– Тут тебе никто не поможет, дорогуша, – фыркнув, заявил Эрисо.
В следующее мгновение его спутнику на голову обрушился глиняный горшок с каким-то не слишком аппетитным содержимым. Тот упал, дико взвыв и обхватив голову руками. А Эрисо, возмущенно крича, принялся отчаянно уворачиваться от гнилых фруктов и рыбных объедков, которые полетели в него сразу из нескольких окон.
Однако тут подоспели его товарищи и стали медленно окружать девушек. Им пришлось выйти на середину улицы, куда не могли долететь тяжелые предметы.
Женщины начали орать одновременно.
– Могу поспорить, у него в штанах червяк! – крикнула одна. – Или малюсенькая улиточка, которая спряталась от ужаса в свою ракушку.
– Отправляйся в свой Северный район, где тебе самое место!
Но Эрисо, оказавшись вне досягаемости увесистых снарядов, больше не обращал внимания на крики и на самих женщин, Он начал медленно подступать к Энни и Остре.
– Ты не можешь нас убить прямо здесь, на глазах стольких людей, – сказала Энни.
– На Перто Вето люди не живут, – возразил Эрисо. – Здесь селятся отбросы. Даже если кто-нибудь и захочет рассказать, что тут произошло, их никто не станет слушать.
– Жаль, – прозвучал новый голос – Потому что у этой истории будет интересный конец.
– Казио! – выкрикнула Остра.
Энни не стала оборачиваться – она не могла отвести глаз от кончика шпаги Эрисо, а голос Казио она знала прекрасно.
– И кто, во имя лорда Ондро, ты такой? – спросил Эрисо.
– Как кто такой? Я – Казио да Пачиомадио да Чиоваттио, и я охраняю этих двух каснар, – сообщил тот. – Кажется, мне повезло: сегодня будет удачный день, потому что у них наконец-то появились недоброжелатели, и я смогу с ними поразвлечься. Жалко только, что вы такие трусы – удовольствие не то. Но ничего не поделаешь.
Энни услышала, как он достал шпагу.
– Каспатор, – проговорил Казио, обращаясь к своему клинку, – пришла пора немного поработать.
– Нас шестеро, придурок, – предупредил его Эрисо.
Энни услышала легкое движение у себя за спиной, вскрик и какое-то бульканье.
– Плохо считаешь, – заметил Казио. – Энни, Остра, идите сюда. Быстро.
Энни бросилась к нему и чуть не сбила с ног, когда он шагнул вперед, держа перед собой шпагу.
– Оставайтесь у меня за спиной, – велел он.
Женщины на балконах и в окнах приветствовали его радостными криками. Тип, которого Казио проткнул рапирой, пополз прочь с улицы, когда юноша бросился в атаку на Эрисо и его спутников. Впрочем, бравада Казио не обманула Энни, она понимала, что пятеро – это слишком много даже для него. Как только они его окружат…
Однако он держался совершенно спокойно и парировал удары с таким видом, словно ему было невероятно скучно. Он бросался вперед, потом отскакивал, появлялся сзади, и в какой-то момент ему удалось заставить своих противников сгрудиться в кучу, где они все одновременно пытались отражать его удары. Впрочем, довольно скоро они сообразили, что их все-таки больше, и начали его окружать. Казио отбил одну атаку и сделал неожиданный разворот, в результате которого острие вражеского клинка вонзилось в его же товарища. Одновременно рапира Казио вошла в плечо другого. Оба вскрикнули и отскочили назад, хотя ни тот ни другой не получили смертельной раны.
– За уно-ан-дор, – сообщил им Казио, – мое личное изобретение. Я…
Он замолчал, чтобы отбить яростную атаку Эрисо, затем быстро отразил нападение одного из его соратников, отбежал назад, но оказался недостаточно проворным, и третий выпад достиг цели – острие шпаги вонзилось ему в левое плечо. Казио застонал и поудобнее перехватил свое оружие, но не успел вырваться, когда враги снова попытались его окружить.
– Казио! – крикнула Остра, не в силах больше сдерживаться.
Неожиданно одному из нападавших в голову угодила бутылка, превратив его ухо в кровавое месиво.
Энни подняла голову посмотреть, кто ее бросил, и обнаружила, что за ее спиной столпилось около тридцати соседских мужчин, вооруженных ножами и деревянными дубинками.
Среди них был и Осперо.
– Эй, вы! – крикнул он. – Что вам нужно от девочек?
Эрисо поджал губы и ответил:
– Не твое дело.
– Ты на Перто Вето, красавчик. Значит, это очень даже наше дело.
Эрисо окружили его головорезы. Один держался за окровавленное ухо. А Энни вдруг почувствовала, что оказалась между двумя львами.
На лице Эрисо промелькнуло поочередно несколько выражений, затем он вздохнул.
– Вот эта штучка с рыжими волосами помолвлена с принцем Латро, но имела глупость влюбиться в вашего парня и сбежала. Меня послали привести ее назад.
– Правда? – поинтересовался Осперо. – И за нее обещали награду?
– Никакой награды.
– В таком случае, с какой стати ты за ней сюда явился?
– Этого требует моя честь. Я обещал ее вернуть.
– Хм-м. Принц Латро, говоришь? Тот самый принц Латро, который обложил налогами нашу рыбу, чтобы продавать свою дешевле? Тот самый принц Латро, что вздернул Фьювро Олуфио?
– Мне про эти дела ничего не известно.
– Значит, тебе вообще мало что известно. Но вот что я тебе скажу: если, отрезав мой собственный нос, я огорчу Латро да Вилланчи, я сделаю это с огромным удовольствием. Он получит свою подружку назад. От нас. По частям.
Эрисо стал пунцовым от ярости.
– Ничего подобного вы не сделаете. Принц вам отомстит, и его месть будет ужасна. Он убедит меддиссо прислать сюда солдат. Вы этого хотите?
– Нет, не хотим, – проговорил Осперо. – Но мы скромные люди, здесь, на Перто. Нам все равно, получим ли мы что-нибудь в награду, главное, чтобы вышло по-нашему.
– Но как вы…
Глаза Эрисо вылезли из орбит, когда мужчины с Перто бросились вперед.
– Нет!
Он повернулся и бросился бежать, его банда последовала за ним.
Осперо расхохотался, глядя, как они исчезают из виду. Затем повернулся к Энни, Остре и Казио.
– Он наврал. Полагаю, награда за тебя все-таки объявлена, – сказал он. – Думаю, тебе лучше рассказать, что происходит, причем немедленно.
Словно чтобы сделать его слова весомее, его люди подступили ближе.
Глава 8
Васил-Никс
«Сейчас я умру», – подумал Леоф. Мысль была какой-то вялой, да и весь мир вокруг, окутанный диковинным золотистым светом, как будто начал замедлять свое движение. Музыкант прекрасно видел человека, который шел на него, – светлые, криво подстриженные волосы, широко расставленные глаза – в темноте не разглядишь, какого они цвета, – расстегнутая куртка, оттопыренные уши, голова обвязана какой-то тряпкой.
В руке человек держал меч, сверкавший в лунном свете.
Леоф собрался было бежать, но, подняв голову и увидев, как близко подобралась к нему смерть, решил, что не хочет, чтобы клинок вонзился ему в спину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
