— Он хотел жениться на мне? — Я поникаю плечами. — Брак… Черт! Это большой шаг. Огромный. Я и не подозревала, что мы так близки. В смысле, я знала, что у нас было все серьезно, но… брак. Теперь я чувствую себя первостатейной сукой.
— Ты драматизируешь, — упрекает Айрис.
— Зря ты согласилась, чтобы я переехала.
— Ой, пожалуйста, — стонет Френсис. — Ты отчаянно хотела провести с ним больше времени. Я сделала тебе одолжение.
Я молчу, не собираясь признавать ее правоту.
Мысль о том, что мы с Эдом планировали совместное будущее, включающее белый забор и возможно, двух тире пять детей, терзает ум.
Пока смерть не разлучит нас… и все такое. Неудивительно, что, обвинив в неверности, я разбила Эду сердце.
— К тому же, — продолжает Френсис, — твоя безопасность на первом месте. На случай, если ты стала мишенью, лучше всего переехать и меньше оставаться одной.
С этим я не согласна, но снова держу рот на замке.
Эд важен для меня. Так что пришло время взять на себя ответственность. Даже если это означает, что придется вымаливать прощение за утреннее недоразумение.
*** *** ***
Чуть позже шести Эд входит в дверь, позвякивая в руке ключами. Гордон подбегает к нему и в два раза усерднее виляет хвостом, чтобы получить ласку.
Стол накрыт, в воздухе витает аромат жареного цыпленка и овощей. Вместе с более слабым намеком на очищающее средство с запахом лимоном.
Да, я сегодня потрудилась.
Было бы легче, если бы при виде Эда мое сердце не частило. Если бы я не хотела его одобрения или привязанности. Но нельзя требовать от человека чувств. Можно лишь отдать себя и надеяться, что это будет взаимно.
Эд останавливается и наклоняет голову.
— Что происходит?
— Я, мм … нам нужно поговорить. Мы можем поговорить?
— Мы уже разговариваем. — Его великолепное лицо словно камень. В нем нет ни капли мягкости. — В чем дело, Клем? Ты приготовила ужин?
— Да, я рано ушла с работы.
— Очевидно. — Его взгляд скользит по комнате. — Вижу, ты даже немного прибрала.
Я просто киваю. Позже он увидит сияющий туалет и плитку ванной. Каждый дюйм квартиры я вычистила, отмыла или избавила от пыли. И ни в какие ящики и шкафы не заглядывали. Я усвоила урок.
— И ты собрала свои вещи?
Я смотрю на чемодан.
— Я зря переехала. Ты поступил великодушно, но дома положено расслабляться, а не напрягаться. Со мной здесь это не получится.
Эд молчит.
— Такси скоро приедет. — Я пытаюсь улыбнуться, но проваливаюсь. — Я нашла отель в Вест-энде. Он близко к работе, хорошая охрана, всегда есть кто-то за стойкой регистрации. Я забронировала номер на две неделе и они дали хорошую скидку. Я получила выходное пособие из банка и могу позволить себе оставаться там некоторое время.
Эд прищуривается.
— Ты уже все это организовала?
— Да.
Он медленно сжимает ключи в руке.
Гордон тихо скулит, улавливая странную атмосферу в комнате.
Бедная собака.
— Я никогда не жила одна. Во всяком случае, я этого не помню. Хочу попробовать. Кстати, ужин в духовке.
Эд смотрит в сторону кухни и хмурится.
— Ты целый день потратила на уборку и готовку?
Я пожимаю плечами.
— Это мой способ извиниться и сказать спасибо.
— У меня такое чувство, что сегодня утром я слишком остро отреагировал и повел себя, как мудак.
Я смеюсь.
— У меня такое чувство, что я в целом была стервой, так что…
Эд тоже смеется.
Возможно, все не так уж плохо. Думаю, я приняла правильное решение. Нет, не думаю. Я точно знаю. Как, черт возьми, мне вообще узнать себя, если меня постоянно охраняют и контролируют?
— Давай помогу с вещами? — предлагает Эд.
— Спасибо.
Он забирает чемодан и коробку с книгами, и мне остается только открыть дверь. Гордон не хочет оставаться внутри. Он протестующе тявкает, хоть чуть раньше я крепко обняла его, погладила, похлопала и даже сфотографировала на мобильный.
— Ты рассказала об этом Френсис? — спрашивает Эд.
— Пока нет.
Он вздергивает бровь.
— Клементина! — Голос ползет ко мне по тускло освещенному общему коридору от входной двери подъезда. Если бы я была одна, то испугалась. Парень ухмыляется и глядит так, что мне становится не по себе. — Ты вернулась? Или ты уже снова уезжаешь? Черт. Это было быстро.
— Тим, — говорит Эд, протискиваясь мимо парня.
— Рад тебя видеть, Клементина. — Тим идет ко мне и протягивает руки.
Он довольно симпатичный, но совершенно незнакомый. Я ни за что не позволю ему приблизиться и предостерегающе машу. Тим опускает руку. Он явно обиделся, но я не собираюсь ничего объяснять. Что-то в этом парне не так. Наверное, его ползущий взгляд.
— Оставь ее в покое, мужик, — говорит Эд.
— Что? — Тим наигранно смеется. Он понимает, что его отшили, но не желает это признавать. — Я думал, мы друзья.
— Мы спешим, — продолжает Эд. — Ну же, Клем.
Тим пожимает плечами.
— Ладно. Я просто был вежлив по-соседски.
Я выхожу вслед за Эдом, который, обернувшись через плечо, недовольно смотрит на Тима.
Подъезжает такси. В сумерках воздух свежий, немного прохладнее, чем несколько недель назад. Я уже чувствую себя легче, лучше. Не только потому, что скрылась от взгляда Тима, но и потому, что поступаю правильно, оставляя квартиру Эда.
— Кто этот парень? — спрашиваю я.
— Снимает квартиру на нашем этаже. Всегда был чересчур дружелюбен к тебе. Игнорируй его. Ты уверена,
