Прикусив губу, она подошла к нему поближе.
— Я знаю, каково быть одной, когда некому доверять, некуда пойти, — она встала на цыпочки, чтобы поцеловать его.
Ник отступил, прежде чем их губы встретились. Пусть Ливия и была привлекательной девушкой, но она не была его типом, и он никогда бы не причинил Коди такую боль. Он не такой и никогда не хотел быть слизняком. Сердце — священно, и когда кто-то доверяет тебе его, ты обязан поддерживать доверие к себе. Ник не собирался попускаться своей честью.
— Мне нужно узнать, почему Завид оставил Калеба одного.
— Малачай!
Он проигнорировал ее и ушел. Каждая молекула его тела говорила, что нужно установить как можно большее расстояние между ними, и как можно быстрее.
В кои то веки он себя послушал. Ему нужно обдумать это без ее голоса в голове, без того, чтобы ему говорили, какое он ничтожество.
Ник пробежал вниз по ступеням и вышел за дверь, ища Завида. Как только он оказался за защитным барьером, на него с криками напали мемитимы, как сошедшие с ума фанатки. Выругавшись, он выставил руку и раскидал их по сторонам.
— Демоны, пожалуйста! Я не ваш дружок. У меня на это нет времени!
Самый ближайший посмел зашипеть, как кошка.
— Малачай защищает Малфаса? Почему? Мы хорошо тебе служили. И ты смеешь встать на сторону врага после того, как тот нас всех предал? Да как ты посмел?
Ника ошеломила его ярость.
— Во-первых, вы служили не мне. Вы сражались за какого-то моего предка, я даже имени его не знаю. Чувак, серьезно? Эту карту разыграть не удастся, она не поможет победить. Во-вторых, Калеб влюбился и ушел с войны, о которой ты говоришь. Как его можно за это винить? Это вы пришли за ним, когда следовало просто оставить его с женой жить в покое и счастье. Если вы не хотели, чтобы он напинал ваши задницы, следовало остаться дома. Все дело в вас, не в нем.
Лидер мемитимов громко каркнул.
— Он знал секреты, которые мог передать нашим врагам. Мы не могли позволить ему жить со знаниями, которые были способны уничтожить нас.
— А вы знали его, так что это привело бы к взаимному уничтожению. Опять же, вы могли оставить его в покое, но не сделали этого. Так что все честно. Это вы пришли за ним. Он вас победил, смиритесь и оставьте его в покое.
Они снова поднялись в воздух и как темный циклон атаковали барьеры Калеба. Но, по крайней мере, они больше к нему не приставали. Ник не знал, радоваться или нет.
Волнуясь, он вздохнул от их упрямства. Ну, да. Этого они хотели для своих вновь обретенных жизней. Ему это казалось полнейшей глупостью. Зачем продолжать в том же духе, если можно сделать что-то положительное и конструктивное.
Например, купить бенье и кофе.
Найти себе девчонку и радостно проводить время наедине по-взрослому.
Зачем выбирать смерть, если можно выбрать жизнь? Где девчонки демоны-вороны, которые могут их убедить? Ну правда?
Потрясенный такой глупостью, Ник стоял и наблюдал, как они волна за волной налетали на защитный барьер Калеба. Он не был уверен, то ли его шокирует, то ли впечатляет их настойчивость. А еще это подтверждало силу Калеба, ведь он мог его сдерживать, даже будучи истощенным. Но все же… он жалел обе стороны.
Мемитимы не смогли простить даже спустя многие века, а Калеб не мог продолжить жить из-за их упрямства.
Зачем зацикливаться на прошлом, если у тебя есть чудесное завтра, которое можно испортить? В его голове всплыло любимое выражение Марка. Оно прекрасно подходило под ситуацию. Особенно, когда он наблюдал за их безумием. Они были так сосредоточены на Калебе, что уничтожали себя, пытаясь добраться до него.
Разве оно того стоило?
Точно нет.
«Блин, надеюсь я никогда не буду таким глупым. Хотя, признаюсь честно, чаще всего я тот еще тупица».
Но он никак не мог помочь им с их идиотским поведением сегодня. Сейчас у него ренегат-демон, который возможно оказался по уши в проблемах, и его надо найти. Еще нужно охранять маму и избегать дурацкой погоды.
И решить странную загадку.
Он уставился на мемитимов. Как мне избавиться от них? И снова он нутром почувствовал, что что-то не так.
Что его время на исходе.
Неожиданно, мемитимы разлетелись, будто в испуге. Да, плохой знак.
Ник скривился, когда как предзнаменование, сверкнула молния, едва не попав в него. Это ошеломляло, но не так, как красивая девушка-подросток, которая вышла из нее и с любопытством уставилась на него.
Она была сухой не смотря на погоду, с кожей цвета карамели и замысловатыми темными косами, обрамляющими лицо. Но все его чувства всколыхнула не ее красота, а исходившая от нее сила. Это был живой источник энергии. Если бы она назвала себя Азурой, он бы не удивился. Настолько она была сильной.
На ней была короткая юбка и открытый топ. Она встретила его изумленное выражение лица, пожав плечами, и медленно, соблазнительно приблизилась к нему.
— Ты хотел, чтобы они ушли — они ушли.
Да, но он не был уверен, стоит ли благодарить ее или бежать в противоположном направлении, крича как детсадовец, который только что встретил Фредди Крюгера.
Он голосовал за второй вариант.
— Ты кто?
Она улыбнулась.
— Разве ты не знаешь?
— Понятия не имею.
Она остановилась рядом, обнюхала его плечо и волосы. Странненько. Он все больше склонялся ко второму сценарию.
— Ты Малачай?
Ник колебался с ответом, из ее уст это звучало почти как оскорбление. Хотя когда такое могущественное существо задает вопрос, лучше всего ответить прямо.
— Маламожетбыть?
— Обхватив его лица руками, она прижалась своей щекой к его и глубоко вдохнула.
— Ты не Монакрибос, — это имя первого проклятого Малачая… похоже она знала о его роде, раз упоминала имя его предка. Большинство его не знали.
Или же она как Ксев и Калеб старее грязи.
— Я… — Ник колебался. Технически, он был Амброузом Малачаем, но пока не хотел брать это имя, считая его дурным. Пусть это и было так, но сейчас было опасно произносить это проклятое слово. Чем дольше он не будет этим монстром, которым ему суждено было стать, тем лучше. — Ник.
Она скривила губы, отодвинувшись.
— Какое глупое имя для Малачая. Что за дурак тебя так назвал?
— Прости, что? Моя мама чудесная леди.
Она приподняла брови, и Ник слишком поздно понял, что Малачаи должны ненавидеть своих матерей, а не защищать их.
— Ты все еще не сказала, кто ты такая.
Она, склонив голову, хмуро рассматривала его.
— Как может столь сильный Малачай не узнать меня?
Может, потому что он еще не до конца научился управлять своими силами? Но опять же, он не собирался признаваться в этом перед тем, кто может подмести им улицу.
