отозвался более рослый санитар. — Бред какой-то.
Врач, ни слова не говоря, быстрым шагом подошел к сидящему на скамье Черепову, дотронулся засиявшей ладонью до темечка некроманта и зажмурился.
Вот он вновь открыл их и ошарашенно посмотрел на санитаров:
— Немыслимо! Кто это сделал? Он действительно здоров!
— Временное помешательство, — ответил я.
— Нет такого диагноза, — резко ответил врач, но потом на всякий случай ещё раз проверил — провел уже двумя руками над головой Петра Геннадьевича. — Как такое может быть?
— Да со мной всё в порядке, — подтвердил Черепов. — Развяжите меня, пожалуйста. А то руки затекли.
Санитары аккуратно освободили его, на всякий случай, внимательно следя за каждым движением некроманта. Через пару минут успокоились, поняв, что всё в порядке.
Чуть позже Черепов был выписан и сел в автомобиль, где находились Жора с охраной, а я запрыгнул в лимузин.
— Как ты это сделал⁈ — восхищённо прошипела мне на ухо Надя. — Это же… прекрасно!
— Долго рассказывать, — улыбнулся я.
— Научишь? — она от удивления открыла рот, а я аккуратно протянул руку, закрывая его.
— Посмотрим, — ответил ей.
— Нет, ты научишь, — в глазах принцессы заблестели озорные огоньки. Я глубоко вздохнул, кивнув. Конечно, мне и самому было интересно, сможет ли она перенять технику из моего родного мира. Вот и посмотрим.
Вот мы подъехали к студенческому городку, Надя ещё раз вытребовала с меня обещание, что я обязательно должен ей рассказать про удары пальцами. И я вновь согласился.
— Спасибо, тебе, — я повернулся к принцессе, а она подмигнула в ответ.
— Должен будешь, — многозначительный взгляд принцессы не очень мне понравился.
Когда мы глазами проводили кортеж принцессы, я пришел к выводу, что надо бы устроить некроманта на ночлег. Ему нужно восстановиться. Хоть он и стал выглядеть более-менее нормально, но взгляд был очень уставшим. Ну что ж, на Территорию его не пустят, а если бы и получилось — свободных мест не было.
А затем Жорик прозвонил по телефону кому надо, и сказал, что ближайший угол сдается через дорогу от дома Жанны Эдуардовны, той женщины, у которой я покупал самогон и настойку.
Сереге смысла не было звонить. Адрес рядом, рукой подать, поэтому остановили первое попавшееся такси. Так бы и пешком прогулялись, но Черепов выглядел очень уставшим. Заехали по пути в продуктовую лавку и закупили ему продуктов.
В съемном домишке, за которым никто особо и не ухаживал, мы и нашли хозяина. Он растапливал огонь в большой каменной печи. Увидев нас, встрепенулся, а потом когда я объяснил, что нужен ночлег и сразу внес предоплату, расплылся в улыбке. Мы тут же подписали договор аренды жилья.
Оставив ключи, довольный хозяин ушел, оставляя нас посреди слегка заросшего двора. Территория была небольшой, но сад какой-никакой был: несколько яблонь, груша и белая слива. Конечно, урожай уже давно собрали, но они создавали тень, падающую на две лавки. На одной из которых мы и расположились.
— Иван, спасибо тебе, — Черепов поднял взгляд. Глаза красные, веки пытаются опуститься. Спит на ходу. — Я отдохну, а потом расскажу, что вспомнил. Всё обрывками и сложно сконцентрироваться. Как полегчает — позвоню, — некромант показал на телефон, вытащив его из кармана. — Номер твой записан.
— Хорошо. Выздоравливайте, Петр Геннадьевич, — ответил я. — У меня к вам будет несколько очень важных вопросов.
— Умеешь ты, конечно, заинтриговать, — закашлялся от смеха Черепов.
Мы с ним попрощались, а потом отправились уже пешком обратно, в сторону общежитий.
* * *
Как он выжил после того, как его поглотил Кровавый Ург, шаман не помнил. Активировать сияющий камень, отобранный у Хранителя-323, он уже не успевал. Лишь вложил всю энергию, которая была у него, в одно единственное заклинание — перемещение. Точка перехода в сумеречную зону мгновенно оказалась перед ним. Раз он жив, значит успел коснуться её прежде, чем превратиться в кучку фарша и перемолотых костей.
А этот парень хорош. Только где он взял «зеркало»⁈ Уж не сама ли Зиона помогает ему? Если они встретились — хр*ново дело. Значит, он один не справится и нужно искать союзника.
Лютер осмотрелся. А он совсем не в сумеречной зоне. Очень тяжело дышать. Если, находясь в хорошей форме, он мог и не заметить воздействия этого слоя реальности, то сейчас Бездна высасывала из него оставшиеся жизненные соки. Почему Бездна? Да все просто!
Перед ним из красной высокой травы выскочил огромный термит, злобно затрещал и кинулся в его сторону.
— Лютый! — шаман отправил приказ своему питомцу разорвать тварь. Призрачный волк рыскал неподалёку. Это была его вотчина, и здесь он был словно рыба в воде.
Тут же появились две копии волка, которые прыгнули с флангов на эту тварь, разрывая её напополам.
— ХРРРУМ — раздался неприятный звук, и во все стороны выплеснулась темно-зеленая кровь существа. Хорошо, что шаман успел отойти.
Копии зашагали рядом с ним, оберегая от внезапных врагов. Так он дошел до ближайшего заточенного в камне источника силы. Да, здесь они тоже есть. Но мало кто знает об этом.
Ему многое известно. И то, как вытаскивать дикую энергию, чтобы она не испепелила его.
Посох помогал ему оставаться на ногах. Он через силу прошел ещё полсотни метров, пока не упёрся в скалу.
— Здесь, — пробурчал он себе под нос, затем коснулся, казалось бы, обычного участка скалы. Толстая каменная корка осыпалась, и его лицо ответил магический самородок.
Пока это не чистый кристалл, но он доберется до настоящей энергии. Место силы совсем небольшое, но ему этого хватит за глаза.
Шаман прошептал несколько древних слов, и Бездна услышала его. Вот энергия урывками начала впитываться в посох, который передавал уже чистую ману. Отлично. Ещё немного…
— Да ты ничуть и не изменился, — раздался позади чей-то старческий голос. — Как был вором, так им и остался.
Лютер медленно обернулся, изрядное количество маны влив в защиту. Белёсый полупрозрачный щит образовался между ним и маленьким горбатым старикашкой. Который также опирался на подобие посоха, а точнее тросточку. И как она ещё не треснула? Это какой-то артефакт?
Но его не обманешь. Кто ещё мог так хитрить и не бояться с ним встречи, как не его старый знакомый?
— Дорн, можешь не прятаться. Я знаю, что это ты, — ответил Лютер, поняв, что нужно потянуть время. Эта сволочная энергия
