Она взяла его за руку и вывела из комнаты Калеба. Она заговорила очень тихим шепотом.
— Я хочу, чтобы ты был осторожен, Малачай. Многие хотят навредить тебе. Не уверена, что ты знаешь сколько врагов тебя окружает каждый день.
Он придержал смешок. В этом она точно ошибалась.
— Думаю, я прекрасно осведомлен.
— Да? — она указала на разрушенный мемитимами дом Калеба.
— Тогда ты в курсе, что Калеб ищет способ избавиться от служения тебе?
Ого, это застало его врасплох. Он и понятия не имел.
— Что?
Она кивнула.
— Я думаю, это ослабило барьеры и позволило им войти. Он призывал могущественные силы, пытаясь найти кого-то, кто сможет забрать его душу у тебя. Возможно поэтому сейчас он без сил. Думаю, он заплатил ими. Ты можешь умереть, а он бессмертен, и он освободится от связи с твоей кровью.
Может ли это быть правдой?
Ник тяжело сглотнул, размышляя над тем, что было не таким уж надуманным. Калеб правда хотел свободы так сильно, что был готов умереть за нее.
— Он мне этого не говорил.
— Конечно, нет. Зачем ему? — Ливия прикусила губу. — Я могу ошибаться, но нахожу странным, что все началось после того, как он якобы помог тебе запечатать врата, так?
Она кивнула, в ее темных глазах была грусть.
— Знаешь, если кто-то с его помощью уберет тебя, то ему могут легко даровать свободу в качестве вознаграждения. Я знаю, что Нойр и Азура будут бесконечно благодарны и рады поощрить за такое.
Ник нахмурился еще сильнее, обдумывая сказанное. Да разве такое возможно?
Калеб мог продать его?
Она тяжело вздохнула.
— Прости, мой лорд. Я не хотела огорчать тебя возможной правдой, учитывая то, что остальные тебе лгут. Знаю, как это должно быть тяжело.
— Ты о чем?
— Ну… знаешь. Первое, ты обнаружил, что не человек. Что женщина, которую ты считал доброй крестной, замаскированная богиня, скрывшая твое рождение и связавшая твои силы. Что твой отец не тот, кем ты его считал. Что он не только преступник, но и демон, скрывающийся среди них. Что он хочет твоей смерти, чтобы ты не унаследовал его силы. Потом ты узнал, что Калеб не твой школьный друг, а демон, посланный отцом, чтобы присматривать за тобой и убить, если понадобится, чтобы не дать тебе впитать его силы и стать Малачаем. Что Никода, девушка, посланная вырвать твое сердце врагами и доставить его им, прежде чем ты заявишь о своем праве, данном при рождении, и сразишься с ними в полную силу. Твоя собственная мать скрывала от тебя тайну твоего рождения. Она заставила тебя считать, что заботится о твоем отце, вместо того, чтобы сказать, как сильно его ненавидит и что на самом деле произошло между ними. Есть хоть кто-то в твоей жизни, кто не лгал тебе?
Он поморщился от того, как она обнажила раны его невероятной жизни и всей ее реальности. Она была еще страннее, чем можно выдумать. Если бы он написал книгу или снял фильм, никто бы в это не поверил.
Да он и сам иногда не верил.
Но она ошибалась в одном. Один человек всегда говорил ему правду.
— Бабба, — сказал он, защищаясь.
Она приподняла бровь.
— Уверен?
Был, пока она так не посмотрела на него.
А теперь…
— Уверен, — но в его тоне слышалась неуверенность, которую она вызвала.
Она рассмеялась.
— Ты такой милый и наивный. Именно это я в тебе и люблю.
Ну, точно. Он был противоположного мнения. Никто не мог применить слово «наивный» к Николасу Амбросиусу Алойзиусу Готье.
— Да брось ты. Я был рожден с броней, — у него были серьезные проблемы с доверием миру. Никто не мог надеть на него розовые очки.
Губы Ливии скривила коварная усмешка.
— Это ты так думаешь. Но поверь мне, ты слишком наивен.
— С чего бы?
— Бабба сказал, что никогда не причинит тебе боль, что всегда будет за тобой приглядывать, а теперь встречается с твоей матерью. Как думаешь это закончится? Он поставит свой эгоизм выше твоих интересов. Рано или поздно все закончится, он причинит тебе боль. Вы оба это знаете.
Отступив от Ника, она соблазнительно прикусила губу.
— Когда интрижка с твоей матерью закончится, ты не будешь с ним больше разговаривать. Потому что ей будет очень больно, если ты будешь с ним общаться. Так что единственного отца, которого ты знал, вырвут из твоей жизни. Бабба это знает, ты это знаешь. Может, этого он и хочет. Может, он хочет, чтобы ты исчез, но не может сказать.
Эти слова были как пощечина для Ника. Это правда? Бабба правда хочет убрать его из своей жизни? Может, он всего лишь досадная помеха для этого большого парня?
— А что же Марк? — спросила она. — Думаешь, ему нравится играть в твою няньку? Они взрослые люди, Ник, а ты просто надоедливый ребенок. И даже не их. Ты для них ничто, дай возможность и они от тебя избавятся.
Эти слова причиняли боль. Он сильнее сжал зубы. Она права, у него и в прошлом были подобные страхи, но он не хотел верить в них.
А сейчас…
— А еще твой босс Кириан. Двухтысячелетний греческий генерал, скрывавший от тебя правду о себе, слуга богини Артемиды. Не буду перечислят всех секретов Ашерона. Он не просто Темный Охотник, Ник. Не просто атлант. Он древний бог. Но он умрет, но не позволит тебе узнать о нем. И когда ты узнаешь правду, станешь его худшим врагом. Он приговорит тебя к смерти за эти знания. И его проклятие направит тебя на путь, который ты так хочешь избежать. На путь, от которого ты изо всех сил бежишь.
По его спине побежали мурашки, когда она подтвердила его подозрения о древнем атланте. То, от чего Ашерон отлично уклонялся, когда Ник задавал вопросы.
— Как я уже сказала, ты окружен лжецами, которым нельзя верить. Людьми, лгущими тебе в лицо. У всех них большие секреты. Почему? Потому что они тебе не друзья не смотря на то, что ты думаешь. Ты им безразличен, Ник. Если бы это было иначе, они бы рассказали тебе все. Но они не хотят приближать тебя к себе. Они не хотят, чтобы ты узнал о них правду, потому что ты не имеешь никакого отношения к ним. Ты ничто.
Правда ранила его глубоко в сердце. Но он отказывался показать ей это. Ник не тот, кто вручает подобную силу другим. Он сохранит боль при себе, ее можно видеть лишь Коди и его матери.
— Мне нужно проверить Завида.
— Того, кто говорит тебе в лицо одно, а за спиной другое.
— Что? — он не смог остановиться и ахнул. — Что он говорит?
— Он тебе тоже не доверяет, считает тебя слабым. Маменькиным сыночком, который не может завязать ботинки без ее помощи. Он тебя жалеет.
Ник обиженно смотрел на Ливию. Так тяжело сдерживать эмоции. Это… просто ослепило его.
Он и не знал, что Завид так думал, особенно после того, как Ник спас ему жизнь.
— Не я это сказала, — она невинно хлопала ресницами. — Сообщаю для твоей же пользы. Ты должен знать, что они думают на самом деле, что говорят, когда тебя нет. Я никогда не буду так относиться к тебе, я слишком хорошего о тебе мнения.
