Отказ от законного разбоя мог, и вызвал, неудовольствие тех, кто потом и кровью заслужил это право. Недовольство грозило перерасти в мятеж, справиться с которым не так-то просто. Одно дело укрощать очередную взбунтовавшуюся галлийскую деревушку, и совсем другое укрощать взбунтовавшуюся римскую центурию, прекрасно вооруженную и искусную в ратном деле. А если взбунтуются сразу несколько, если огонь неудовольствия перекинется на легионы, что тогда? Как совладать с бунтовщиками, принимая во внимание, что истинных римлян, ничтожное меньшинство. Основная часть легионеров, облаченных в цвета великого Рима, такие же варвары, что и жители земли, на которой они несли службу. Они привыкли зарабатывать на жизнь разбоем и грабежом. Во многом именно благодаря этому, они и пополняли римские центурии.
И вдруг их лишают такой возможности, руководствуясь безопасностью. Это право они заслужили кровью, и никакому наместнику не дано их этого права лишать. Они позаботятся о себе сами в законный трехдневный срок. И пусть наместник лучше не вмешивается, если не желает неприятностей. Плохо, когда волнуется местное население, но если брожение начнется в легионах, это первый шаг к гражданской войне. Всегда найдется предводитель, что сумет объединить бунтующие легионы и двинуть их в поход. Вот только куда они направятся и что станут делать? Наведут свои порядки на захваченных землях, казнив императорского наместника и посадив на его место другого, или двинутся в края побогаче, чтобы грабить тамошних жителей. И плевать, что эти земли дружественные империи, или ее старинные колонии, исправно платящие дань Великому Риму. А может, они двинутся прямиком на Рим, чтобы бросить вызов императору, усадив на трон предводителя взбунтовавшихся легионов.
И хотя сместить императора силами нескольких легионов никому еще не удавалось, но гражданские войны в Римской империи уже случались, и ничего хорошего не приносили. Лишь разруху, хаос и запустение, разброд и шатания. Трещание границ империи по швам, откалывание огромных территорий, наместники и правители которых, пользуясь беспомощностью императора, занятого ведением гражданской войны, вместо того, чтобы прийти на помощь господину, служить которому присягали верой и правдой, вместо того, чтобы бороться с возмутителями спокойствия империи, только еще более усугубляли положение. Пользуясь беспомощностью власти, наместники и местные царьки, наделенные властью императора править от его имени, объявляли себя единственными правителями подвластных им земель, провозглашая независимость от Рима. Проходили годы, а то и десятилетия, прежде чем самопровозглашенные царства вновь возвращались под власть Рима. И, как правило, бывших подданных империи, приходилось завоевывать заново.
Наместник Галлии не желал смерти, что неминуема, если он лишится армии, по причине ее уничтожения местными жителями, или из-за бунта, связанного с запретом их грабить. Наместник сделал хитрый ход, что позволял ему сохранить и свой пост, и армию, а также уберечь ее от потерь из-за сюрпризов, приготовленных коварными галлами в брошенных селениях. Наместник запретил грабить жилища галлов, введя взамен этого права, существенную доплату золотом. Грабить в галльских деревушках было нечего, жили они бедно по римским понятиям. Насиловать в последнее время стало некого. Молодые женщины и девушки, вместе с детьми уходили в леса, пробираясь в спокойные селения. Женщины покрепче и поопытнее, брали в руки оружие и вместе с мужчинами противостояли натиску римских центурий, предпочитая смерть в бою насилию и позорной смерти от рук похотливых легионеров.
Имея достаточно золота, легионеры могли в большей степени удовлетворять свою страсть к выпивке и женщинам. За стенами военного, раскинулся гражданский городок, непременный его спутник, призванный облегчить жизнь и карманы легионеров. Торговцы всякой всячиной, что может понадобиться в жизни человеку, спешили за войском, торгуя там, где останавливалось войско. Наибольшим спросом у легионеров пользовались торговцы вином и женщинами. Походные трактиры, расположившиеся сразу же за стенами военного городка, никогда не пустовали. Именно туда спешили свободные от несения службы воины, если в их карманах звенели монеты. После трактира, изрядно выпив, они требовали женщин. Походные бордели постоянно следовали за армией, не опасаясь остаться без клиентов и без золота. Располагались бордели по соседству с кабаками, чтобы захмелевшие легионеры не утруждали себя поисками. К тому же в каждом кабаке, находилось на услужении несколько шлюх. Они раскрутят клиентов на покупку выпивки, а затем отработают угощение и плату за любовные утехи, в номерах на верху таверны, специально предназначенных для подобного рода свиданий, приносящих хозяину таверны дополнительный и весьма ощутимый, доход. И не нужно кого-то, насиловать, копаясь в вонючих одеждах, прикрывающих грязные тела галльских женщин. Чистые и ухоженные, неизменно ласковые и приветливые жрицы платной любви, уложат в постель, разденут, и полюбят по полной программе, тем горячее и страстнее, чем больше им перепадет монет.
Галльский наместник уберег армию и от гибели, и от бунта. Он дал воинам больше золота, отобранного у вонючих галлов, которых ненавидел и презирал, ощутимо увеличив и без того немалый налог на содержание армии и империи. И плевать, что с увеличением налога, галлы стали все чаще огрызаться и устраивать волнения. Центуриям приходилось гораздо чаще покидать военные городки для их усмирения, только и всего. Но зато воины не теряли навыков, безвылазно просиживая в гарнизонах, среди борделей и кабаков. Что касается галлов, он изничтожит их под корень, если в том возникнет необходимость, нисколько не сожалея о том, что с лица земли исчезнет еще один народ.
…Очередное восстание в небольшой галльской деревушке, не отличалось от множества предшествовавших ему. Все происходило по давно опробованной дикарями, схеме. Они напали на сборщика налогов путешествующего по Галлии с десятком легионеров, взимающего с покоренного народа дань на содержание армии и империи. Заодно перебили и римский пост, охранявший ворота поселения и взимавший плату с желающих войти. Убив легионеров и разграбив собранное сборщиком золото, галлы и не думали разбегаться, рассчитывая отсидеться за стенами укрепления. Они были не менее наивны, чем их предшественники, дерзнувшие напасть на людей императора. Множество селений и городов Галлии лежало в руинах, уничтоженные и за менее тяжкие прегрешения, нежели посягательство на казну империи. Ничто, даже самая малая пакость, направленная против империи, не должна оставаться безнаказанной, любое нарушение, должно караться смертью.
