Ник скривился от муки в его голосе. Лил была женой Калеба, Лилианой. В ее смерти Калеб винил Ксева. Но слова и поведение Ксева не указывали на то, что он предал его и провел врагов через ворота. Скорее уж он сделал все, что смог, чтобы спасти ее.
— Ксевикан! — попробовал он снова.
Ксев, вздрогнув, повернулся, и тут на стене зажегся один из символов. Его глаза расширились от узнавания, затем потемнели от горького гнева. Он зашипел, как кот и попятился.
К нему медленно приблизилась Коди.
— Ксев? — она мягко дотронулась до его груди. — Ты с нами?
Все еще тяжело дыша, он накрыл ее руку своей и держал ее, будто она была такой же ценной для него, как и для Ника. Он сжал челюсть и медленно кивнул.
— Чувствуете это?
— Чувствуем что? — спросила Коди.
Он посмотрел на Сими.
— Чаронте?
— Проклятый бог? — раздраженно ответила она.
Ксев закатил глаза, подошел к двери и встал в оборонительную позицию рядом с ней. В руках он создал файерболы, и тут кто-то постучал.
Ник нахмурился.
— Знаешь, Экс, по моему опыту, плохие парни не стучатся.
Он улыбнулся фальшивой улыбкой.
— Стучатся, когда их злобной породе необходимо приглашение, чтобы войти.
И тут его желудок сжался от страха. Ксев был очень даже прав. Даймоны и некоторые другие существа нуждались в приглашениях в дома, чтобы сеять там хаос и причинять вред. Ник пожалел, что не живет той жизнью, в которой ничего не знал бы об этом.
Отлично. Просто отлично. Еще один кошмар.
Надеясь на лучшее, Ник посмотрел в глазок, затем посмотрел на Ксева, как на идиота.
— Выключи свою паранойю. Это всего лишь моя крестная. Полиция связалась с ней после исчезновения мамы, и она решила нас проведать. Она ростом не больше пяти футов и весит фунтов девяносто. Не думаю, что нам стоит ее бояться. А вот она, скорее всего, в ужасе. Не хватало еще, чтобы ты довел ее до сердечного приступа.
Открыв дверь, он втянул в квартиру крохотную креольскую акушерку, которая принимала его своими руками.
— Привет, тетя Менни.
Она сжала его в объятиях, ее косички щекотали его нос.
— Привет, Страшилка. Надеюсь, ты не против. Учитывая эту странную ситуацию, мне захотелось проверить тебя и твою… — У нее пропал голос, когда она посмотрела через его плечо на Ксева. Она ахнула, ее глаза стали огромными.
Ник закрыл дверь, не думая о ее реакции, потому что большинство впервые смотрело на Ксева, как на аномалию, Снежного человека или гадкого старшего братца, помешанного на стероидах.
— Меньяра, это…
— Мы уже знакомы, да, Кэм? — у Ксева был такой холодный голос, что заморозил бы сосульки на мосту Пончартрейн в августе.
Меньяра отшатнулась и упала бы, не поймай ее Ник.
— Менни? Ты в порядке?
— Что ты наделал, Ник? — прошептала она испуганным голосом, продолжая пялиться на Ксева, будто тот был дьяволом во плоти.
— Что ты наделал? — повторила она.
Ксев смотрел на нее.
— Интересно то, что ты винишь его, когда все началось с тебя, твоих братьев и сестер.
Покачав головой, Меньяра по очереди обвела их всех взглядом: Ксева, Сими, Коди, Чирайз, затем прикрыла глаза.
— Кто высвободил силы Ника? Во имя Создателя, кто это сделал? Вы хоть понимаете, что наделали?
Коди прикусила губу, затем объяснила их поступок:
— У нас не было выбора. Душу Ника отделили от его тела враги, желающие ослабить его, чтобы убить. Только так мы могли спасти его и вернуть в эту реальность, спасти ему жизнь. Если бы мы не действовали быстро, он бы уже был мертв.
Меньяра тяжело вздохнула, села в кресло и положила голову на руки.
— Нужно было прийти ко мне.
— Я пыталась, правда, — начала Коди, но Ксев остановил ее.
Он заговорил тоном, с которым терпеливые родители говорят с любимым ребенком:
— Это не ты, маленькая. Все началось до того, как тебя послали сюда убить Ника. До того, как тебя завербовали. Не позволяй ей сложить все свои грехи на твои плечи.
Его глаза сверкнули красным, Ксев гневно скривил губы, приближаясь к Меньяре.
— Как ты могла так поступить с ними? Ты не выучила за века, что не стоит подделывать судьбу и свободу воли людей? Что не стоит играть с чужими жизнями?
Меньяра посмотрела вверх и встретилась с его взглядом, не мигая.
— У нас не было выбора. Ты не представляешь, каким сильным стал Адариан. Каким опасным он был для всех, кто вступал с ним в контакт.
— И чья это вина?
Она проигнорировала вопрос.
— Мы больше не могли контролировать его. Он вырвался в этот мир. Монстр, которого не остановить. Мы даже найти его не могли. Все, что мы пытались сделать, провалилось. Он стал угрозой, в любой момент мог прийти к нам и победить. Вырвать наши глотки и, смеясь, пить нашу кровь со своих кулаков. Это была единственная надежда победить его. Единственный способ, который мы могли придумать, чтобы замедлить его и вернуть на цепь.
— Усилив его? Кто придумал эту чудо-идею?
— Это должно было ослабить его.
Ксев нахмурился.
— Вы не имели права вовлекать невинную жизнь, не сказав ей, что делали! Не спросив разрешения! — он мерил комнату шагами, как чудовище в клетке, которое ждет возможности напасть на своего мучителя, и им была Меньяра.
— Мы имеем право делать все, что нужно, чтобы защитить невинных мира сего. Одна жертва ради миллиона остальных. Справедливый обмен.
Но Ксев все еще отказывался принять ее логику, вцепившись в свои аргументы.
— Вы не имели права решать это.
Она проигнорировала его гнев.
— Люди не смогли противостоять усумгаллу века назад, когда знали о них и были готовы к битве. Теперь… они беспомощны перед Малачаем и его союзниками. Они даже не знают о них. Что уж говорить об армии против них или магии и элементах, чтобы связать его! И что мы должны были делать? Стоять в стороне и наблюдать, как вы косите людей ради собственного удовольствия?
Сжав челюсть, Ксев в ответ замер, будто что-то понял. Его дыхание стало тяжелым, он встретился с разгневанным взглядом Меньяры.
— Ее отец не Верлайн. Не может этого быть. Я бы почувствовал, ведь мы бы были братом и сестрой.
— Нет. Азура стерилизовала его, опасаясь, что он породит дитя, способное убить или пленить ее.
— Ризар?
— Пропал много веков назад. Никто не знает, что с ним произошло.
На его лице появился ужас, он повернулся к Нику. Он смотрел на него, будто никогда не видел раньше. Будто смотрел на него другими глазами.
Затем он перевел взгляд на мать Ника, и на мгновение Ник решил, что Ксев убьет Меньяру.
Или его стошнит.
— Вы выбрали для этого задания воина света, — это было тихое утверждение, а не вопрос.
— Другого не было. Нам нужен был отец, рожденный прямо из Источника Калосум. Он был ближе всего к тем, кто мог породить подходящую дочь.
