Подруга же, без предупреждения пошла на улицу, лишь на минутку задержав дверь открытой, в которую тут же, вытаращив глаза, стрелой рванул пушистый питомец.
— Иди, Васька, тут земли хоть обо… отбавляй. — лениво проговорила Серафима, всё так же витая где-то далеко от житейских проблем.
— Прошу прощения, моя тонкая душевная организация не может себе позволить справлять, так сказать, физические потребности при постороннем человеке. — уже откровенно зажимаясь пробормотал кот, но Симка, демонстративно уставилась на страдающее животное и довольно подбоченилась. — Отвернись, женщина! — завизжал бедолага, и стал в панике бегать по двору в поисках укромного местечка.
— Ладно, — усмехнулась Сима и, махнув рукой, ушла обратно в кухню к подруге, на всякий случай, оставив дверь приоткрытой.
А Люба уже вовсю сновала по маленькой кухоньке, отдавая ещё толком не проснувшейся Насте ценные указания:
— Давай-давай, нече мне тут, как сонная муха по кухне ходить, шевелись! Скоро Кощей проснётся, а у нас завтрак не готов.
— Да он же всё равно спит мёртвым сном, — попыталась оправдаться Настя, беря в руки огромную чугунную сковороду и ставя её на печь. — Зачем торопиться?
— Как это зачем? Как, зачем? — встрял в разговор довольный Васька, заходя на кухню и усаживаясь на лавку. — А я? Меня же с утра еще не кормили — так и с голоду помереть не долго, а я, между прочим, не абы кто, а Кот Ученый! Мне еще вас всех грамоте да уму-разуму научить нужно! — Важно заявил он, начав вылизывать большим шершавым языком переднюю лапку, при этом все время косясь на молчаливую Серафиму.
— Подожди, Василий, вот приготовим, так и накормим, — улыбнулась Любаша, заводя жидкое тесто на оладьи.
— Ладно, — смилостивился пушистый зануда, — так и быть, подожду, но это, пока готовится завтрак. Пусть мне эта, — он кивнул на Симку, — молочка да сметанки принесет — нужно червячка заморить, а то сил нет. Вон, уже круги перед глазами пошли! Ой, кажется, я умираю! — картинно заваливаясь на бок и прикладывая лапищу ко лбу, проныл кот.
— Симулянт, — хохотнула Люба, не поддаваясь на хитрость Василия.
— Ой, плохо мне! Плохо-о-о! — простонал он, прикрывая глаза.
— Вот, уважаемый Василий Леопольдович, угощайтесь. — мило улыбаясь, произнесла Настя, ставя перед котом одну миску с молоком и другую — со сметаной.
Васька, тут же забыв про свой обморок, подпрыгнул и уткнулся мордой в сметанку, довольно причмокивая.
— М-ням-ням, вку-усно-то как, ням-ням. Хорошая, ням, девочка, уважает, ням, меняу, ням-ням.
Люба и Настя, умиленно наблюдали за Васей, в то время как Сима, не обращая ни на кого внимания, была погружена в свои грустные мысли, связанные с Кощеем.
Глава 20
Странная ситуация.
«Новое утро наступило в кощеевом замке на удивление быстро» — подумала Серафима, устало переворачиваясь на бок. За всю ночь женщина не смогла сомкнуть глаз, думала о Кощее — таком близком и одновременно далёком, прекрасном и ужасном.
Как она скажет Любаше, которая уже два дня ходит за ней по пятам и всячески старается разговорить. А слова не идут — застревают в горле. Надо же ситуация какая странная… Не засмеёт ли подруга после таких откровений, если Сима, конечно, сможет произнести вслух то, что и мысленно-то не получается. Ладно, хватит хандрить, надо за работу приниматься, а то плотники без прораба уже несколько дней трудятся.
Симка, приведя себя в порядок, нарядилась, заплела косу и смело шагнула во двор, где уже около получаса дружно стучали топоры. Однако прямо в дверях между ног женщин прошмыгнуло огромное пушистое животное, едва не сбив её с ног.
