можно будет обсудить с доктором Мерсером в четверг.
«Да, я помню. Ты хорошо спал прошлой ночью?»
«Лучше. Мне снилась Биргит, но это был не сон об утоплении, это были мы в будущем, как это могло бы быть, но потом как будто разбилось зеркало, а потом ничего. Но сегодня утром я чувствовал себя хорошо. Надо посмотреть, как все пройдет».
«Ты все еще много плачешь?»
«Нет, похоже, что в основном уже нет. Я все еще бываю очень эмоциональным, но не плачу. Я думаю, может быть, я просто выплакался. Иногда я чувствую онемение. Но больше всего меня пугает то, что я так боюсь причинить кому-то боль, что не хочу быть влюбленным прямо сейчас. Это, кстати, часть причины, по которой я не хочу заниматься с тобой любовью. Дело не только в том, что наши отношения нуждаются в работе. Мне нужно работать над собой, много работать».
«Ты знаешь, что я сильно люблю тебя», — сказала Дженнифер. «Я влюблена в тебя. Я никогда не переставала быть влюбленной в тебя. С моей стороны было глупо подталкивать тебя к тому, чтобы ты занялся со мной любовью. Это было глупо с моей стороны подталкивать тебя к любви с Бекки. Я действительно была причиной всего этого».
«Ты ведь знаешь, что я умею говорить «нет»? Я мог бы. Может быть, я должен был. Я позволил своему члену слишком много думать, а мозгу — слишком мало. Мое сердце было в конфликте, и я должен был позаботиться об этом, прежде чем делать что-то с Бекки. Если я собирался быть с тобой, я не должен был ложиться в постель с Бекки. Если я собирался лечь в постель с Бекки, я должен был сначала закончить это с тобой. Я убедил себя, что поскольку в долгосрочной перспективе я собираюсь быть с Биргит, то в принципе могу иметь и тебя, и Бекки, пока я уверен, что вы обе знаете, что мое будущее с Биргит».
«Я знала это, и она не была проблемой. Ну, по крайней мере, не сразу. Я знала, что ты поедешь к ней, будешь с ней в Швеции, а потом вернешься. У меня были бы годы, чтобы быть с тобой, и, учитывая нашу связь, я чувствовала, что у меня очень хорошие шансы оказаться сверху».
«Я не думаю, что ты когда-либо была «сверху».
«Действительно. Как насчет того, чтобы попробовать?»
«Дженнифер!»
Она высунула язык. Я только покачал головой.
«Ты просто сама не своя, да?»
«Нет», — вздохнула я. «Я сама не своя».
Принесли еду, и мы перешли на менее напряженные темы, пока ели. Мы пошли в «Graeter’s " за мороженым. Как и положено, мы оба заказали мороженое. Я засмеялся, вспоминая Келли и Джойс. Я решил, что должен показать Дженнифер, что я все еще могу немного повеселиться.
«Хм, я не знал, что у девушки может быть вишенка после секса!».
Она засмеялась и сказала: «Ну, мою ты уже забрал, но ты можешь получить меня в любое время, когда захочешь».
«Я знаю», — усмехнулся я. «Знаю. Но никаких обещаний по поводу времени. ОК?»
«Могу я спросить тебя кое о чем? И получить серьезный ответ?»
«Конечно; все, что угодно».
«Ну, во-первых, твое правило «нет сексу» — это как нет половому акту? Или что?»
«Как насчет того, чтобы не касаться друг друга ниже пояса и всегда быть одетым».
«Хорошо. Во-вторых, правило «никакого секса» распространяется только на меня? Или ко всем?»
Ай! Как я мог ответить на это? Я задумался на секунду.
«Я сказал тебе «никакого секса на первом свидании», и это было отчасти в шутку, а отчасти для того, чтобы ты знала, что сегодня тебе не повезет».
Она улыбнулась, и я продолжил.
«Но я думаю, что лучше сказать «не заниматься любовью», пока я не буду готов. У меня был секс с Мэри на днях. Ты ведь знаешь о моих отношениях с ней?».
Она нахмурилась: «Да».
«Ну, когда она узнала о Биргит, она настояла на том, чтобы я пришел к ней, и попыталась утешить меня единственным способом, который она знает. Это вроде как сработало, а вроде как и нет».
«Значит, я не могу утешить тебя таким образом?»
«Мэри не любит меня. Она никогда не любила. И никогда не будет. А ты любишь. Подумай о том, как занятия любовью все испортили для нас. Ты сама это сказала».
«Правда», — сказала Дженнифер с грустью в голосе.
«Так что теперь, если ты хочешь меня, я имею в виду, действительно хочешь меня, то есть постоянно, долго, быть твоим мужем, тогда мы должны подождать».
«Да. Значит, ответ такой?»
«Никаких занятий любовью. Я могу заниматься сексом, но не любовью. С кем угодно. Включая тебя. Сейчас, на самом деле, нет никого, с кем можно было бы заняться любовью, кроме тебя».
«Бекки?» — тихо сказала она.
Я чувствовал страх и дрожь в ее голосе и ясно видел это на языке ее тела.
«Я пытаюсь наладить отношения с Бекки. Но, хотя она хочет того же, что и ты, она получает точно такой же ответ — никаких занятий любовью, пока я не решу свои проблемы. Но есть одно отличие — она не получает обещания будущих отношений, как ты. Точка. Если я займусь с ней сексом, все вернется к той же чертовой проблеме, что и раньше».
«Хорошо. Думаю, я понимаю. Я бы хотела быть с тобой, но ты прав. Я завидую тем, кому достанется твое тело, но похоже, что ты готов отдать мне свое сердце».
«Если мне есть, что отдать, когда все закончится, то да, ты единственная девушка, которую я знаю, кому я мог бы отдать его».
«Спасибо», — сказала она с довольной улыбкой.
Мы съели наше мороженое и пошли к входу, чтобы воспользоваться телефоном-автоматом и позвонить ее маме, которая обещала заехать за нами через 10 минут. Как обычно, она была верна своему слову. Мы с Дженнифер пошли в подвал. Она села в центре дивана и похлопала по месту рядом с собой. Я сел. Она повернулась и легла так, что оказалась у меня на коленях, затем обняла меня и прижалась ко мне.
«Итак, никаких прикосновений ниже пояса? Это правило?» — спросила она.
«И одежда не снимается».
«Верно.»
Она взяла мою левую руку и прижала ее к своей груди, затем наклонилась и поцеловала меня.
«Это ведь свидание, да? И мы можем целоваться на свидании? И
