пакеты с покупками у порога.
Это был тяжелый день.
— Выглядишь усталой, — раздался внезапно знакомый чарующий голос, и я круто развернулась, увидев Габриэля Мейза.
Он сидел в кресле возле окна, сложив ногу на ногу, и сурово смотрел на меня темным взглядом.
— Что ты здесь делаешь? — голос дрогнул, выдавая мое волнение.
— Тебя жду.
Боги, почему рядом с ним я всегда теряю самообладание?
Это становится уже слишком очевидно.
— Что ты устроила в городе? — неожиданно произнес он, и я замерла, неотрывно глядя в его пылающие янтарем глаза.
Как он узнал? Что именно ему известно?!
— Ничего, — ответила, невольно заводя корзинку за спину, словно провинившаяся ученица. Впрочем, такой я сейчас и была. — Просто сделала несколько покупок.
— Из тебя ужасная лгунья, — Габриэль сузил глаза и крепко сжал пальцы на подлокотнике кресла.
Он злится.
— Но как ты…
— Донесли, — перебил, а затем порывисто поднялся с места, и мое сердце ускорило ритм. — Если узнал я, узнает и он.
— Отец?
— Хуже, — мужчина наступал, не отводя от меня пылающих глаз. — Мой брат.
Себастьян Мейз? Не понимаю, чем он хуже отца?
— Ты сняла капюшон, использовала магию, нарушив закон, и оставила застывшего, будто статую браконьера посреди переулка…
Он был не просто зол. Он был в ярости.
— Я защищалась, — попыталась оправдаться, прекрасно понимая, что натворила. — У него был артефакт парализующий ману, я…
— Так лишила бы его сознанья, — Мейз приблизился вплотную, и мне пришлось поднять голову, чтобы заглянуть ему в глаза. — Никто бы ничего не заподозрил в поддатом мужике, валяющемся у дороги, а теперь всем понятно, что это сделал маг!
— Маги не только в академии. Они живут повсюду, в том числе и в городе.
Габриэль закрыл глаза, и я поняла, что он теряет терпение.
— Тебя видели.
Я замолчала.
Его близость беспокоила и одновременно притягивала, сбивая с толку. Метка на ноге пульсировала, разгоняя по венам кровь, от чего накатывала легкая слабость. Его аура, такая сильная и горячая, подавляла, обволакивая со всех сторон.
В какое-то мгновение захотелось уткнуться ему в грудь и попросить прощения. Рассказать, как сильно испугалась, и что пришлось пережить. Но гордость не позволила.
Я просто физически не могла этого сделать.
Габриэль Мейз возвышался надо мной, будто скала и ждал какой-то реакции, но я продолжала молчать, и с каждой секундой его взгляд становился мрачнее.
— Что у тебя в корзине? — вопрос заставил прийти в себя, и я непроизвольно отступила. Мгновение и он схватил меня за запястье, притянув к себе, от чего наши губы едва не соприкоснулись.
— Что. У тебя. В корзине?
Каждое слово, будто молотом по сердцу. Я понимала, врать бессмысленно.
— То, ради чего я рисковала, — прошептала ровным голосом и медленно достала из-за спины бесценный груз, что крепко держала в одной руке.
Он даже не поинтересовался, что произошло…
У меня была причина!
Я убрала ткань и удивление на долю секунды отразилось в его темных глазах, а после так же быстро исчезло, не оставив и следа.
— Все ясно, — холод, с которым он это произнес, заставил меня незаметно вздрогнуть. — Мне плевать, почему ты подвергаешь себя опасности, но не делай это на глазах у всего города. Я не собираюсь садиться в темницу из-за твоей глупости и какой-то пушистой шавки!
Его слова словно пощечины били одна за другой. Я сдерживала эмоции, но сердце внутри разрывалось на части.
Почему так больно? Неужели я ждала чего-то другого?!
Лисенок внезапно издал мурчащий звук, привлекая внимание. Я опустила голову и вновь увидела его голубые чистые глазки, которыми он без испуга смотрел на ректора академии.
— Дьявол… — тихо выругался тот, небрежно запустив руку в волосы.
О, нет. Теперь он точно прикажет от него избавиться.
Все было зря!
Скрыть волнение становилось все сложнее. Я учащенно дышала, ожидая приговор.
— Ты больше не покинешь стены этой академии, — яростно произнес он, обдавая горячим дыханием, от которого кружилась голова. — Продолжай искать неприятности здесь, но не втягивай в них меня!
А затем ушел, буквально исчезнув в портале за моей спиной.
— Святые маги.
Я опустилась на колени, обнимая корзину двумя руками.
Что это было?
Я не понимала, почему сердце вырывалось из груди, почему его слова и равнодушие с которым он говорил, так больно ранили меня, не понимала…
Это потому что он единственный кто смог приблизиться ко мне? Кто смог сорвать с меня маску безразличия, которую я носила годами? Или потому что он первый мужчина, с которым я переспала?!
Я не знала ответ. Но на душе становилось слишком тяжело, невыносимо.
Я поднялась и достала из шкафа теплый свитер. Затем удобно расстелила его на полу, сделав из него подобие перины, и очень осторожно переложила в нее лисенка.
Нужно сходить в столовую и взять для него миску воды и самых жирных сливок. Да и свежий воздух мне сейчас не повредит.
Я зажгла огонь в камине, взмахнув пальцами, чтобы малыш не замерз этой осенней ночью, а после вышла из комнаты и тихонько закрыла дверь.
Кажется, я совсем запуталась, потерялась в своих чувствах. Это нужно прекратить.
Завтра будет грандиозный день — маскарад.
Я смогу отвлечься и окончательно выкинуть из головы этого невыносимого ректора, от которого все сжимается и трепещет внутри.
21.
Первую половину дня я провела как на иголках, ожидая наступления темноты.
И когда это время пришло, за окном раздались громкие возгласы, крики и смех. Все наслаждались праздником, поддавшись эмоциям.
Единственный день в году, когда потоки маны становились настолько ощутимыми, что маги могли проникнуться и познать все грани своей силы. Мне же не терпелось вновь испытать новое заклинание, которому я научилась во дворце.
— Отступать поздно.
Я стояла напротив зеркала и смущенно разглядывала себя в отражении. Шелковое платье жемчужного цвета на тонких бретельках сидело точно по фигуре и струилось до самых колен, подобранная ему в тон лента, что я перешила под маску, обвивала запястье, а замшевые туфли на высоком каблуке эффектно удлиняли ноги.
Образ получился весьма… провокационный.
Не знаю, зачем я надела это, ведь купила совершенно другой наряд!
В дополнение ко всему я обнажила шею, собрав волосы кверху, и накрасила губы красной помадой.
Сейчас я сама не узнавала себя.
В отражении я видела Розу Брайн. Смелую и раскрепощенную девушку двадцати лет, ученицу первого курса самой престижной академии магии, в которой наследнице империи просто не было места.
Я менялась…
И эти изменения мне нравились. Я становилась той, кем всегда хотела быть, не скованная дворцовой жизнью.
