школе ещё не закончились, но осталось подождать совсем немного, и мы с Силли заглянули в расположенную неподалёку пекарню, из которой доносились умопомрачительные запахи, накупили ещё тёплых плюшек и ватрушек и очень вкусно провели время ожидания. Я уселась на лавочку возле школы – даже такой недолгий путь утомил меня, – а Силли бродила неподалёку, рассматривая дома и ухоженные палисадники.
Судя по крышам из дранки, а то и черепицы, народ здесь жил побогаче моих односельчан, да и одежда на редких прохожих была качественнее – ткани явно покупные, не домотканые, обувь тоже не самодельная. Кажется, дракон – хороший хозяин, и со своих работников все соки не выжимает.
Этим только его собственные работники порой грешат, но не может же всё быть совсем уж идеальным. И хотя мой карман оттягивал мешочек с монетами, за которые мне пришлось бы несколько месяцев работать, а если без магии, просто руками, как обычные люди – то и несколько лет, повторения случившегося в эти дни я не хотела.
Меня всё ещё время от времени бросало в холодный пот от одной только мысли, что я могла лишиться своей магии, проработай так же ещё хотя бы день. Плохо быть неумелым, необученным магом, я даже этого не понимала, хотя и устала ужасно, но с возможным выгоранием не связала. Решено – начну откладывать деньги на обучение. И себе, и Силли. Мы обе унаследовали от мамы бытовую магию, и обе должны ей обучаться.
В школе прозвенел звонок, и, спустя пару минут, из дверей вылилась толпа орущих мальчишек, чуть позже степенно вышли девочки. Хотя, если внимательнее приглядеться, пара-тройка бежала среди мальчишек и кричала так же громко и радостно. Я улыбнулась, почему-то подумав, что учись я в этой школе, точно бегала бы с мальчишками. Но в нашей деревне школы не было, детей либо учили дома, либо отвозили в соседнее село на всю неделю, забирая лишь на выходные, но это было редкостью. А многих вообще грамоте не учили, не считали нужным. Меня учила мама, а уже я – брата и сестру. И я рада, что Луки получил здесь возможность учиться вместе со сверстниками, а так же бегать и играть с ними.
– Луки, Луки! – радостно окликнула Силли брата, подбегая к нему и размахивая плюшкой. – А мы за тобой!
Братишка удивлённо посмотрел на малышку, в его глазах заплескалась радость. И я улыбнулась вместе с ним – впервые с того дня, как погиб отчим, и дети оказались в доме Грода, где им не особо были рады, Силли вот так, громко и радостно что-то сказала. Может, сегодняшний случай, когда её обидчика наказал сам дракон, сыграл роль, а может, прогулка и предвкушение обещанных обновок? Не знаю. Но сейчас Силли вновь была похожа на обычного ребёнка, и это не могло не радовать.
Распрощавшись с друзьями, Луки, жуя плюшку, отправился с нами в обувной магазин. При нём оказалась ещё и мастерская, и, купив брату новые ботинки, мы тут же отдали порвавшиеся в ремонт. Подумав, я купила ещё одни ботинки, слегка на вырост, если что, на толстый носок сможет и сейчас носить. Я, конечно, очень надеялась, что сразу две пары он не уничтожит, но это же мальчишка, от него всего можно ожидать. Всё же так жаль, что чинить обувь я так и не научилась.
Силли тоже получила ботиночки на вырост, а заодно и туфельки, которые так и несла, прижав к груди. Я подумала, что сейчас тепло, и если Луки после занятий мог бегать босиком, то Силли, которая будет обучаться с самим сыном лорда Корбеда, босой появляться на уроках неприлично, а ходить весь день в ботинках жарко. Да, это было расточительно, туфельки прослужат гораздо меньше, чем крепкие, практичные ботинки, но Силли так радовалась этой обновке, что я ни минуты о ней не пожалела.
Так же я купила тёплые плащи нам всем, два платья для Силли и тёплый костюмчик Луки. А ещё набрала ткани, из которой сошью пусть простенькие, но практичные вещи и бельё, в том числе постельное, нам троим. А под конец заглянула в игрушечную лавку и разорилась на деревянных солдатиков для брата, тряпичную куколку для сестры и волчок для обоих. Они всё же ещё совсем дети, а все их старые игрушки утеряны безвозвратно. Из остатков ткани нашью ещё куколок для Силли, но пока мне магией пользоваться нельзя, так что, пусть будет у неё хотя бы одна игрушка.
И да, на волосы мои посматривали, но не дольше, чем на всю меня или младших – новые лица явно вызывали у местных любопытство. Но не более. Все были вполне тактичны и приветливы, за спиной не перешёптывались, пальцем в меня никто не тыкал. Или я этого не замечала – но и то хорошо.
Домой мы вернулись как раз к ужину, причём дети энергично скакали всю дорогу, радостно обмениваясь впечатлениями, а я едва тащилась, поскольку вымоталась абсолютно, да ещё и узел с вещами руки оттягивал, ещё и в гору пришлось подниматься. Над тарелкой я едва не заснула и, разрешив детям немного погулять – знала, что Луки присмотрит за сестрой, – упала на кровать и мгновенно заснула.
Чтобы вскоре быть разбуженной одной из горничных.
– Кимми, ты чего среди дня спать завалилась? – удивлённо приговаривала она, тряся меня за плечо. – Быстро вставай, с тобой господа хотят поговорить.
– Какие господа? – пробормотала я, ничего не соображая и пытаясь оторвать ставшую чугунной голову от подушки. – Сколько времени?
– Так девяти даже нет, глянь, светло ж ещё, – девушка, чьего имени я не знала, поскольку работали мы вдали друг от друга, а за столом сидели на разных углах, махнула в сторону окна. И правда, сумерки только-только начали сгущаться, показывая, что я и часа не проспала. А у меня выходной, между прочим!
– К милорду другие лорды приехали, и он за тобой послал, – горничная тянула меня за руку с кровати. – Да поднимайся ты, господ нельзя заставлять ждать! Хорошо хоть, не разделась. Но помялась вся!
Ну да, я как до кровати добралась, так и рухнула, только обувь скинула. Ладно, надо, значит, надо. Я, кряхтя словно старая бабка, сползла с кровати – надо же, когда домой пришла, хоть с ног и валилась, но тело так не ломило. Нельзя так резко поднимать, когда проспал так мало!
Как могла, разгладила
