руку: никто не обращал на нас внимания, просто еще один вертолет из целого авиаотряда.
— Браво-пять-три-семь-Чарли, какого черта вы делаете на такой высоте? — проверещало вдруг наше радио.
— Не отвечай,— сказал я пилоту.— И давай вниз, в гущу.
Едва мы опустились до положенной высоты, я пустил наугад несколько ракет и заорал в свой микрофон:
— Ублюдки-педики-черные-карточки, получайте!
— Эй, там же наши люди!
— А мы здесь, черт бы тебя... Давай веди вертолет, а о тактике я сам позабочусь,— огрызнулся я и выпалил вслепую еще две ракеты.
В общем, дальше все, как по маслу, пошло. Каждый раз, когда с нами выходили на связь и из динамика доносился треск статики, я начинал орать, ругаться на чем свет стоит и пускал в землю пару ракет. Никто даже не пытался выяснить, кто мы такие, и в конце концов вертолет выбрался из зоны сражения к югу от города.
Отлетев немного от Сан-Франциско, мы снова поднялись на три тысячи футов. Кроме нас, в небе никого не было, только несколько вертолетов пронеслись далеко внизу на север, и, возможно, они нас даже не заметили.
Мы посадили свою «мясорубку» на территории корпорации «Сатклифф» прямо перед входом в административный корпус, но двигатель выключать не стали. Из здания высыпала вооруженная охрана и окружила нас кольцом.
— Оставайтесь здесь и ни в коем случае не выключайте мотор,— сказал я Линде и пилоту, затем неторопливо выбрался на землю и, разыгрывая из себя важную персону, гавкнул на начальника охраны.— Так, одна нога здесь, другая там! У меня приказ от Уолтера Бигелоу, директора Федерального карантинного агентства: немедленно доставить к нему в штаб Харлоу Принса и Уоррена Файнштейна.
— Эй, я не получал никаких...
— Спорить будешь с Бигелоу,— перебил я его и с этакой наглой улыбочкой добавил.— Но я тебе не советую. Они и без того чем-то уже проштрафились, и из-за всей этой неразберихи в Сан-Франциско Старик не особенно расположен кого-то сейчас слушать.
— Мы не обязаны подчиняться СП!
— Это, как говорится, твои похороны, парень,— сказал я и мотнул головой в сторону вертолета.— В случае сопротивления мне приказано разнести эту богадельню к чертовой матери, и на подходе у меня еще пять вертолетов — чтобы вам не пришло в голову начать какие-нибудь глупости.
— Ладно, не заводись,— тут же остыв, сказал начальник охраны и затрусил к зданию.
Я остался ждать у вертолета. Ждал, казалось, целую вечность, хотя на самом деле прошло, должно быть, всего минут десять.
Наконец появился начальник охраны и с ним двое важных шишек, начальнички, значит. Один из них плелся с остекленевшими глазами, словно на казнь, зато другой держался решительно, властно — этакий большой босс, высокомерный сукин сын, которого с одного взгляда хочется пристрелить.
— Что все это означает? — заорал он на меня.— Я Харлоу Принс, президент компании, и я не потерплю...
— А я всего лишь посыльный у Старика Уолтера, но орать на меня тоже не стоит. Тем более, что Старик свою норму сегодня уже выполнил. Так что сделайте одолжение, не осложняйте себе и мне жизнь и лезьте в вертолет.— Я повел стволом миниавтома.— Если вы не подчинитесь... Пеняйте на себя. Короче, я понятно изъясняюсь?
Тот, у которого поджилки тряслись, Уоррен Файнштейн, сразу полез в вертолет, но эта падла Принс так и остался стоять. Руки в бока упер и смотрит на меня подозрительно.Видимо, заметил, что форма на мне болтается, и спрашивает:
— Документы у вас есть?
Я поднял миниавтом и направил ствол ему в брюхо.
— Какие тебе еще нужны документы?
— Харлоу, бога ради, он ведь не шутит,— проверещал Файнштейн и забрался в кабину.
Принс медленно прошел мимо меня к лесенке и нехотя полез в вертолет, но, сунув голову внутрь, должно быть, заметил Линду и сразу все понял.
Он хотел двинуть ногой мне в пах, но промахнулся. Я только равновесие на секунду потерял, а он бросился бежать и заорал своим охранникам:
— Стреляйте! Стреляйте!
Я зол был, как черт, но головы не потерял. Нырнул в кабину и, пока пилот поднимал «мясорубку», пустил в охрану длинную очередь из миниавтома, затем плюхнулся в кресло второго пилота.
Мы уже набрали метров сто и продолжали подниматься, но тут я велел пилоту остановиться:
— Подождика!
Охрана бросилась врассыпную, пытаясь найти какое-нибудь укрытие. Только у трех или четырех из них хватило духа пальнуть, убегая, через плечо, но пули со звоном отскакивали от бронированного дна вертолета.
Принс драпал к административному корпусу. Я улыбнулся, затем поймал его в перекрестье прицела и на секунду позволил себе насладиться этим зрелищем. В конце концов, этот сукин сын готов был всех нас отдать на съедение Чумы ради собственных барышей. Я за свою жизнь столько народа на тот свет отправил, что и не сосчитать, но этот... Это случай особый. Тут уж надо постараться.
— Спасибо, дорогой, я это делаю с огромным удовольствием,— пробормотал я, глядя через прицел в спину бегущему по ступенькам Харлоу Принсу, и нажал кнопку.
Классный получился пуск! Ракета врезала ему чуть пониже спины, и от Принса только клочки полетели!
Я прошел в конец кабины, где жался у переборки Файнштейн. Схватив его одной рукой за шею, я разжал ему стволом зубы и сунул автомат в глотку.
— Ты видел, как я обошелся с твоим приятелем? — спросил я.— Так вот, можешь не сомневаться: если ты не сделаешь то, что тебе будет сказано, я с не меньшим удовольствием и тебя в клочья разнесу, падла. Понял?
Файнштейн кивнул, и я вынул у него изо рта ствол миниавтома. А затем просто отшвырнул этого говнюка назад. Он даже не поднялся, только запричитал:
— Я говорил Харлоу, что это слишком... я не виноват... это не я... он все придумал... Бигелоу мне поверит... клянусь, я расскажу ему всю правду... я не думал... не знал...
— Боже упаси, если он тебе не поверит, падла,— сказал я .— Слишком много народа тогда отправится на тот свет, но, будь уверен, ты окажешься там раньше всех.
УОЛТЕР БИГЕЛОУ
Участок СП гудел, как улей. Ситуация с каждой минутой приближалась к критической. Толпа перекрыла взорванный пролет на мосту Золотые Ворота, и бой продолжался уже на нашей половине. Патрульные катера топили переполненные лодки десятками, но подразделения СП все равно не могли держать оборону. Накатывающиеся волны людей
