Акинли. Мне нравилось. Ни в одном из мест, где мне довелось побывать, я не слышала похожего имени. Но оно очень подходило этому человеку – в моих глазах он стоял особняком от всего мира, и его имя принадлежало только ему одному.
– А тебя как зовут? – спросил он.
Кэйлен.
– Калин?
Читается как Кэй-лен.
– О, Кэйлен. Милое имя. И я угадал: Кэй, верно? Неплохо, – улыбнулся он. – Рад встрече. Кэйлен, а фамилия у тебя есть?
Я покачала головой. Когда мы становились сиренами, у нас оставалось только имя. Я даже не помнила свою старую фамилию.
– Что с тобой случилось?
Поскольку я не могла так быстро придумать правдоподобную историю, я просто пожала плечами.
– Может, тебя ищут? Родные или еще кто-нибудь?
Меня могла искать Океан. Но я не собиралась об этом рассказывать.
Я никого не помню. Не знаю, как оказалась в лесу.
– Ух ты! Ладно, по крайней мере, я не вижу на тебе синяков. Это хорошо.
Я понимала, что мне следует выразить беспокойство о своем положении. Надо спросить его о чем-то важном, чтобы не выглядеть сумасшедшей. И тут меня посетила законная мысль.
Где я?
– Э-э-э, у меня дома. Ты это имеешь в виду?
Я покачала головой.
– Мэн. Недалеко от Порт-Клайда, штат Мэн. Знакомые места?
Никогда о них не слышала, но хоть что-то. Я кивнула.
Вернулась Джулия с ленивым Беном. Тот окинул меня взглядом, и его лицо приняло такое же ошеломленное выражение, как у женщины.
– Приятель, что за дела? – спросил он Акинли.
– Она заблудилась. Я пытаюсь ей помочь. А что мне было делать – бросить ее в лесу?
Я не винила Бена. Он правильно мыслил. Пусть внешне я мало напоминала монстра, но лучше держаться настороже. Бен сильно походил на Акинли. В красоте он с ним сравниться не мог, но в чертах было много общего.
– Надо позвонить в полицию, – заявила Джулия. – Если она пропала, значит ее кто-то ищет, и полиция будет знать.
Я давно замечала, что некоторые женщины с самого детства обладают материнскими инстинктами. Я видела, как маленькие девочки охраняют котят с яростью тигриц – с самого рождения они чувствуют, что должны защищать тех, кто находится под их опекой. Джулия знала, как позаботиться об окружающих. Она станет изумительной матерью.
Приехали полицейские, но что они могли сделать, зная только мое имя? Они вызвали «скорую». Врачи осмотрели меня и заявили, что, за исключением странного звука в легких, я совершенно здорова. Я и так это знала. Естественно, меня никто не разыскивал, так что весь этот ажиотаж не имел смысла. Мне было неловко за поднятую суматоху, но в то же время я с жадностью впитывала каждую минуту, проведенную с Акинли. Скоро мне придется уйти. Я хотела сохранить в памяти выражение его лица и голос. Вдруг они помогут годам пролететь быстрее. Я уже усвоила, что заслуживаю утешения и маленьких радостей.
Я с ужасом думала, что придется покинуть этот дом. Во-первых, я не знала, куда направиться. Всю жизнь я прожила кочевницей, но обычно следовала хоть какому-то плану. Сейчас я не могла даже попрощаться с Джиллиан, поэтому отправляться в Портленд не имело смысла. В школу я все равно не вернусь. Хорошо, что я забрала свои вещи из комнаты. Осталось отправить записку с выдуманной причиной, и школьная жизнь потечет без меня. Наверное, я вернусь к Миаке и Элизабет, но не сейчас. Пока что мне не хотелось даже близко подходить к Океан. Спрячусь где-нибудь ненадолго и придумаю план.
Не знаю, намеренно они это сделали или нет, но я услышала, как один из полицейских разговаривает с Акинли, Беном и Джулией на кухне. Врачи уже закончили осмотр и оставили меня в коконе из одеял в гостиной. Естественно, темой обсуждения стала моя персона.
– Мы можем забрать ее с собой в участок. Переночует в камере, а с утра, если никто не придет ее разыскивать, попробуем найти ей жилье в городе. Она не знает, сколько ей лет, поэтому, возможно, по закону не обладает самостоятельностью. О ней позаботится штат. Это единственное, что я могу пока предложить.
– Стойте. В камере? Как преступница? – возмущенно переспросил Акинли. – Пристроить ее, как потерянное животное?
– Я знаю, это звучит жестоко, но мы никого не поместим к ней на ночь, и она будет в полной безопасности. Пристроить ее в семью тоже несложно. К тому же, пока она ничего не понимает, ей будет полезно побыть в окружении других людей и найти место, где можно обжиться. – Полицейский явно пытался их успокоить.
– И все же как-то сурово, – произнесла Джулия.
Она даже не знала меня, но была готова защищать.
– Понимаю, но нельзя забывать о двух вопросах. Первое: мы должны позаботиться о ее безопасности. Кто знает, она может себя покалечить. И второе: надо защитить от нее окружающих. У нее нет документов, и мы не знаем, как она сюда попала. Вдруг она что-то натворила? Конечно, мы проверим ее отпечатки пальцев, но на это нужно время. Я не хочу, чтобы неизвестно откуда взявшаяся девушка нарушала порядок. За ней надо приглядывать.
Значит, меня собирались посадить в камеру. Интересно, я смогу согнуть решетки? Но ничего страшного, если я проведу там одну ночь. Можно подождать. Потом, куда бы меня ни определили, я сбегу. И буду бежать без оглядки. Я пересеку половину страны, пока они выедут за пределы штата. Но не успела я продумать план до конца, как раздался голос Акинли:
– Может, она останется у нас?
Я не могла видеть, что происходит на кухне, но, судя по внезапно воцарившейся тишине, все смотрели на него как на сумасшедшего.
– Приятель, полицейский только что сказал тебе, что девчонка могла спятить. Да, давай поселим у нас психованную. Классная идея. – Бен отличался тем же странным сарказмом, что и Акинли.
– Бен, ты серьезно хочешь мне сказать, что боишься немой девушки в выпускном платье, которая даже ходить толком не может? Да, она очень опасна.
Они определенно родственники. Я улыбнулась про себя: я действительно была опасна, но радовалась, что Акинли так не считает. На миг он замолчал, но потом продолжил:
– К тому же, когда я ее нес, она тряслась. Она перепугана. Думаю, с ней случилось что-то плохое. Нельзя сажать ее в камеру после пережитого.
Неужели действительно тряслась? А я и не знала, что способна дрожать.
– Я бы не хотела, чтобы в доме ночевали незнакомые люди, – пробормотала Джулия. Видимо, она корила себя за сомнения.
– Ты сама сказала, что тебе не нравятся другие варианты. Пусть девушка останется. Она совершенно безобидна. Положим ее в комнате для гостей, а я переночую на диване и буду приглядывать за ней, – уговаривал Акинли.
