– Даже лёгкая, казалось бы, работа может вымотать до смерти, если делать её безостановочно. Прежде у меня не было претензий к вашей работе, госпожа Циара, но этот случай заставляет меня усомниться в вашей компетенции.
– Я… – женщина растерянно переводила взгляд с меня на своего работодателя и обратно. И тут, словно что-то поняв, опустила глаза на пуфик, лежащий у её ног. – Я… мне жаль… я очень виновата. Простите, такое больше не повторится.
– Очень на это надеюсь, – кивнул дракон. – Возвращайтесь к своим обязанностям и впредь будьте внимательнее.
Когда экономка ушла, лорд Корбед повернулся ко мне, и взгляд его потеплел.
– Сейчас идите к Октару, составьте договор по всем правилам, потом можете отправляться в посёлок, там есть неплохая лавка обувщика. Заодно и мальчика своего из школы заберёте. А потом отдыхайте, сегодня у вас выходной. А завтра приступайте к своим новым обязанностям, занятия у Брандерона начинаются в девять.
– Я знаю, – пробормотала в ответ, но дракон на меня внимания больше не обращал, уселся за стол и начал читать какую-то бумагу, наверное, ту, от которой я его отвлекла своим появлением. Сделав книксен в его сторону, я забрала Силли, и мы отправились к кабинету управляющего – где он находится, я знала, убиралась в нём.
Там меня уже ждал готовый договор, который осталось лишь подписать, ну и имя вписать, конечно, моих-то документов управляющий ещё не видел, а одного «мисс Лиор» для договора маловато. Я внимательно его прочла – условия просто ошеломляли. Жалование, названное драконом, было здесь прописано и цифрами, и буквами, обжулить меня не получится. Свободный день раз в две недели по воскресеньям, если в этот день появится срочная работа – она оплачивается в двойном размере.
Два форменных платья и одни туфли раз в год, новый плащ раз в два года – тут надо будет уточнить, он сразу должен выдаваться или первый мне лишь через два года положен? Целая свободная неделя раз в год – ух ты, я о таком не слышала даже! Целитель в случае болезни или травмы не по своей вине за счёт работодателя для меня и моих родных, проживающих со мной в поместье. Питание и проживание – ну, тут я уже всё видела, мне всё понравилось.
– А что значит «травма не по своей вине»? – уточнила я, беря перо, чтобы подписать контракт, лучше которого искать будешь – не найдёшь.
– Если кто-то споткнулся, упал и сломал руку – его вины в этом нет, его вылечат бесплатно, если же ввязался в драку или сам её затеял, то лечение своих травм пусть сам оплачивает. Или резал мясо, порезался – целитель за счёт милорда. Порезал руку специально, чтобы прогулять работу – опять же, плати целителю сам или жди, пока само заживёт. Кстати, если денег на целителя нет, то время, когда работник не может исполнять свои обязанности, ему не оплачивается. Кормить будут, но и всё.
– А если я не хотела драться, а пришлось? – подала голос Силли.
– Что значит «пришлось»? – решил уточнить управляющий.
– Ну, если кто-то котёночка обижает, и я с ним подерусь? – уточнила сестрёнка.
И я вдруг вспомнила, как год назад Луки явился домой с разбитым носом и с чужим мокрым котёнком за пазухой, которого отбил у кого-то из мальчишек, который его пытался утопить в корыте. У кого именно – не сказал, но по роскошному синяку под глазом у среднего внука старосты, годом старше моего брата, тот быстро отыскался. Котёнка пришлось вернуть законной хозяйке – сестре этого мальчишки, поднявшей шум из-за потери питомца, – а сам он потом несколько дней прихрамывал и за зад держался – староста не спустил внуку живодёрства, хоть тот и визжал на всю деревню, что всего лишь учил котёнка плавать.
– Заступиться за слабого – хороший поступок, правильный. За него не наказывают, – улыбнулся оборотень малышке. – Но лучше всё же сказать об этом кому-то из взрослых.
– Я не ябеда! – гордо выпрямилась Силли, и я подумала, что лучше бы была ябедой, я бы ещё раньше узнала, что её обижают, и разобралась с этим. – Но я Луки скажу.
– Да, рассказать Луки – это не считается за ябедничество, ему можно, – закивала я, надеясь, что братишка уже достаточно большой, чтобы понимать, что не всё нужно от взрослых скрывать, чтобы ябедой не прослыть, что-то рассказать нужно обязательно. Приведу как пример то, что случилось с Силли.
Взяв перо, я вписала своё полное имя и поставила подпись на двух одинаковых листках, один забрала себе, и получила от управляющего увесистый мешочек с монетами – по его словам, я за несколько дней выполнила двухмесячный объём работы, который, по распоряжению дракона, мне оплатили в двойном размере. Кажется, сегодня мы сделаем неплохую выручку в деревенских лавках.
Господин Октар так же объяснил, как попасть в посёлок при поместье. Сначала мы шли по дороге, по его словам, ведущей в столицу, до которой примерно час верхом ехать, в карете подольше, но мне туда и не надо было. На развилке свернули налево – там и указатель стоял, не заблудишься, – и, пройдя ещё минут пятнадцать, вошли в посёлок, который перед этим открылся перед нами как на ладони с небольшого холма.
Ого, а он был огромным, раз в десять больше моей родной деревни, а то и в двадцать. Хотя, если в нём были разные лавки – можно было сразу догадаться, у нас за той же обувью приходилось куда-нибудь ехать, если, конечно, сам не умел что-нибудь смастерить. А тут, на центральной улице, столько разных магазинчиков было, мы с Силли только и успевали головами вертеть, рассматривая вывески.
Но сначала я решила зайти за Луки. Как найти школу, нам указал первый же прохожий, с любопытством нас оглядевший и дольше всего задержавший взгляд на моих волосах – косынку я так и не надела, да и заплетать волосы не стала, хотела дать голове отдохнуть после нескольких дней в тугом пучке, а потом забыла, и только сейчас спохватилась.
Но поскольку во взгляде пожилого мужчины не увидела ничего, кроме лёгкого любопытства, решила и дальше так идти. Дракон был прав – к волосам необычного цвета местные жители привыкли, а любопытство, как новое лицо, я вызвала бы в любом случае.
Уроки в
