class="p">— Мне нужна была передышка, поехал кататься. Ты знаешь, что делает со мной Пондероз Спрингс. Почему ты так стремишься узнать?
Наступает молчание, прежде чем он снова говорит: — Значит, теперь мы храним секреты друг от друга? Вот чем мы занимаемся?
— Нет. — Я вдыхаю дым: — Если бы тебе нужно было знать, я бы тебе сказал. — Провожу рукой по волосам, потому что знаю, что он вот-вот поменяет отношение ко мне.
Я практически слышу, как скрипят его зубы. Я даже не знаю, почему его волнует то, чем я занимаюсь, не то чтобы он действительно мог заботиться о ком-то.
Все внутри Тэтчера мертво.
Все эмоции. Чувства. Угрызение совести. Все.
— Конечно, друг. — Он холодно бормочет.
— Я встречусь с вами, ребята, завтра. — говорю я, но он этого не слышит, потому что меня встречают гудком в ушах еще до того, как я заканчиваю фразу.
— Чертов мудак.
Я смотрю на телефон и вижу пропущенное ранее сообщение от Сайласа. Я открываю его и вижу ссылку и его текст под ней.
Вещи, которые ты хотел.
Нажав большим пальцем на ссылку, я попадаю в папку с документами, которую, как я полагаю, собрал Сайлас. На моем лице медленно появляется ухмылка, как будто ты охотился за чем-то в течение нескольких месяцев и только начал вонзать в это свои зубы.
На моем экране все, что Сайлас смог раскопать о Брайар Татум Лоуэлле.
Кроме того, что я знал, что у нее остроумный рот, а у Истона Синклера был на нее стояк, я знал чертову херню и ненавидел это.
Неизвестные мне не нравились.
Ее отношение ко мне давало понять, что она не местная, и хотя мне нравилась девушка, которая могла дать это так же сильно, как и вынести, я пошутил, когда сказал, что она соблюдает правила.
Чтобы попасть ей под кожу так, как я хотел, мне нужно было знать все о своем противнике. Такая смелая, настолько уверенная, что не боится меня, пока ее бедра дрожат от моих прикосновений.
Сначала я собирался отпустить ее, но даже после этого занятия она грызла меня. Бесит меня своими разноцветными глазами. Смесь золота, коричневого и зеленого закрутилась в одну спираль. Поэтому я проверил Facebook, прежде чем написать Сайласу. Я не был на Facebook чертовы годы. Мне пришлось создать фальшивую учетную запись, чтобы даже найти ее. Оказывается, она тоже не в соцсетях.
Согласно ее стенограмме из средней школы, она не пропускала ни дня в школе, имела средний балл 4,0 и все четыре года была в команде по плаванию. Была даже очаровательная фотография с первого курса, когда у нее были брекеты.
На всех ее школьных фотографиях не было ни одной ее фотографии с подругой, видимо мой умник был одиночкой. На выпускном вечере в команде по плаванию она стояла рядом с родителями, едва улыбаясь, и выглядела так, будто готова на все, лишь бы раствориться в толпе. Попытка сделать ее тело меньше, чтобы не занимать много места. Я должен признать, что двойные косы, которые она носила в бассейне, заставляли мой член дергаться.
Я продолжал листать файлы, любопытствуя, как она могла позволить себе такую школу, как Холлоу Хайтс, из-за происхождения ее родителей. У них едва хватило двух монет, чтобы потереть друг о друга. Но я быстро догнал ее, узнав, что ее дядя был профессором Томасом Ридом.
Мои брови нахмурились, когда появилось судимость, не одна, а три. Мой язык пробегает по верхней губе. Я знал, что в ней было что-то, что жаждало, чтобы я понял, что это был не я, а хаос, который пришел со мной.
Тени ей тоже понравились. Любила там прятаться. Оставайся там.
Нападение и побои по одному пункту, что впечатляет не только само по себе, но и в отношении парня, который пытался напасть на ее мать. Еще одно обвинение в вандализме, которое выглядело как своего рода розыгрыш. И один пункт обвинения в мелком воровстве.
Значит, она боец и воровка. Как интересно.
Интересно, за сколько ниточек на самом деле пришлось потянуть Томасу, чтобы заманить преступника в эту школу. Для того, чтобы приложение хотя бы взглянуло сюда, у должно ыыбыть тринадцать гребаных клубов и безумный средний балл, соответствующий звездным результатам тестов.
И все же она была здесь.
Здесь, в Пондероз Спрингс, где ей не место.
Она шевелила розовым ртом, думая, что я просто сяду и посмотрю. Думая, что Истон Синклер поможет ей, пока я ее преследую. Это наполнит меня таким тестостероном, когда она увидит, что он бесполезен против меня, что я могу сгореть. Это маленькое дерьмо не могло ничего сделать со мной с детского сада, есть вещи, которые папины деньги не могут скрыть, и это киски сучки.
Я бросаю окурок на землю, в воздухе танцуют угольки. Я встаю во весь рост и поворачиваюсь лицом к витрине салона.
Логотип черепа на моем лице прозрачен, создавая эффект маски. Белый череп, покрывающий мои скулы и глаза. Я наклоняю голову вправо и влево, кажется, что череп движется вместе со мной. Жестокое представление того, что я внутри.
Мертвый. Пустой. Безжалостный.
Вот только мне не нужна маска, чтобы быть кем-то из этого. Я просто есть.
Брайар Лоуэлл может подумать, что она меня не боится, потому что я не дал ей ничего, чего можно было бы бояться.
Во всяком случае, еще нет.
— Как ты нашла это место? — наивно шепчу я, качая головой от своего невежества.
Я имею в виду, что мертвые меня не слышат, да я и не подозреваю об этом.
Когда Лира спросила, не хочу ли я увидеть что-нибудь прикольное, я подумала, что она имеет в виду секретный проход в университетских залах. Что бы меня не удивило, я на самом деле полна решимости найти. Это место слишком древнее, чтобы не иметь секреты.
Я не предвидела похода по крайней мере на две мили в лес за зданиями Ротшильдов. Мы шли за зданиями, погружаясь в надвигающиеся деревья, которые
