– Гутя, она расскажет, – чуть не плакала Аллочка. – И ведь ей поверят. Это, во всяком случае, звучит убедительнее, чем – умерла от разбитой вазы!
Варька о чем-то думала, а Гутя попыталась вразумить пойманную.
– Вы, конечно, можете сказать, что угодно, но ведь нужны доказательства, – проговорила она. – А их нет. Поэтому я предлагаю вам вариант получше – давайте вместе искать преступника. Вы убедитесь, что Аллочка на преступницу никак не тянет, у нее просто ума на это не хватит, а мы... мы получим ценного помощника. И еще: пока вы будете думать, что вашу дочь убила Алла, настоящий преступник будет гулять на свободе. Ну как?
Вера Григорьевна сидела согнувшись, и что-то ей подсказывало, что Виолетту и правда могла убить вовсе не эта недотепистая дамочка.
– Ну зачем мне убивать?! – не могла успокоиться Аллочка. – Я же могла поступить очень просто – притащить ваши опусы в милицию, написать заявление, и вас бы отловили уже на следующий день! А я бы потом еще и потребовала за моральный ущерб кучу денег... и на эти деньги я бы поехала...
– Аллочка!
Аллочка прикусила язык и прилежно сложила ручки на коленях.
– Хорошо, – встала из-за стола Вера Григорьевна. – Может, и в самом деле не вы... но только помощи от меня будет немного...
И она быстро прошла к двери. Никто из Неверовых остановить ее не осмелился.
После ее ухода заговорила Варька:
– Мне пришла одна мысль...
– Но тебя не было дома, да? – горько хихикнула Аллочка. Она перенервничала, и теперь стресс выходил из нее глупостями.
– Я вот подумала, – не обратила на нее внимания Варька. – А если Вета и в самом деле хотела получить деньги от Аллочки, если они ей были так нужны, почему она просто их не попросила? Нет, у Аллочки-то просить бесполезно, но у отца! Он же ее действительно любит. Или у мачехи.
– Тебе же популярно объясняли – денег на руки Вете никто не выдавал! – напомнила Гутя. – Но выдоить из Аллочки хоть рубль – это тоже дело безнадежное. Тогда зачем весь этот спектакль?
– А может быть, она просто хотела... ну, отомстить матери таким образом? – все еще размышляла Варька.
– Ха! Матери! А я тут при чем? – не удержалась Аллочка.
– А ты из нас самая спокойная, – парировала Гутя. – Не станешь панику поднимать и в милицию не побежишь.
– А будешь тихонько сидеть и ковырять это дело сама, – добавила Варька.
– Что там ковырять? – фыркнула Аллочка. – Специально выдумать преступление, чтобы я делом занялась? Фигня какая-то!
Гутя тоже призадумалась.
– А может, и не фигня. Может, девочка специально привлекала твое внимание? Ты зацепишься за фальшивые угрозы и найдешь что-нибудь настоящее.
– Ты думаешь, – понизила голос Аллочка. – ты считаешь, девочка нашла клад?
– Я думаю, – громко выдохнула Гутя, – что она в тебе серьезно ошибалась!
После разговора с Верой каждый думал о своем и даже сделал кое-какие выводы. Гутя, например, тут же понеслась в кухню, готовить любимые Варькины сырники, чтобы доказать лишний раз дочери свою любовь, сама Варька немедленно прилипла к сотовому телефону и выясняла у Фомы, так ли серьезно он ее любит и что он станет делать, если она вдруг уйдет в запой где-нибудь на чужбине, а Аллочка вывела свое заключение – очень плохо без близкого, родного мужского плеча. И черт с ним, пусть это даже будет такое хлипенькое плечико, как у Сигизмунда! И приняла меры.
– Алло, это Сигизмунд? – томно мурлыкнула она, едва там подняли трубку.
– Нет, это не Сигизмунд, это его мама, – честно признались там и закричали куда-то в глубь комнаты: – Му-у-у-ня-я-я-я! Тебя кто-то просит, я подозреваю, что это женщина!
Муня был у трубки уже через секунду:
– Алло! Да! Я тебя слушаю! И уже даже соскучился! – запыхавшись, протараторил он.
– Ой, ну прям я вся краснею, – подбавила в голос сахару Аллочка и расплылась в улыбке. – Ты мне таких слов еще не говорил. Но я не буду сдерживаться, я тоже по тебе соскучилась, мой Му... Му... вот, блин, имечко!.. Мой му... станг!
– Аллочка, это вы, что ли? – совершенно скис любимый.
– Угадал! Угадал! – подпрыгнула Аллочка на диване.
– А вот и нет, как раз и не угадал! – воспротивился Сигизмунд. – Потому что я думал, что это моя новая девушка, а оказалось, что это все та же старая вы!
– Сам ты – старая! – задохнулась от негодования «девица». – Сейчас пожалуюсь Гуте, она всем расскажет, что у нас с тобой скоро свадьба!
– Вы что – сдурели?! Я не могу! Я совершенно не могу жениться! Я!.. – и тут он выдохнул окончательную гадость: – Я полюбил другую! Она такая нежная, такая стройная... умная такая, красавица! Ей всего сорок четыре, и она – богиня!
– Я моложе твоей богини, красивее, умнее и нежнее... и стройнее, ты меня просто давно не видел! – боролась за свое счастье Аллочка. – Ну как – придешь на свидание? Как и раньше – к поликлинике, а?
– Делайте что хотите, но сердцу не прикажешь, – трагично произнес Сигизмунд и осторожно спросил: – А у вас деньги есть?
– Ха! Да у меня этих денег! – фыркнула Аллочка.
– Тогда приду, – быстро проговорил однолюб и добавил: – Завтра, в семь, возле поликлиники.
На том и отключился. Предательство Сигизмунда нисколько не огорчило Аллочку: мужчины обычно так и норовили соскочить с ее крючка. Даже в ЗАГСе. Даже решали, что лучше скорая гибель, чем долгая мучительная жизнь с таким сокровищем. Дурость, конечно, но чего от них ждать? Во всяком случае, Аллочка тут же поняла, что в свободное от работы (розыска смертельно опасных преступников) время она просто обязана заниматься своей красотой.
– Гутя! Немедленно дай мне денег! – кричала она сестре, уже натягивая боты в прихожей. – Мне надо срочно купить себе книжицу по раздельному питанию! И даже не думай меня отговаривать, у меня теперь новый жизненный стиль.
– Ты будешь питаться раздельно с нами? – выглянула из кухни сестра.
– Даже не надейся, просто теперь я серьезно займусь своей фигурой. Между прочим, все звезды худеют оттого, что сидят на раздельном питании, – пояснила Аллочка и безнадежно махнула рукой. – Ну тебе-то откуда знать. Ты же не звезда...
Гутя не стала спорить – сегодня у нее сырники отчего-то намертво прилипали к сковороде, и она уже подумывала, а стоит ли вообще детей баловать?
– Возьми, – протянула она Аллочке деньги. – Надеюсь, ста рублей тебе хватит? Я же совсем недавно давала.
– Хватит.
– Да, и не забудь купить свежих газет, – напомнила она. – Фома и так сердится, что мы живем как в берлоге, а у нас выборы на носу!
– И мне купи журнальчик, – выскочила Варька. – «Любить мужчин по-умному» и «Есть ли жизнь без мужа». Два журнальчика!
– Да, и не забудь взять «Из рук в руки», – кивнула Гутя. – У меня уже давно в каталоге нет новых женихов.
