Малеммила заведение выглядело как покосившийся сарай, в котором побрезговали бы жить даже крысы. Черные, изъеденные плесенью стены; покрытая мхом покатая крыша; наглухо запертые иссохшиеся ставни с редкими щербинами отсутствующих досок. И при этом полное отсутствие какой-либо вывески.
С чего Малем вообще взял, что внутри могут налить?
Вход охраняли два сурового вида амбала с одинаковыми фингалами на лицах. При виде Малеммила они заметно напряглись, и тот факт, что он приветственно помахал им рукой, никак не исправил ситуацию.
Из отворившейся двери вышел гладко выбритый и аккуратно постриженный мужчина средних лет. Судя по опрятной одежде и искусственной улыбке, его запросто можно было бы принять за мелкого чиновника или купца средней руки, а никак не за главаря банды разбойников.
Обменявшись рукопожатием с Малемом, человек пристально осмотрел его спутников, дольше всех задержав взгляд на Юле. Он не мог видеть лица под низко опущенным капюшоном, но что-то в ней определенно его заинтересовало. После этого, безошибочно определив лидера, бандит подошел к Нику и протянул ему руку в приветственном жесте.
— Никанор, я полагаю? — его голос, вежливый и тихий, подходил к созданному мужчиной образу, как песчаный пляж широкому и спокойному озеру — они словно были неотъемлемой частью друг друга.
Кивнув, принц пожал руку и тут же спросил:
— Я слышал, у вас есть интересующие меня сведения? — ему не слишком нравилось общество отъявленных преступников и он хотел как можно скорее покончить с этим.
— Сразу к делу? — усмехнулся Цирюльник. — Отличный подход. Прошу в мое скромное логово. Поговорим там.
Внутри помещение смотрелось значительно лучше, чем снаружи. Не «Птица Удачи», конечно, но, в то же время, и не тошниловка вроде «Хмурого Флина». Земляной пол устилала ароматная солома, а на грубо сколоченных столах практически не было видно следов недавних трапез. Похоже Цирюльнику нравилось поддерживать порядок не только в своем внешнем виде, и его подчиненные принимали правила игры.
Хотя сами они при этом выглядели как и положено уважающим себя отбросам общества — несвежая поношенная одежда, угрюмые лица, не обремененные интеллектом, и изучающие взгляды колючих глаз — острые и опасные, как хорошо заточенный нож.
Среди посетителей Никаниэль с удивлением увидел одиноко сидевшего солдата. Тот невидяще смотрел строго перед собой и время от времени прикладывался к стоявшей перед ним кружке. Похоже все-таки не только члены банды имели право спустить здесь последние гроши на дешевую выпивку.
Усадив гостей за стол, Цирюльник занял место напротив, и рядом с ним тут же приземлились двое его подчиненных. По сравнению с ними, облик главаря казался еще более вычурным — ни шрамов, ни татуировок, ни каких других отметин. Лишь фальшивая улыбка и лишенный всяких эмоций взгляд. Этот человек мог бы пройтись перед самым носом у толпы стражников, и те не обратили бы на него ни малейшего внимания.
— Ты вчера не упоминал, что мне предстоит иметь дело с самим Героем Лаода, Малем. — бросил бандит, не отрывая глаза от Ника. — Господа желают выпить? Мы тут гоним известный на все пятое кольцо пшеничный спирт. Рекомендую.
— Разве это важно? — пожав плечами, безразлично спросил Малеммил. — А от спирта не откажусь. За всю жизнь ничего ядреней не пробовал. Кто поддержит?
— Я бы, может, оделся поприличней, если бы знал. — хмыкнул Цирюльник.
Он сделал в воздухе особый жест, чтобы ему, Малему и Гвойнану принесли по кружке. Остальные от возлияний воздержались. А Ванесса и вовсе уже отправилась исследовать новое для нее место. Принц не особо за нее волновался, но продолжал присматривать вполглаза.
— И так, знаменитый Герой Лаода. — бандит выставил на стол локти, сплел пальцы и водрузил сверху голову, как на подставку. — Именно так я тебя себе и представлял. Разве что чуть повыше.
— Прости, что не оправдал ожиданий. — Ник смерил подозрительным взглядом людей Цирюльника. — Я могу говорить прямо?
— О, конечно. У меня нет секретов от парней. Тебе же нужен некромант, да?
Прекрасно. Быстрее разберемся здесь, быстрее можно будет вернуться в Эльфхейм.
— Не просто некромант. — поправил его принц. — Мне нужен самый могущественный повелитель смерти, находящийся на пике своих возможностей! Такой, каким женщины пугают своих детей. Чтобы орды нежити поднимались из земли по одному щелчку пальцев! Чтобы на Ужасной Войне он был бы одним из верховных генералов. Вот кто мне нужен.
Цирюльник закивал головой со знанием дела:
— Надоело валить обычных скелетов? Захотелось новых подвигов, достойных упоминаний в летописях? Захотел стать легендой при жизни? — он, прищурившись, смотрел Никаниэлю прямо в глаза. Похоже главарь судил по себе и сделал неверные выводы. Но, возможно, так даже лучше. — Понимаю, понимаю. Не думал, что у нас будет столько общего.
В этот момент женщина с такой огромной грудью, что коровы должны на нее оглядываться, принесла три чистых кружки и кувшин, наполненный прозрачной жидкостью. Можно было бы подумать, что внутри вода, но характерный запах свежей выпечки, разнесшийся над столом, заставил эму мысль умереть, едва родившись.
Пока Гвойнан следил за процессом розлива, а Малем любовался открывшемся ему видом наклонившейся вперед женщины, Ник окинул взглядом собравшийся в помещении сброд. Большинство сидело по двое-трое, используя вместо столов бочки с накинутыми на их сверху досками. Закуски видно практически не было, но при этом особо пьяным никто не выглядел.
Разве что кроме одного индивида. Держа в руке початый кувшин, он, пошатываясь, ходил от компании к компании, ругался заплетающимся языком и цеплялся к каждому, кто попадался ему на глаза, явно нарываясь на драку. Вот только чесать кулаки, похоже, никто настроения не имел, и морде задиры суждено было сохраниться свою целостность.
— Ну как тебе, Гвойнан? — спросил Малем, когда они оба пригубили из кружек. — Здорово, правда?
— Не так плохо, как я боялся. — ответил дварф, что звучало как высшая похвала их его уст.
Однако Цирюльник не мог знать об этой особенности и бросил на бородача злой взгляд прищуренных глаз. Но, тем не менее, он мгновенно взял себя в руки и, вернув лицу невозмутимость, возобновил зрительный контакт с Ником.
— Так сколько ты хочешь за информацию о некроманте? — возвратился к теме разговора принц.
— Ну почему они всегда сразу говорят о деньгах? — бандит разочарованно пихнул локтем подчиненного и тот оскалился, демонстрируя черную щербатую улыбку. — Деньги, деньги, деньги! Как будто весь мир крутится вокруг денег! Хотя, наверное, так и есть. — он откинулся на спинку лавки и скрестил руки на груди.
— Видишь ли, Никанор, — продолжил Цирюльник, — в этом городе есть пара-тройка неумех, возомнивших себя некромантами. Немножко тайных
