Лео готовился к худшему, но почему-то почувствовал странное разочарование, когда она опровергла его догадку.
— Хорошо, — произнес он спокойно. — Тогда в чем дело?
— Сегодня я ездила к твоей матери в больницу, — медленно начала Хезер, — и она догадалась, что между нами что-то происходит. Она задавала косвенные вопросы на эту тему во время последних моих посещений, пытаясь выяснить, как я к тебе отношусь, но сегодня она меня прямо спросила об этом.
— И что ты… сказала ей?
— Я пыталась сменить тему разговора, но она мне не позволила, и в конце концов я была вынуждена признаться в том, что мы… что мы стали близки за последние две недели.
— И это та самая проблема, о которой ты говоришь?
— Да, потому что твоя мать считает, что наши отношения гораздо серьезнее, чем они есть на самом деле.
Хезер решила, что будет мудро не упоминать об их долгом разговоре, во время которого Кэтрин излила ей свою душу насчет того, что первой жене Лео она не могла доверять. Софи рассорила двух братьев, и пропасть между ними существует до сих пор. Потом Кэтрин поведала ей о семейных делах. О том, что сожалеет, что старший сын некоторое время рос в изоляции от всей семьи, и это он рассматривал как потакание младшему брату, а младший отказывался признавать достижения старшего. Затем Кэтрин сказала, что невероятно рада тому, что у Хезер и Лео возникли отношения и в результате сын чудесным образом изменился. Поэтому Кэтрин надеется, что у Лео начнется новая жизнь.
— Конечно, мать ошибается, — холодно произнес Лео. — Она, наверное, начиталась любовных романов. И, кстати, почему бы нам не вернуться на кухню и не заняться там тем, чем мы только что занимались?
Он двинулся к Хезер, но она взглянула на него с упрямой решимостью:
— У нас нет с тобой никаких отношений, Лео.
— Они нам и не нужны. Моя мать прекрасно знает о том, что после моего неудачного брака длительные отношения не для меня.
— Она романтик. И просто хочет верить, что ты продолжаешь искать свою половинку. Она сказала, что София тебе совершенно не подходила и ты просто ждешь ту женщину, которой мог бы открыться.
— Тебя?
— Я всего лишь повторяю слова Кэтрин. — Хезер почувствовала, как на ее глаза наворачиваются слезы.
Лео мгновенно понял свою ошибку. Он увидел боль, отразившуюся на ее лице, и с его губ готово было сорваться извинение. Но он промолчал, потому что совершенно не хотел иметь с кем-либо длительных прочных отношений. Он совершенно не собирался снова жениться. И если он не говорил откровенно об этом своей матери, то только потому, что считал, что она и так все понимает — иначе как бы он мог беззаботно и весело жить в последние годы?
А вдруг Хезер права, и его мать действительно лелеет мечту о том, что когда-нибудь он найдет свою женщину, взволнованно подумал Лео.
— Так что ты предлагаешь? — мрачно спросил он. — И хватит стоять возле двери! Ты вынуждаешь меня чувствовать себя неловко.
— Значит, между нами не может быть ничего серьезного, да? — язвительно спросила Хезер, но все-таки села на один из стульев. — Я не знаю, что тебе сказать, кроме того, что мы больше не должны обманывать Кэтрин.
— Мы никого не обманываем!
— Ты так считаешь, но я смотрю на ситуацию совсем по-другому.
— То есть либо мы с тобой расстаемся прямо сейчас, либо… Что? Объявляем о помолвке и начинаем искать обручальные кольца? — Не успел он заполучить ее, как она уже собралась сбежать от него. Снова.
— Конечно нет, — пробормотала Хезер. Она втайне мечтала о том, что Лео предложит ей руку и сердце. Для нее он был единственной и неповторимой любовью.
— Но тебе бы хотелось этого, да? — тихо спросил Лео и, прищурившись, взглянул на ее порозовевшие щеки. Внутренний голос твердил ему, что этот разговор не надо продолжать, но Лео проигнорировал его.
— Я… я не понимаю, о чем ты говоришь, — произнесла Хезер, запинаясь, когда земля, казалось, была готова разверзнуться у нее под ногами.
— Наверное, тебе надо было подшутить над романтическими представлениями моей матушки. Ты могла пожать плечами и сказать ей, что мы всего лишь приятно проводим время и между нами нет ничего серьезного. Моя мать, возможно, и мечтала о том, чтобы я нашел свою женщину, но я и не знал об этом, потому что она никогда не говорила мне. К тому же она взрослый человек и родилась не вчера. — Лео помолчал. — Я думаю, она не будет шокирована, узнав, что мужчина и женщина, живущие под одной крышей, испытывают симпатию друг к другу и, возможно, между ними возникли какие-то отношения. Но, может быть, ты не хочешь сразу выложить ей правду? Может быть, ты хочешь исподволь подвести ее к тому, что между нами существует что-то серьезное?
— Нет! — воскликнула Хезер. Разве могла она скрыть свое состояние от внимательного взгляда Кэтрин? Она слепо и безоглядно как идиотка влюбилась в Лео, и разве его мать не поняла этого раньше, чем она сама?
— Ты уверена, Хезер?
Он постепенно приходил к мысли, что Хезер сыграла гораздо большую роль в развитии их отношений, чем сама того хотела. Сначала он думал, что их взаимное физическое притяжение было настолько мощным, что Хезер не могла его в себе подавить и ей пришлось оставить свои высокоморальные принципы, которые она так пылко проповедовала в начале их знакомства. Но затем Лео начал сомневаться и гадать, почему же она с такой легкостью отдалась ему.
Теперь, конечно, Лео понимал, что Хезер была не из тех женщин, для которых секс был началом и концом любых отношений. Ее моральные принципы глубоко укоренились, и лишь сейчас до него дошло, что она влюбилась в него.
Лео должен был бы испугаться и сбежать. Но этого он хотел меньше всего на свете. На самом деле, раздумывая о последствиях своего неудачного брака, он решил делать все возможное, чтобы больше никогда не оказаться в подобной ситуации. Но сейчас он не испытывал никакого страха. Наоборот, ему было несказанно приятно, однако здравый смысл твердил, что надо немедленно пресечь это чувство.
— Я не собираюсь ни с кем связывать свою жизнь, — произнес он холодным, бесстрастным тоном. Ему вдруг стало невыразимо горько оттого, что придется расстаться с ее роскошным телом. И Лео со стыдом признался самому себе, что еще не готов с ней попрощаться.
Хезер помертвела.
— Я знаю об этом, — быстро сказала она.
— Знаешь?
— Конечно, знаю!
— Так почему ты тогда влюбилась в меня?
Хезер задохнулась, моля Бога о спасении, но земля не разверзлась у нее под ногами, чтобы поглотить ее. Неужели Лео видел ее насквозь? Она почувствовала себя страшно униженной. Ее лицо зарделось как маков цвет, и это был явный признак того, что Лео попал в самую точку.
