Но Гутя только вертела во все стороны головой и после своих сырников не слишком-то беспокоилась о застолье.
– Нет этого Максима. Все глаза проглядела, а его нет.
– Да если бы мы его еще раньше видели... – с сожалением цокала языком Варька. – Я вот, например, помню, что ты говорила: он здоровый...
– Немного посидим, потом Фома спросит у своего знакомого... как его... ну, неважно, спросит – где тут Максим, – сообразила Гутя. – Черт, мы же даже фамилию его не знаем.
– Девочки, девочки, ну кто из вас заказывать-то будет? – не на шутку волновалась Аллочка. – Вот чует мое сердце – выставят нас отсюда, как неплатежеспособных. Ой, Гутя, а у тебя еще и вид такой затрапезный...
Аллочкино сердце не подвело. Очень скоро к их столику подошел здоровенный детина лет двадцати пяти и крикнул куда-то в центр:
– Слышь, Леха! А что тут за грибы? Ты ж сам говорил, мест нет!
И пока он кричал, все Неверовы, как завороженные, пялились на его затылок. По могучей, кирпичного цвета шее полз маленький татуированный дракон.
– Здрассьте... – пролепетала Аллочка, растягивая губы. – Максим, а мы к вам... в гости, так сказать...
– А вы что – моя бабушка? – скривился бугай.
– Хи-хи... – засмущалась Аллочка. – Скажете тоже...
Тут к Максиму подошла смуглая длинноногая красотка, обнаженная по самое некуда, и капризно протянула:
– Ма-а-акс, ну чё ты завис? Я там жду, а ты...
– Подожди, лапа, – притянул ее к себе Максим. – Видишь, у меня пращуры завелись.
– Хорошо, не блохи, – фыркнула Варька и остервенело пнула под столом мужа, который без зазрения совести разглядывал голопупую девицу.
– С чего бы блохи-то? – совсем по-детски обиделся Максим.
И тут Гутя буквально раздавила его неожиданой репликой.
– Мы к вам от Виолетты Назаровой, – откинулась она на стуле. – Очень хотелось бы поговорить.
– Не по́няла, – вытаращилась девица сначала на Гутю, а потом, весьма угрожающе, – на Максима. – Что еще за Виолетта? Что за финты, зая?
– Лапа моя, это так... это сестрица двоюродная, – залепетал тот, чмокнул красавицу в темечко и возмутился. – Ну ты чё?! Ревнуешь, что ли? Я ж верный, как клещ! Ну лапа...
– Не слишком ли много у тебя пращуров? – свысока бросила лапа и, покачивая бедрами, подалась к своему столику.
Максим хотел побежать за красоткой, но имя Виолетты его зацепило.
– Вы, это... Если насчет Ветки, тогда... давайте так... – заторопился Максим. – Давайте вы ко мне завтра вечерком, часиков в пять, заскочите, и я...
– Мы не можем в пять, только в семь, – сурово прервал его Фома.
– Вот и чудненько! – обрадовался Максим. – В семь ваще самое то! Ну, значит, записывайте адрес... А то, сами понимаете, такая фифа соскакивает!
И, продиктовав адрес, «безутешный» милый друг Виолетты Назаровой поскакал между столиками:
– Ну, лапа моя! Ну, что за на фиг!..
Неверовы растерянно смотрели ему вслед.
– Вот вы все такие! – уже не прячась, пнула Варька мужа. – Не успеешь глаза закатить, а у вас уже новая «Лапа»!
– Варенька, поедем, солнышко мое, – попросил Фома, слабо реагируя на пинки. – Сегодня такой фильм по телевизору, «Скорая помощь» называется. Ты ж понимаешь, мне просто как профессионалу его посмотреть необходимо!
– Варь, не верь ему, – зыркнула на него Аллочка. – И ничего не профессионалу! Это ему там артистка нравится. А нам и здесь посидеть можно, правда ведь? А фильм мы и завтра посмотрим, потому что повторять будут. Только пусть твой муженек нам закажет хоть коктейльчик, что ли!
Варька посмотрела на тетку, потом на мужа и поднялась:
– Пойдем, Фомочка. Твое спокойствие для меня – закон!.. А я еще и журнальчики не прочитала... – она зыркнула на мать и на Аллочку. – Ну вы идете?
– А чего здесь высиживать? – подала плечами Гутя. – Этот Максим все равно куда-то сбежал со своей папуаской. Аллочка! Домой!
Аллочке ничего другого не оставалось, как подчиниться.
Всю дорогу она бубнила, что родственники зажимают ее творческую душу, не дают ей знакомиться в приличных заведениях и даже в этих самых заведениях не могут ее нормально покормить. А она, между прочим, звезда! О ней даже в газетах пишут!
Дома от такой обиды Аллочка сразу же прошла к себе в комнату и забылась в богатырском сне.
Утром она проснулась, что называется, озаренная и сразу подскочила к телефону.
– Аллочка! Куда ты? – поймала ее за сорочку Гутя. – Твой Сигизмунд раньше двух часов не поднимается, а на часах еще и двенадцати нет. Это неприлично.
– Можно подумать, кроме как этому Сигизмунду, и звонить больше во всем городе некому! – фыркнула Аллочка. – И вообще, с чего ты взяла, что я хочу стать госпожой Пулеметовой? Пошлость какая!
– А кому ты собралась звонить?
– Назарову! Если он даже в газете признал, что доверил мне это дело, я теперь могу смело этим пользоваться... – и, набрав номер, она сурово проговорила в трубку: – Назаров Кирилл Андреевич? Вас беспокоит лучший детектив... Ну как это – кто? Алла Власовна!.. Нет, у меня никакой собаки нет, у нас только кот. И то, вы знаете, он столько мяса ест! Хотя, простите, это к делу не относится. Я хотела сказать, что с собаками мы не работаем, и к вам я пса не приведу... Да какие там могут остаться следы? Столько времени прошло!.. Я бы хотела встретиться с Жанной. Да, мне с ней надо переговорить! Почему?.. Как это – не можете предоставить мне такого счастья? Но вы же сами писали, что я детектив, а значит... Ах вот... вот оно что... да... да... с ума сойти!.. Конечно-конечно... какая низость!.. Хорошо, если у меня появятся какие-то новости, я обязательно поставлю вас в дурац... простите, я обязательно вас оповещу, поставлю в известность!
Аллочка бросила трубку и некоторое время сидела без движения, тупо уставясь в угол стены.
– Ты что, опять уснула? – толкнула ее Гутя. – К Назаровым разве не пойдешь?
– Им сейчас не до меня, – вздохнула Аллочка. – У них, представляешь, вчера вечером пропала Жанна. Назаров себе просто места не находит! Он даже со мной так разговаривал, словно я... и еще просил привести какую-то собаку, чтобы она по следам отыскала его жену, представляешь! Я думаю, нам надо расширяться. Заведем овчарку. Матвей, котик мой золотой, ты хочешь себе собачку?
Золотой котик поднял хвост гладиолусом и торжественно прошествовал мимо хозяйки.
– Гутя! Какое несчастье! Матюша совсем не хочет в дом собаку, – вздохнула Аллочка. – Придется обходиться своими силами, прямо хоть сама эти следы нюхай.
Гутя протирала пыль с телевизора, услышав новость о пропаже такой домашней Жанны, взволновалась.
– Как это – Жанна пропала, что-то я не поняла? Совсем пропала? Варя! Ты слышала? Жанна пропала!
Из своей комнаты прибежала Варька.