— Васька, етить-колотить, с ног собьёшь! — вскрикнула испуганная женщина, хватаясь за сердце.
— Василий Леопольды-ы-ыч! — протяжно провыл утренний спринтер, быстро удаляясь за угол.
— Тьфу, ты, чёрт учёный. Никак не привыкну, к говорящим животным. — пробурчала себе под нос Серафима, перекрестилась и двинулась дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Приблизившись к месту строительства, женщина довольно улыбнулась — на месте старого полуразваленного сарая уже стояло практически достроенное новенькое деревянное строение.
— Ух, какие вы молодцы! — не удержалась она от похвалы. — Надо же, как споро у вас всё получается!
— Спасибо на добром слове! — ответил, спускающийся с крыши Ефим. — Вот, стайку ужо поставили, к закату, с Божьей помощью, закончим.
— Отлично! Следующей постройкой будет баня! — торжественно объявила женщина.
— Так хозяин сказал, конюшню подправить…
— Подюжит пока его конюшня, а вот банька нам срочно нужна. — настаивала на своём Серафима. — С хозяином сама улажу, а вы делайте, Ефим, не торопитесь.
Круто развернувшись на пятках, Сима уверенно зашагала в сторону замка, гадая, спит ли ещё великий и ужасный, али соизволил-таки разлепить свои распрекрасные гляделки?!
«А, нет, не спит!» — поняла она, врезавшись на всей скорости в широкую грудь Бессмертного.
— Д…д…доброе утро. — буркнула Сима, отшатнувшись от него, но тут же была изловлена и вновь прижата к мужскому телу.
— Куда так спешим? Не забыла о нашем последнем разговоре? — скосил на Симу свой жестокий и в то же время загадочный взгляд Кощей. Та несколько раз быстро мотнула головой в отрицательном жесте и, резко крутанувшись, вырвалась из захвата и опрометью бросилась бежать. В спину ей звучал глубокий раскатистый мужской хохот.
Забежав на кухню, где уже вовсю хлопотали Любаша с Наськой, Серафима плюхнулась на скамью, стараясь отдышаться.
— О, Сим, ты чего это так перепужалась, чёрта что ль увидала? — хохотнула раскрасневшаяся подруга.
— Ага, его самого! — глотнув из деревянной кружки воды, проворчала Сима. — И что с этим чёртом случилось, не пойму…
— Ты про хозяина, чё ли? — спросила Настя, аккуратно нарезая овощи для салата. — Так это он пока вас не было, персики, сливы да мандарины ел. А все фрукты в его саду чудесном — волшебные. Вот, видимо, и подействовали…
— Ах, фрукты, значит, изволил кушать? — хитро улыбнувшись, проговорила Серафима.
— Сим, так что случилось-то? — спросила Люба, не отходя от печки.
— Потом, Любаш, всё потом… — выпалила она и вновь задумалась.
— Фрукты, точно! — вскрикнула кухарка и пулей кинулась на выход. — Тесто ж подходит, а фруктов нет. Пирог-то фруктовый задумала…
Выскочив во двор, женщина бегом рванула в сторону заветной калитки, вход в которую был, вроде как, запрещён. Но, не обращая внимания, ни на какие преграды, Любаша смело ступила в сад.
«Красота неописуемая! Никогда не нагляжусь на это чудо!» — подумала Любаша с восхищением оглядываясь вокруг. Где же тут груши растут?
Будучи твёрдо уверенной в том, что за следующим яблочным кустом наверняка найдёт, что ищет, она стала углубляться всё дальше и дальше. Вдруг, женщина резко остановилась и прислушалась. Из-за соседнего куста доносились странные звуки — не то стон, не то бульканье или урчанье. Медленно-медленно, на цыпочках прокралась Люба к веткам, раздвинув которые, замерла словно статуя. Именно под тем кустом, который так искала женщина, сидел совершенно незнакомый молодой мужчина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
