— Да.
— Значит, тебя вовсе не заботит, как мы выберемся отсюда? Ты говоришь так, будто готов смириться и покориться обстоятельствам.
— Я уже смирился.
Теплая ладонь медленно опустилась на ее плечо, и Джен подчинилась, когда мужчина повел ее к хижине.
— Ты поверишь мне, если я скажу, что начал радоваться нашему пребыванию на необитаемом острове?
Собеседница судорожно вздохнула, не понимая причин смены настроения Ника. Неожиданно циничная, вечно насмехающаяся маска сползла с его лица, обнажая ранимую, чувствительную души Ника Рэдферна, в полном отсутствии которой Джен могла поклясться еще пару минут назад.
— Да, я тебе верю, — задумчиво произнесла она. — Мне кажется, тебя ничто не задевает, ты не из тех людей, которые продолжают бороться с судьбой, несмотря на невозможность что-то изменить.
Мужчина смотрел мимо нее, созерцая песчаный берег и безмятежную лагуну.
— Мне почему-то кажется, что этот остров принадлежит мне. Нет, это наш остров. Уже не тюрьма, а наш путь к свободе. — Его взгляд вернулся к девушке, и он ласково улыбнулся. — Я уверен, большинство людей мечтают иметь собственный особенный остров. Для многих это давно забытая фантазия родом из детства. Суматоха и крысиные гонки нашей жизни захватывают человека, заставляя отказаться от мечты. Иногда, взрослея, мы начинаем считать, что это не более чем игра воображения. И только некоторые из нас настолько сильны, чтобы стремиться к недостижимой цели… Или достаточно богаты, чтобы превратить мечту в реальность.
Когда мы только приземлились здесь, мне было очень тяжело, — после недолгой паузы продолжил Ник, прохаживаясь взад-вперед по пляжу. — Но вскоре я увидел и понял новую для нас возможность. Я догадался, что это единственный, а может быть, и последний шанс изменить жизнь, данный нам свыше. Многие люди мечтают скрыться от сложностей и скуки повседневного существования, от требований других людей.
— Мы выбрали довольно рискованный способ убежать от проблем, тебе не кажется? — улыбнулась Джен.
— Да. — Его ответная улыбка была робкой. — По своей воле я бы не спрятался на необитаемом острове.
На лице девушки застыло недоуменное выражение.
— Я не считала тебя человеком, бегущим от трудностей, — проговорила она, озадаченная новой ипостасью товарища. Слишком силен был приметный образ Ника Рэдферна, который уже успел у нее возникнуть.
Он рассмеялся:
— Нет, вовсе нет, юная леди, я ни от кого не бегу. — Неожиданно мужчина вздохнул. — Я плыву по течению, не пытаясь сопротивляться, и лишь стараюсь при этом извлечь максимум пользы для себя.
Собеседница удивленно посмотрела на Рэдферна. Она даже не пыталась притвориться, что поняла его.
— Разве ты со мной не согласна? Если не можешь их победить, тогда присоединись к ним, — заявил он с прежним цинизмом.
— Довольно расплывчатое сравнение, — произнесла девушка после небольшой паузы. — Но похоже, я разделяю твое мнение. Но, Ник, неужели ты не хочешь убраться с этого проклятого острова? Я хочу сказать, у тебя же есть свое дело. И все остальное…
— А-а, ты об этом! — Слова Джен вызвали у собеседника лишь ухмылку. — Если дела и дальше будут идти в том же духе, то молодой Оуэн Слэйтер быстро приберет все к рукам.
— Кто такой Слэйтер?
— Третья рука «Южно-Тихоокеанских перевозок». Самый амбициозный и деловитый юноша из всех, с которыми мне довелось познакомиться. Сейчас он оказался в своей тарелке, и к тому времени, как я вернусь, бизнес будет организованным и налаженным как часовой механизм — короче, сплошная скука.
— Если этот парень действительно такой умный, как ты описываешь, то ты можешь оказаться не у дел, — засомневалась девушка.
— Меня не удивит подобный поворот событий. — Ник пожал плечами. — То, что у меня получилось однажды, удастся и в следующий раз. «Ю.Т.П.» сейчас слишком разрослась. Веселье закончилось, когда вся грязная работа была сделана… по крайней мере, для меня.
Он погрузился в размышления, созерцая следы на песке, оставленные его ботинками. Затем вспомнил о брошенной, так и непостиранной одежде. Мужчина поднял с земли кучу тряпья, перепачканного грязью и песком, и скривился в отвращении:
— Уверена, что оно того стоит? Давай просто выбросим эти рубища.
— А чем ты собираешься их заменить? — язвительно поинтересовалась Джен. — Если предлагаешь бегать по пляжу в юбочке из пальмовых листьев, то лучше сразу отбрось эту затею.
— Ну… — Ник задумчиво почесал подбородок. — Я уже серьезно размышлял над этой задачей. И кажется, нашел решение.
— Да ну?! — Собеседница восприняла его откровение скептически.
— У тебя ведь есть иголка и нитка в этом твоем саквояже?
Джен непонимающе воззрилась на товарища:
— Да, у меня есть катушка ниток и иголка… Если они еще целы.
— Отлично, значит, ты можешь заняться шитьем.
— Только не штопкой носков! — шутливо взмолилась девушка, не понимая, к чему клонит Ник. — Этого я не умею.
С таинственной улыбкой мужчина удалился в хижину, оставив спутницу сгорать от любопытства. Вскоре он появился с огромным рюкзаком в руках, который бросил на песок к ногам Джен. Девушка вспомнила, что этот рюкзак он притащил с самолета вместе с ее кейсом.
— Небольшой подарок для тебя, — провозгласил Рэдферн. — Теперь можешь поиграть в Кристиана Диора.
— Диора? — недоуменно переспросила собеседница. — Какого черта, Ник? Что ты хочешь этим сказать?
Она уставилась на непонятные узлы и переплетение веревок, на белую шелковистую ткань, и неожиданно в ее голове родилась догадка:
— Ник, это же парашют! — Джен резко вскинула голову и посмотрела на собеседника.
— Хочешь сама потянуть за вытяжной трос? — спросил он, склоняясь над парашютом и принимаясь его распаковывать. Через пару минут огромный купол светлой материи колыхался на ветру, похожий на сказочное животное.
Девушка застыла в изумлении. Она и не подозревала, каким огромным может быть открытый парашют.
— Ну? — Мужчина усмехнулся. — Интересно, получится ли у тебя из него бикини?
Когда радостное удивление схлынуло, путешественница с сомнением сказала:
— Но, Ник, мы не можем…
— Чего не можем, женщина? — грозно произнес он.
— Разрезать его.
— А почему нет?
— Ник! Это же вандализм! Перед нами не просто кусок материи, а высокоспециализированное оборудование. — Руки Джен нежно гладили легкую, но прочную ткань. — Мы не должны портить его, Ник. Тебе не следовало его распаковывать.
Рэдферн лишь беззаботно махнул рукой:
