колени, выронив трость. Глазами, наполняющимся слезами, она смотрела на потускневшие побелевшие глаза Каила, на рукоять кухонного ножа, что был воткнут ему в сердце. Девушка подползла к нему, трогая одежду, не веря своим глазам. Забормотала нежно, уговаривая мертвеца подняться. Треклятый писк раздавался в ушах, заглушая все вокруг.
Главный дознаватель господин Милтон приказал выйти двум полицейским и с непроницаемым лицом посмотрел на ревущую девушку с другого конца коридора. Мару хотел было пройти к ней, но инквизитор вытолкнул незваного гостя вон из дома, вышел сам и захлопнул дверь. Вот только не успел он оторвать ногу от последней ступени крылечка, как неожиданный магический всплеск, выбил стекла первого этажа. Все в округе присели, уставившись испуганно на дом. Мару заново настойчиво попытался открыть дверь, что-то с нажимом проговорил инквизитору, желая непременно попасть внутрь. Васлид, конечно, его не понял, и не впустил. Как не разрешил зайти и своим людям.
— Кабы не натворила чего, — обеспокоенно произнесла Алира, глядя на инквизитора. Раздраженно дернув головой, господин главный дознаватель сам зашел внутрь, закрыв за собой дверь.
Тихонько подвывая, девушка продолжала плакать, вцепившись руками в одежду и волосы мертвеца. Обнявши своего друга, она не замечала ничего вокруг. В ящиках, вибрируя, тонко и едва слышно звенели металлические столовые приборы. У Васлида поднялись дыбом волосы на теле, но не из-за страха, а из-за энергии, что волнами исходила из девушки. Как самому обычному человеку, не способному влиять на потоки энергии в пространстве, он всегда чутко реагировал на то волшебство, что могли творить другие маги. Все-таки та работа, которой занимался он, та вера в Бога, которая и давала ему силы бороться со злом в этом мире, она была совершенно иного рода, неподвластная обычным магам, стихийникам и тем более некромантам. Их сила, шедшая от смерти, резко контрастировала с силой веры в Бога и саму Жизнь. Поэтому Васлида передернуло, словно его окунули в ледяную воду.
— Имельда. Немедленно возьми себя в руки, — строго проговорил инквизитор. — Прекрати излучать энергию.
— Он убил его… — просипела девушка, — Уничтожил…
Имельда едва качалась из стороны в сторону. Она видела, как двое сражались здесь. Она так четко видела их, что казалось, будто они сейчас вновь тут все разнесут. Но видения не могли причинить ущерба больше того, что уже был.
Она отлично различала Каила. Несмотря на свой почтенный возраст и неповоротливость, он с яростью давал отпор убийце. И его фигура была до боли в ребрах знакома Имельде. Она узнала. Это был тот же самый мужчина, что изувечил и убил несчастную юрсэ. Происходящие вещи оставили свой энергетический след в пространстве и Имельда была вынуждена смотреть на все то, что уже произошло. И вряд ли эти картины она хоть когда-нибудь забудет.
— У тебя что, слетела защита и ты притащилась сюда? Ты с ума сошла!? — он обошел ее, чтобы взглянуть в лицо. Увидел ее светлые глаза с голубыми всполохами и отшатнулся, но Имельда не реагировала на него, уставившись в пространство пустым взглядом.
В дом все-таки вошел Мару. Он, молча, прошел по коридору и присел рядом с некроманткой, повернул ее голову к себе, отпустил. Посмотрел на инквизитора. — Это что такое вообще? — трясущейся рукой Васлид провел рукой по своей лысой голове. Мару что-то прорычал отрывисто и очень эмоционально, но его, конечно, никто не понял.
— Что происходит? Имельда? — Васлид был бледен. Он окончательно растерялся. Таким он себя не чувствовал уже давно. В данную минуту он видел перед собой светящиеся нечеловеческим светом глаза чудовища — признак того, что перед ним находится одно из тех созданий, что Васлид поклялся уничтожать, чтобы спасти самых обычных людей. Но в то же время, это ведь была Имельда, самая обычная девушка, несчастная, покалеченная как внутри, так и снаружи. Она бормотала что-то невнятное и не проявляла никаких других признаков одержимости. Васлид боролся сам с собой. Много лет назад он обещал Матильде, что не тронет эту девочку и сохранит тайну ее дара вала́ра. И он честно хранил тринадцать лет, хотя это и шло вразрез с законом, ведь вала́ров причисляли к врагу всего их государства и правителя, в частности. Но он и не подозревал, что у девчонки не одна тайна в закромах души, а две! И что ему теперь делать!? И что с ней вообще такое!?
Девушка не обращала внимания на лихорадочно соображающего инквизитора, она держала Каила, и смотрела, как завершилась неравная схватка, как убийца проделал ритуал забвения и отошел в сторону, тяжело дыша. Он облокотился на разделочный стол, всего в полуметре от Васлида.
Ритуал хоть и был сложным в плане технического исполнения — движения должны быть очень точными, а пальцы крепкими, чтобы удержать острые нити запрещенного заклинания, нужен концентрирующий рисунок и даже интонации слов должны были быть особенными — но девушка не услышала голоса убийцы, как и в случае с юрсэ. А значит это не просто выверт ее дара. Это убийца нашел способ защитить свою личность.
В конце ритуала тело Каила высвободило энергию души, словно ауру вывернули наизнанку и через кожу вытянули ее наружу. Она стала видимой на несколько секунд, а потом с маленьким хлопком, как мыльный пузырь, цветными брызгами разлетелась по комнате.
— Он проделал ритуал забвения. Мужчина. Высокий, — девушка быстро заговорила, отрывисто и зло выкидывая слова. Инквизитор хмурился, слушая ее. — Крепкого телосложения. Лицо не видно. Он универсал, очень сильный.
Воспоминание о мужчине, что могла видеть только Имельда, повернуло голову в ее сторону. Девушке показалось, что он смотрит прямо на нее, хотя лицо по-прежнему было смазано. Он поднял ладонь и прижал ее к лицу там, где обычно находятся губы, но в этом мареве не было никаких губ, поэтому смотрелось это очень дико. Прижал, а потом отпустил в ее сторону, словно послал ей воздушный поцелуй.
С мрачным лицом она наблюдала, как мужчина отстранился от столешницы, стряхнул манерно кровь со своих перчаток и направился на выход. Он учтиво обошел труп Каила и саму Имельду, словно мог ее видеть, и спокойно зашагал дальше по коридору. Девушка оставила тело Каила, аккуратно уложив его обратно на пол, и быстро направилась за ним.
Видение прошло сквозь закрытую в этой реальности дверь, Имельда распахнула ее, спустилась по лестнице следом за мужчиной, который беспечным легким
