На лице Розалин расцвела улыбка. Обняв его за плечи, она прижалась к нему всем телом, воспламеняя его страсть.
— Ты сделал меня женщиной, Доминик. И только тебе дано утолить мои сокровенные желания. Я хочу, чтобы любовь всегда оставалась с нами и доставляла Нам только радость…
Ее руки скользнули по его спине, а губы маняще раскрылись. Он задрожал от желания вновь ею овладеть, а она обещала ему вечную преданность и клялась в негасимой любви. Розалин ему шептала, что его любовные ласки вознесли ее в рай. Он дышал все чаще, внимая ее словам, и наконец их обоих охватил огонь страсти.
В тишине ночи пламя их любви неистово разгорелось, подобно сиянию далекой звезды, сверкающей в небесной выси у них над головой.
Глава 8
После долгих часов ласк и страстных объятий Розалин неохотно потянулась за своей разбросанной по земле одеждой. Доминик помог ей одеться и, тяжело вздохнув, заглянул девушке в глаза.
— Я не хочу с тобой расставаться, — признался он, притягивая ее к себе. — Вчера, уйдя от тебя, я напился от тоски. И мне страшно подумать, что я могу натворить сегодня.
— Надеюсь, что сегодня тебе не потребуется женщина? — уколола его Розалин, сверкнув голубыми глазами, и он почувствовал в ее словах ревность. — Узнаю, что ты вернулся к Молли Перкинс, тебе несдобровать.
— Ну и жестокая же ты! — прикинулся испуганным Доминик. — Мало того, что меня едва не растерзали твои верные двуногие волки! Сдается мне, ты с удовольствием любовалась бы, если бы они разорвали меня на куски.
— Да, об этом я подумывала, — рассмеялась Розалин, выбираясь из кустов.
— И что же тебя остановило? — полюбопытствовал Доминик. — Я бы не обиделся, увидев, что ты заигрываешь с другим, впрочем, и великодушия от меня ты бы не дождалась.
Розалин обернулась и пристально посмотрела на него.
— Мне по душе, что ты умеешь за себя постоять, — сказала она. — Даже когда противник явно сильнее. Не сердись, что помешала тебе лишний раз показать, на что ты способен.
Доминик подбежал к ней и, приподняв над землей, поцеловал.
— Признайся, что ты решила обратить меня в рабство! А может, ты просто используешь меня, чтобы удовлетворить свою необузданную страсть?
Радостная улыбка погасла на губах Розалин.
— Не говори так! Я лишь хочу ответить на твою любовь, но у меня совсем нет опыта, а у тебя было столько женщин…
— Ни о какой другой не может быть и речи! — твердо сказал он, глядя ей в глаза. — Твоя любовь стерла все, что было раньше. Ты — только моя. Мне страшно даже представить тебя в объятиях другого… — Он вдруг охрип, вспомнив о Джеффри Кордсе: неужели этот презренный тип дотрагивался до его богини? — Ты моя, Розалин! Я не привык никому отдавать то, что принадлежит мне одному.
Розалин показалось, что все это ей снится. Слова Доминика согрели ей душу и сердце, впервые в жизни она чувствовала себя умиротворенной. Розалин была не охотница до приключений, ведь она так долго ждала мужчину, достойного ее уважения и любви. Этот человек пришел, и она ни о чем не жалела. Девушка отдалась Доминику с удивительной легкостью. Он пленил ее своей мужественностью, нежностью и страстью. Перед таким мужчиной нельзя устоять. Он не такой, как другие, она ему небезразлична, и у него хватило мужества прямо сказать ей об этом.
Тепло их прощального поцелуя согревало Розалин, и когда она вернулась домой. В холле ее поджидала Тесс. Она строго спросила:
— Где тебя носило? Разве тебе не известно, что опасно бродить по городу после полуночи? Вся нечисть, злющие ведьмы и оборотни разгуливают в темноте, не говоря уже о разбойниках, Они тебе, случайно, не повстречались, детка?
— Я провела сказочный вечер! — взбегая по лестнице, ответила Розалин. — Надеюсь, что и ты не скучала, милая Тесс.
— Да я вся извелась, волнуясь за тебя, девочка! — проворчала старая негритянка. — Все думала, не попала ли ты в лапы бандитов? Наверное, я слишком стара, чтобы приглядывать за девушками твоего возраста. Если так пойдет и дальше, не ровен час, я отправлюсь на тот свет. Шутка ли — простоять здесь до рассвета, тебя дожидаючись!
— Спокойной ночи, — рассеянно ответила Розалин, думая о своем, и что-то тихонько запела.
Тесс проводила ее изумленным взглядом и улыбнулась: девчонка витает в облаках, похоже, она влюбилась! Господи! А ведь так оно, должно быть, и есть! Тогда и волноваться не о чем! Домоправительница довольно улыбнулась и пошла спать, предвкушая предсвадебные хлопоты.
Тесс отступила на шаг от Розалин, чтобы полюбоваться ее нарядом цвета лаванды. Не обнаружив ни единой морщинки, она удовлетворенно вздохнула: ее подопечная — словно принцесса, собирающаяся во дворец на бал. Девушка светилась от счастья.
—Твой избранник, наверное, человек необыкновенный, — изрекла домоправительница, обойдя вокруг Розалин. — Вот уже много лет я не видела, чтобы ты так радостно улыбалась.
— Ты угадала! Он не такой, как все! — живо отозвалась Розалин, поправляя перед зеркалом прическу. Один упрямый завиток упорно выбивался из заколотых на макушке волос. — Я рада, что мне довелось с ним познакомиться.
Тесс улыбнулась, глядя на счастливое лицо девушки.
— Боже правый! Вот уж не думала не гадала, что доживу до этого дня! А как радуется твоя бабушка!
— Если она желает мне счастья, то, несомненно, должна порадоваться за меня, — не оборачиваясь, заметила Розалин.
Когда дворецкий объявил о прибытии Доминика, Тесс поспешила следом за Розалин в холл, чтобы взглянуть на мужчину, сумевшего так стремительно завоевать сердце ее любимицы. Увидев Доминика, застывшего в картинной позе посреди огромного холла, Тесс пришла в изумление. Перед ней стоял мужественный красавец, настоящий богатырь. Она одобрительно кивнула: они с Розалин будут прекрасной парой. И одет он как истинный джентльмен.
Костюм Доминика поразил даже Розалин: из темно-зеленого бархата, с шелковым жилетом такого же цвета, он облегал его мускулистую стать и подчеркивал блеск зеленых глаз.
Доминик обворожительно улыбнулся, и сердце Розалин растаяло. Она почувствовала себя девчонкой, любующейся своим кумиром. Воспоминания о минувшей ночи бросили ее в трепет.
— Вы очаровательны, моя прекрасная леди! — вкрадчиво сказал Доминик.
Обхватив Розалин за талию, он приподнял ее в воздух, но, заметив темнокожую толстуху, опустил девушку на пол и отвесил негритянке вежливый полупоклон.
— Тесс хотела на тебя взглянуть, — улыбнулась Розалин. — Ей не верилось, что ты такой, каким я тебя обрисовала: высокий, неотразимый брюнет.
— Довольно болтать! — шутливо нахмурилась Тесс. — Бабушка вас, верно, заждалась. Вам пора к ней ехать!
