. Он поглядел сначала на брата, потом на машину, потом перевёл взгляд на Эмму.
— Разыгрываете, да?
— Очень надо! — ухмыльнулась Эмма. — Мы просто проверяем, как долго до тебя доходит. — Она захихикала. — Похоже, что довольно долго!
— Эмма! — вдруг позвала из дома Долли. — Ты бы сходила в лавку да принесла нам немного пирога. Или ты всё ещё обижена?
