— спросила княжна.
Ни приветствий, ни попыток подстроиться под эльфийскую манеру речи. Либо она очень доверяла своему сопровождающему, либо просто не заботилась о собственном авторитете.
— Я, тан Далин Гром, хотел предложить вам союз, леди.
— С чего я должна желать союза, гном? — цедя слова, спросила княгиня.
— У нас есть общие враги, с которыми сложно будет справиться в одиночку. А потому я предлагаю объединить усилия.
— Ну и что же это за враги?
— Демоны, они вторглись в Сероводье и сейчас быстро расширяют захваченные области.
— Демоны? — в глазах Мейлин читалось отчетливое сомнение. — Слишком невероятно звучит.
— И это лишь подтверждает правоту моих слов. Если бы я хотел вас обмануть — придумал бы что-нибудь более правдоподобное. К тому же для вас ведь не секрет, что нападение на новые земли неизбежно? Так зачем мне придумывать не существующего врага, если настоящий все равно должен будет атаковать?
— Действительно, зачем? Я ничего не знаю о тебе, гном. Ты разбил нашего соседа всего за три дня, может быть все эти слова нужны лишь для того, чтобы ослабить мою бдительность? Чтобы я подставила спину, в которую ты в нужный момент ударишь?
— Нарушить слово, атаковать союзный гномам народ? И это притом, что мне также служат эльфы. Леди Мейлин, по мне такой поступок ударит больше, чем по вам. К тому же я уже подчинил громадные земли и не нуждаюсь в приращении территории.
— Хм… Говоришь складно. И на каких же условиях ты предлагаешь соглашение?
— Равный оборонительный и наступательный союз. Я буду согласен признать за вами все завоеванные земли к западу от бывших владений лорда Вишну.
— Что? Ты спятил, гном? Я пришла сюда и потому все земли, что находятся западнее, должны принадлежать мне!
— Леди, зачем же так кричать? — упрекнул я эльфийку. — Давайте будем сдержаны. Посудите сами, согласно пятому закону Тысячи листьев, владения не подлежат разделению. А потому вы не можете претендовать на часть территорий, изначально закрепленных за моим замком.
— Да какого черта я должна следовать каким-то там законам? У меня есть армия, и я ничего не желаю знать о каких «листьях»!
Между нами повисла тишина. Знаменосец неверяще воззрился на леди Мейлин, медленно осознавая тот факт, что его княгиня даже не слышала о своде законов Вечного леса. Да еще так о них отзывается. Я просто боролся с желанием прикрыть глаза рукой. Нет, меня не удивило то, что очередной игрок не читал законов своей расы. Ничего иного я и не ожидал. Однако не знать о них, да еще и признаться об этом в слух? Интересно, насколько сильно упала ее репутация в глазах подданных и Вечного леса?
Кажется, женщина и сама осознала свою ошибку, а может быть получила извещение Системы, так как поспешила заговорить вновь:
— В смысле я хотела сказать… Что эти законы не подходят под данный случай…
Лучше бы Мейлин молчала, честное слово. Сейчас она выглядела как студентка-двоечница, сдающая экзамен. Что говорить обо мне, даже знаменосец не поверил ее лепету. Спустя несколько секунд оппонентка окончательно замолчала, не зная, как выпутаться из создавшейся ситуации.
— Согласитесь, приведенный мной закон верен, — вновь повторил я и Мейлин сдалась, потерянно кивнув, таким образом сделав еще одну ошибку.
Дело в том, что указанный мной закон был эльфийским, о чем можно было догадаться по названию, а потому и защищал в первую очередь эльфов. Если бы Мейлин удосужилась ознакомиться с ним, то могла бы возразить, что в данном законе речь шла именно об эльфийских владениях, которые брались под защиту. Делить земли гномов закон нисколько не препятствовал. Княгиня об этом не знала и быстро выяснить этот вопрос не могла, а потому поверила мне на слово, проиграв. И тем самым я вновь для себя подтвердил ценность информации, даже столь необычной.
После того, как мы согласовали условия соглашения, пришла очередь делиться сведеньями о состоянии дел в наших землях. Мейлин рассказала довольно мало значимого. Либо действительно не обладала интересной информацией, либо не захотела ей делиться. Скорее второе, ведь из-за растерянности из-за собственного прокола и последовавшей неудачи она была всерьез зла на меня и могла таким образом отомстить. Я же особо ничего не скрывал, главным образом потому, что не видел в этом смысла. Честно рассказал о союзе с викингами и имперцами, предупредил о сбежавшем чернокнижнике и поведал абсолютно все о вторжении демонов. Увы, судя по ледяному взгляду и плотно сжатым губам, мою искренность не оценили. Однако главным было то, что я все же договорился с княгиней о совместных действиях. И скрепили договор клятвой перед Богами. Оставалось надеяться, что княгине не придет в голову нарушить такое соглашение. Все же это будет с ее стороны большой глупостью, а она уже и без того совершила достаточно ошибок.
Глава 8. Тот же день, другое место. Сторм.
В это утро у Громи было очень скверное настроение. Испорчено оно оказалось целым ворохом проблем, внезапно накинувшихся на бедного гнома. И ведь ничего изначально не предвещало сложностей. Громи, по договоренности с таном, должен был следить за безопасностью окружающих земель и был вполне уверен в своей способности с этой задачей справиться. Ни о чем ином его не просили. Этим бы все и вправду ограничилось, если бы всего через несколько часов после отъезда, Далин не связался с гномом и не сообщил о преступлениях казначея. И пусть с задержанием Нордина проблем не возникло, последствия этого шага оказались куда значительней, чем показалось изначально Громи. Сперва гном подумал, что всеми делами окрестных земель займется Мори, а сам воевода сможет спокойно приступит к своим непосредственным обязанностям. Вот только оказалось, что у старосты были иные мысли на этот счет.
Внезапно для самого себя, именно Громи в глазах Мори стал главным в отсутствии тана. Из-за чего ему каждый день приходилось участвовать в совещаниях и не просто дремать на них, как он это делал при Далине, а слушать говоривших и пытаться их понять. Как критично признавал сам гном, получалось у него откровенно плохо. Он будто бы старался угадывать верный ответ и искренне надеялся, что Мори с хитрованом-казначеем способны будут исправить допущенные им ошибки. Все же эти двое должны были разбираться в экономике, ведь должны? Каждый день его мучил ответ на этот вопрос.
Помимо совещаний были еще беседы со старостами окрестных
