охотники крепко держали верёвки.
— Видите? — я указал на реакцию существа. — Дым нервирует их. Они не могут его выносить.
Агафья смотрела широко раскрытыми глазами.
— Никогда не видала такого, — призналась она. — Дымянка сама по себе так на них не действует, это точно.
— Всё дело в сочетании, — объяснил я. — Дымянка и сера вместе создают магическую реакцию, которая воздействует на их энергетический контур. То, что позволяет Бездушным двигаться и охотиться.
Я подбросил ещё щепотку смеси в жаровню, и дым стал гуще. Бездушный теперь не просто извивался — он пытался уползти, извергая из пустых глазниц чёрную жидкость.
— Отведите его, — приказал я, когда демонстрация была закончена. — И завершите то, что начали.
Борис кивнул, и тварь утащили обратно в лес, где её ждал безвозвратный конец.
— Откуда ты знаешь про такое? — спросила Агафья, когда мы остались одни.
Я пожал плечами, не желая вдаваться в подробности своей прошлой жизни.
— Читал в одном древнем трактате. Решил проверить, и, как видишь, сработало.
На самом деле я знал об этой смеси из собственного опыта — в прошлой жизни мы использовали её для борьбы с Алчущими. Но это было знание, которым я пока не готов был делиться.
* * *
Тренировочная площадка за деревней стала нашим постоянным местом для отработки магических навыков. Сегодня был уже шестой день наших занятий с Василисой и Полиной, и прогресс был очевиден.
Я отошёл на тридцать шагов и приготовился к обороне. В руках — только деревянная глефа, никакого настоящего оружия. Это был наш обычный формат — они используют дистанционную магию, пытаясь меня поразить, а я уклоняюсь и защищаюсь.
— Начинаем! — скомандовал я, и девушки немедленно заняли боевые позиции.
Василиса первой пошла в атаку. Под её управлением земля вспучилась, образуя острые каменные шипы, стремительно выраставшие в моём направлении. Я отпрыгнул вправо, но тут же был вынужден пригнуться — Полина запустила в меня три водяных снаряда, летевших по дугообразной траектории.
В отличие от первых тренировок, теперь они действовали слаженно. Пока я уходил от атаки одной, вторая уже готовила свой удар. Их стихии дополняли друг друга — вода Полины размягчала почву, облегчая геомантию Василисы, а камни Василисы направляли потоки воды, создавая неожиданные комбинации.
Я сосредоточился на уклонении. Водяной хлыст Полины прошёл в сантиметрах от моего плеча, а серия Каменных дротиков Василисы заставила меня совершить кувырок через голову. В прошлый раз на этом месте я бы уже контратаковал, но сегодня решил проверить, насколько они продвинулись.
Девушки не подвели. Когда я оказался в временном укрытии за валуном, они не стали атаковать поодиночке, а создали комбинированную атаку — Василиса раздробила моё убежище мощным ударом, а Полина тут же окружила меня водяной сферой, которая при желании могла бы стать смертельной ловушкой.
— Стоп! — поднял я руку, признавая поражение. — Отлично! Вы меня поймали.
Я бы мог использовать магию, чтобы отразить их комбинацию, но это было бы против заявленных правил.
Водяная сфера опала, превращаясь в безвредные брызги. Василиса и Полина, тяжело дыша, обменялись довольными взглядами.
— Мы действительно смогли? — неверяще улыбнулась Полина, убирая прилипшую ко лбу прядь волос.
— Впервые, — кивнул я с искренним одобрением. — Ваша кооперация стала намного эффективнее. Раньше каждая думала только о своей атаке, теперь вы создаёте связки, усиливающие друг друга.
Голицына старалась сохранять серьёзный вид, но её глаза выдавали гордость за достигнутый результат.
— Моя вода теперь плотнее и движется быстрее, — добавила Белозёрова. — Я научилась увеличивать давление, фокусируя потоки.
Я с удовлетворением наблюдал за их взаимодействием. Несмотря на первоначальное соперничество, они начали действовать как настоящая команда. Это было именно то, что требовалось для предстоящей операции.
— Если вы продолжите развиваться в таком темпе, — сказал я, — скоро сможете справиться даже со Стригой.
Лёгкий румянец окрасил щёки Полины, а Василиса позволила себе открытую улыбку.
По пути обратно в деревню мы остановились у кузницы. Фрол, наш кузнец, вместе с коллегами из соседних деревень трудился не покладая рук последние дни. Внутри раскалённого помещения висело несколько новых бригантин — лёгких доспехов из металлических пластин, нашитых на кожаную основу.
— Как продвигается работа? — спросил я, входя в кузницу.
Здоровяк выпрямился, вытирая вспотевший лоб. Его кожаный фартук был покрыт следами металлической стружки и сажи.
— К завтрашнему дню будет готово пятнадцать, воевода, — ответил он с гордостью.
Я провёл рукой по ближайшей бригантине, оценивая качество работы. Пластины были хорошо закреплены, швы аккуратны, а вес — оптимален для длительного ношения.
— Отличная работа, — похвалил я. — Распределим их между щитоносцами и алебардистами. Стрелкам они будут только мешать.
На выходе из кузницы я окинул взглядом деревню. Всего за несколько недель она преобразилась — из захолустной Угрюмихи в укреплённый форпост, готовящийся к военной операции. Повсюду сновали люди с оружием, на площади отрабатывались построения, а в воздухе чувствовалось напряжение приближающегося сражения.
Всё шло по плану. Оружие готово, бойцы тренируются, магический состав для борьбы с Бездушными подготовлен. Оставалось дождаться возвращения Скальда, которого я отправил на разведку самого капища. Его доклад должен был стать последним элементом головоломки, после чего мы выступим в поход.
Уже вечером сидя в своём кабинете, я изучал карту местности вокруг Мещёрского капища, нарисованную по обрывочным данным, полученным от охотников из всех четырёх деревень. Информации катастрофически не хватало — мы знали примерное расположение объекта, но не его структуру, не количество Бездушных, не подходы к нему. Без этих данных планирование операции превращалось в гадание на кофейной гуще.
Резкий стук в окно заставил меня поднять голову. Знакомый силуэт на фоне заходящего солнца заставил сердце забиться чаще. Скальд вернулся!
Глава 8
Я распахнул створку, впуская ворона внутрь. Фамильяр буквально ввалился в комнату, тяжело плюхнувшись на стол. Его обычно блестящие перья выглядели потрёпанными, на левом крыле виднелась запёкшаяся кровь, а в глазах читалась смертельная усталость.
— Скальд, — прошептал я, осторожно прикасаясь к его крылу. — Что случилось?
«Что случилось? ЧТО СЛУЧИЛОСЬ⁈» — мысленный голос ворона звучал возмущённо, хотя и слабее обычного. — «Я всего лишь пролетел над логовом полной кошмаров тварей, которые пытались сожрать меня заживо! Ничего особенного, обычный вторник!»
Не обращая внимания на сарказм, я быстро налил в блюдце воды и поставил перед измученной птицей. Потом достал припасённый специально для него мешочек
