Но больше всего он хотел убедиться, что никогда не исполнит свое предназначение — не уничтожит мир. Коди верила в пророчество, в котором говорилось, что один Малачай спасет свой род. И он верил ей. С первого дня своего рождения он отличался от остальных. Пока еще не время менять это. В отличии от Амброуза, он не собирался сдаваться.
Он живет, пока дышит. Пока он жив, надежда есть. Пока есть надежда, возможна победа.
Жизнь не для того, чтобы просто выживать. Жизнь для того, чтобы бороться каждую минуту.
По его спине побежали мурашки, когда он вспомнил слова отца. Малачаев не забудут никогда. Но от тебя зависит, как их будут помнить.
Ника Готье не будут помнить, как труса или злодея. Он станет героем и чемпионом. И он не сдастся без борьбы не на жизнь, а на смерть.
Он пошел за Завидом, но тут зазвонил его телефон. Это была Коди. Он немедленно ответил.
— Привет, милая, как дела?
— Ты где?
— Возле дома Калеба. А что? Что-то нужно?
— Ты, и как можно быстрее. Нечто пришло сюда за твоей матерью.
Глава 8
Как только Ник появился в своей гостиной, его тут же подняли на ноги и изо всех швырнули на деревянный пол, выбив из него дыхание. Лежа на спине, он громко застонал, в ушах звенело. Блин, больно! Он мог лишь кашлять и хрипеть. Как будто его сбил восемнадцатиколесный грузовик, летящий быстрее скорости света.
Или Бабба, которому не дали посмотреть эпизод Опры.
«Кто-нибудь, засуньте мне в рот ингалятор».
Ну ладно, он не астматик, но ему хотелось проверить его действие, так как у него горели легкие.
— О, нет. Акри-Ники, ты в порядке? Сими не знала, что это ее любимый голубоглазый демон-мальчик, когда она сильно ударила его, чтобы защитить драгоценную акра-маму. О, нет! — Сими наклонилась над ним, ее чудесное личико обрамляли красно-черные косички. Она похлопала его по щекам, чтобы привести в чувство. — Ты все еще живешь, дышишь и не сломан? Если ты мертв, то можно Сими съест твои сочные останки? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста? Может, и косточки какие, потому что костный мозг по-своему вкусен.
Странный вопрос для нормального человека. Но те, кто немного выбивался из этой категории, знали, что в жизни Ника и его окружении не было ничего нормального. Так как Сими была демоном-чаронте, ее привлекало человеческое мясо, но к счастью для человечества, она не могла в него впиться без разрешения его хозяина или своего отца. И обычно акри ей его не давал.
Слабо богу.
Ник смотрел в ее голубые, дружелюбные глаза. Она была милой и очень преданной для такого кровожадного существа. Эдакий пушистый убийца, нападающий на кролика.
На ней было короткое черно-белое платье с черепом и розовая худи-сетка на нем. Ее леггинсы в красно-черную полоску подходили к ее волосам, еще на ней были черные с красными цветами ботинки Док Мартенс.
— К твоему несчастью, Сими, думаю, я буду жить, — прохрипел он. — Хватит меня шлепать. Я итак уже потерял часть мозга, не могу терять еще клетки. Мне нужны последние три, чтобы не забыть, как пишется мое имя. Его слишком сложно произносить.
— Вот фигня, — она мило надула губки. — Не, не то, что ты жив, потому что Сими, скорее всего скучала бы по тебе, но жаль, что мне не досталось старое доброе мальчишечье мясо.
Она потыкала его в ребра.
— Хотя тебе стоит поправиться, чтобы ты стал деликатесом, — она облизнула губы, будто представляя, какой он на вкус с соусом барбекю, который обычно выбирала Сими.
Ну, ладно. Не желая думать об этом, Ник сел и увидел скривившегося Ксева.
— Мог бы и предупредить об атаке Сими, ты же стоял на дверях.
Ксев безразлично пожал плечами.
— Я не был уверен, что это ты. Кроме того, она напала на тебя мягче, чем это сделал бы я, — он преувеличенно удивленно осмотрел Ника. — Смотри, ты еще и целый. Так что прекрати ныть, как младенец, пока я не попросил Сими подзакусить тобой.
Скрестив руки на груди, Ксев мотнул головой на дверь спальни.
— Коди с твоей мамой, она по какой-то причине без сознания. Что бы мы не пытались, не можем разбудить Чирайз.
— Может, дело в Тиамат? Я видел ее перед тем, как пришел сюда.
На мгновение Ксев замер, Ник даже решил, что все снова застыло, пока тот не моргнул медленно.
— Найриа?
Он побледнел. Из комнаты вышла Коди.
— Как ты меня назвал?
Он проигнорировал ее вопрос.
— Тиамат на свободе.
Краска схлынула и с лица Коди.
— Что? — она посмотрела на Ника, желая получить подтверждение. — Уверен?
Ник кивнул.
— Она была у Калеба, решила, что это я призвал ее.
— Ты это делал?
Стоит обидеться из-за того, что она спрашивает? Часть его так и думала, учитывая, что только полный урод сделает такую глупость. И пусть он иногда бывал выдающимся дураком, но не настолько невнимательным.
По крайней мере, он такого не помнил.
— Без обид, но я не имею такой привычки, призывать незнакомых богов. Особенно тех, о которых раньше не слышал. Я даже в компьютерные игры не играю, после того, что случилось с Мадугом. Это каким же тугодумом я выгляжу? Только не надо на это отвечать, у меня хрупкое мужское эго, — Ник нахмурился, когда Ксев вынес его маму, которая была без сознания, и положил ее на диван между ними. — Ты что творишь, дружище?
— Не выпускаю ее из виду. Не позволю, чтобы меня винили в том, что с ней что-то случилось и не позволю этому произойти в свое дежурство, — Ксев положил ей под голову маленькую круглую подушку, накрыл ее розовым вязанным одеялом, которое она накидывала на спинку дивана, и занял пост у ее ног. Он смотрел на нее, положив правую руку на ее ногу.
Ладушки, он немножко параноик.
И в этот момент до Ника дошла вся тяжесть травмы Ксева. Древний экс-бог был на пороге панической атаки. И похоже, тяжелой. Такая была у Ника, когда учитель химии неожиданно устраивал тест.
— Ксев?
Он не слышал его. Ксев тяжело дышал и явно был не с ними. Как будто он видел кошмар наяву.
Ник обменялся с Коди обеспокоенными взглядами и подошел к Ксеву поближе.
— Ксевикан! — тот не отвечал, продолжая смотреть по сторонам, будто ожидая невидимого нападающего.
Или несколько тысяч нападающих.
Ник убрал руку Ксева с ноги матери и заставил его отодвинуться.
— Даразурсис! — он надеялся, что правильно произнес имя.
И лишь тогда Ксев смог сосредоточиться на лице Ника. Но все еще оправился не полностью.
«Они приближаются», — сказал он уверенным и напряженным голосом. — «Нужно защитить женщин и детей. Они ударят по слабому месту. Оставайся с остальными, мне нужно добраться до Лил и предупредить ее. Она будет первой целью. Если они доберутся до нее первыми, то нейтрализуют силы Калеба и сокрушат ворота».
