С любовью,
Кэти.Засунула записку под дверь и отправилась навстречу долгу. Я обрадовалась, что не застала девочку. Мне было бы тяжело прощаться, даже на короткое время. К тому же служба требовала моральной подготовки, даже сейчас. И до и после кормления меня охватывала тоска. Лучше побыть одной.
Мне предстояло встретиться с сестрами в теплых водах у побережья Флориды. Тот район также получил название загадочного Бермудского треугольника. Когда о нем стали рассказывать легенды, мы постарались использовать таинственную славу места себе на пользу. Хотя ничто не могло сравниться с потоплением «Копенгагена», тут мы пускали на дно корабли, и даже современный мир принимал их исчезновение как необъяснимую тайну. Простой взгляд на проблемы, который предстояло перенять и мне. Я восхищалась им и в то же время находила комичным.
Две сестры тепло меня поприветствовали. Когда я появилась, они начали выписывать немыслимые круги на воде. Эйслинг, как всегда, держалась особняком. С годами она выглядела все более несчастной. Не представляю, что ее тревожило. Она знала, как выполнять свою работу лучше любой из нас, и до освобождения ей осталось всего четыре года. Может, ей действительно не нравилось наше общество. Я была знакома с Эйслинг уже несколько десятилетий, и мне следовало научиться не обращать на нее внимания. Все равно она вскоре исчезнет из моей жизни.
Океан хотела, чтобы мы переместились на несколько миль южнее места встречи. После короткой прогулки по морю мы поднялись на поверхность и грациозно расположились на воде. Каждая приняла привычную соблазнительную позу, уже не задумываясь. Эйслинг всегда предпочитала лежать на боку. Элизабет обняла Миаку, почти как я при первой встрече с девочкой. Они стали очень близки. Я замечала, что Элизабет и Миака в последнее время всегда на одной волне. Миака не только выбралась из своего панциря, она без сожалений растоптала его и не оглядывалась назад. Вспомнились наши выходки. Я скучала по ним. Мой срок скоро закончится, надо проводить больше времени с сестрами.
Чтобы разнообразить картину, я опустилась на колени и разметала вокруг себя свое платье. Сегодня оно переливалось всеми цветами морской волны, под стать тропическому ветру, что развевал наши волосы и подолы. И когда Она велела, мы запели. День клонился к вечеру, и заходящее солнце издалека подсветило корабль, движущийся к нам с запада. Я внезапно сообразила, что путешествие только началось и корабль совсем недавно вышел из порта, совсем как мой. Я отмахнулась от нежеланных мыслей и сосредоточилась на песне, хотя та не требовала внимания. Восемьдесят лет прошло, но порой я чувствовала вину так же остро, словно мой корабль только вчера пошел ко дну.
Корабль казался рваной тенью на прекрасных изгибах Океан. До него оставалось еще несколько миль, когда он начал крениться на один борт. Судно шло ко дну медленно, но не настолько, чтобы спасатели подоспели вовремя. По непонятной причине вода продолжала прибывать, и люди начали прыгать за борт. Горстка пассажиров успела добраться до лодок. Даже если они спасутся, то не увидят четырех загадочных женщин и не смогут рассказывать о нас басни.
Мы находились достаточно близко, чтобы разглядеть лица тонущих, но я рьяно оберегала свой взгляд. Как обычно, некоторые поплыли к нам, но начали захлебываться раньше, чем достигли цели. Корабль превратился в висящий в воздухе перекошенный треугольник – через несколько мгновений он исчезнет.
Океан сказала, что можно перестать петь; мы единогласно пропели последнюю ноту и замолчали. И в неожиданно наступившей тишине я услышала ее.
Для любых других ушей звуки показались бы бессмысленными, но после многих лет, проведенных среди не следящих за своим языком глухих, я знала, что слышу голос той, кто не умеет четко выговаривать слова. Более того, тон, тембр этого голоса были мне знакомы. Годы, проведенные в обличье сирены, сделали мои уши очень чуткими. И хотя девочка никогда не издавала при мне подобных звуков, я знала, кто это. Сестры потрясенно смотрели, как я шагнула к кораблю.
Мне даже не пришлось высматривать Джиллиан среди тонущих. Подруга оказалась довольно близко ко мне. Она молотила руками по воде, стараясь удержаться на плаву, и отчаянно высматривала кого-то – видимо, своих спутников. Неожиданно мне пришло в голову, что, когда зазвучал сигнал тревоги, кому-то пришлось сказать ей. Джиллиан выкрикивала бесформенные звуки – все слова потерялись в отчаянных взмахах рук. Я потрясенно уставилась на нее.
Мне было достаточно плохо от осознания происходящего – Джиллиан тонула, и я ничем не могла ей помочь, – но тут, словно в отместку за все отобранные жизни, девочка повернулась и увидела меня. Изо всех сил она пыталась остаться на плаву, но при виде меня, стоящей на воде, ее движения замедлились. Она пыталась сообразить, что происходит, но, естественно, ничего не понимала. Я позвала ее по имени, но Джиллиан никогда не слышала его. Как странно, отсутствие слуха, которое большинство людей воспринимали как порок, стало единственным, что могло – и должно было – спасти Джиллиан от подобной участи.
Но все обернулось иначе.
Девочка протянула ко мне руку.
– Оставь ее! – взмолилась я, обращаясь к Океан. – Пожалуйста, оставь! Это же Джиллиан, моя Джиллиан!
Но Океан не могла. Нас было четверо, и Она не могла иметь в услужении больше сирен. Она должна охранять свою тайну. К тому же неспособность Джиллиан слышать сделает ее практически непригодной к службе. Я не понимала почему. Я ведь тоже не пела в прошлой жизни. Какое это имеет значение?
И еще, сказала Океан, неужели ты желаешь подруге этого бесконечного существования только ради того, чтобы не разлучаться с ней?
Я задумалась. Жестокий прием – повернуть тревоги против меня, воспользовавшись Джиллиан. Но, несмотря на возможные страдания, я не могла оставить ее умирать.
– Сделай что-нибудь, прошу тебя! – закричала я. По лицу потекли слезы.
От выкрика люди вокруг Джиллиан начали тонуть. Мое неповиновение ускорило процесс для них, но прошло мимо ничего не слышащей девочки.
Океан не поддавалась. Если Джиллиан выживет сама по себе, это одно, но Она не может вмешаться, и нам тоже запрещает.
Я посмотрела на свою милую Джиллиан. Она все еще протягивала руку в надежде, что я спасу ее. Жизнь – всего лишь собрание мелких решений, и каждый незначительный поворот направо или налево в итоге ведет нас к неизбежному концу. Если бы Джиллиан отправилась в круиз на неделю позже. Или умела плавать. И мое решение уехать пораньше. Если бы я задержалась на пару дней, то знала бы о готовящейся поездке.
