самом деле, меня разбудил Болтун. Он акуратно, но настойчиво дергал зубами мой палец, кусал его. Вот на эти укусы и среагировало мое сознание.
Я несколько раз моргнул, протер глаза свободной рукой. Горностай тут же отпустил палец и сел рядом, на тряпье, глядя в одну точку. В его напряжённой позе была абсолютная сосредоточенность. Он кого-то ждал. Или на кого-то смотрел.
И в ту же секунду в голове снова раздался голос. Тот самый. Голос некроманта из сна. А я уже не сомневаюсь, что это именно он периодически что-то трындит в моем сознании. Правда, в этот раз голос звучал более четко.
«Смерть…»
Я замер. Что за напасть? Опять смерть⁈ Почему он все время только что-то поганое говорит? Нельзя сменить пластинку на более позитивную?
Болтун не сводил глаз с темной части цеха, с дальнего входа.
«Опасность…»
По телу пробежал ледяной озноб, но уже не связанный с лихорадкой. Болтун тихо зашипел, шерсть на загривке встала дыбом. У горностая! Можете себе такое представить? Вообще-то горностай — это милое, мохнатое животное. Все горностаи. Кроме моего.
«Близко…» — Прошелестел голос и умолк, но ощущение угрозы осталось.
Кто-то был здесь. В цеху. Прямо сейчас. Кто-то или что-то, кого чувствовал Болтун, и о ком предупреждал голос некроманта.
Шесть теней медленно скользили в слабом свете уличных аварийных фонарей, проникающем сквозь мутные, грязные окна.
Они двигались тихо, осторожно, словно призраки, хотя это были вполне реальные люди.
Бритоголовый. Его я узнал сразу. Верзила, Мелкий с порезанной щекой, которого вчера задела Лора. И еще трое их дружков. «Стальная змея». Они пробрались сюда. В наш дом.
В руках «змеев» виднелись кастеты, цепи, ножи. Бритоголовый вообще отличился. В его правой руке имелся предмет, сильно напоминающий пистолет, и парень явно был настроен решительно. Серьезный подход. Огнестрельное оружие не так просто достать даже на Черном рынке.
Мой мозг лихорадочно заработал. Крикнуть? Разбудить наших? Но они спят, не ведая об опасности. Пока проснутся, пока поймут, что происходит, пока схватят оружие…
«Змеи» максимально напряжены, они набросятся на спящих мгновенно. У нас численное преимущество. Их — шестеро, нас — пятнадцать. Но мои «братья» не готовы к схватке. А эти — вооружены и по-моему собираются убивать.
Мы потеряем не меньше десяти человек, прежде чем парни сообразят, что происходит. И Лора… Она тоже может пострадать.
Черт… Из всех хреновых раскладов этот был самым хреновым.
Глава 10
Бывают ситуации, когда на кону стоит слишком многое, когда от одного решения, слова или действия зависит не только твоя жизнь и не только твое будущее. Вот сейчас происходило именно так.
И от этого осознания, от понимания, насколько все упирается в мои действия, я просто завис в моменте. Время замедлилось. Нет. Не замедлилось. Оно вообще остановилось. Будто запись дата-файла поставили на паузу.
При этом мои мысли, как психованные, взбесившиеся воробьи, метались в голове. Я лихорадочно пытался сообразить, что делать, и времени на это было буквально пара минут.
Со всех сторон выходило, что жертв не избежать. Шестеро «змеев» — это слишком много. Я заору, брошусь вперед, но…
Ближе всех к этим уродам находилась Лора. Остальные перетащили свои лежаки в сторону угла, который занимал Гризли. Наверное, из-за угроз девчонки грохнуть каждого, кто попытается мне навредить. «Братья» знают, Лиса слов на ветер не бросает. Ну или другой вариант. Они все-таки боялись заразиться от меня неведомой хворью.
В любом случае, по факту, сначала на пути «змеев» была Лора, потом я, и уже дальше рядочками спали все остальные. А это значит, что первый удар придется именно на Лору.
Я посмотрел на Болтуна, по-прежнему сидевшего «домиком». Он вообще не шевелился, но при этом пристально наблюдал за «змеями», которые уже прошли вперед от входа. До Лоры им оставалось метров десять. Двигались эти уроды медленно, стараясь не издавать никаких звуков, чтоб никто раньше времени не обнаружил чужого присутствия.
И кстати, если бы меня не разбудил Болтун, я бы, как и все остальные, благополучно дрых, пуская пузыри. Мне кажется, это очень обидная смерть. Сдохнуть, даже не поняв этого. Хотя, несомненно, гуманная.
Не знаю, почему, но я был уверен, что «змеи» явились именно убивать. Столько, сколько смогут. Это, конечно, немного шло в разрез с тем, о чем говорили Волконский и Суворов в ангаре. Чертов Безымянный вроде бы следит за равновесием. Хотя, с другой стороны… Может, таким образом он, как раз решил избавиться от нашей банды. А что? Как вариант. Подумаешь, у него этих банд, итак до хрена и больше.
И в этот момент опять начала твориться лютая дичь. Конечно же, со мной! По-другому не бывает теперь.
В моей голове появился голос некроманта. Снова. На этот раз он не предупреждал. Ничего подобного. В мыслях вдруг начали опять кружиться слова на непонятном языке. Они мелькали, исчезали, потом опять появлялись, настойчиво пытаясь сложиться в предложения. Будто мне выстраивали текст, который я должен произнести.
И ненависть. Она снова пробудилась, рвалась наружу, предлагая свою силу.
Убей их… Убей их всех… Каждого…
Я сцепил зубы, сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Нет. Не сейчас. Я не позволю своим губам произносить заклятия, которые способны поднимать мёртвых. Или уничтожать живых. И ненависти не позволю взять верх над разумом.
Нельзя убивать «змеев» вот так. Рядом со мной находятся «братья». Где гарантия, что не зацепит их? Да и вообще…«Змеи», конечно, те еще твари. Но… Я понятия не имею, чем обернётся очередной всплеск силы, которую не могу контролировать. Она существует в моем сознании сама по себе. Будто некромант и правда поселился внутри меня.
Я боролся с ненавистью, с голосом, шепчущим заклятия, сжимал челюсти, не давая словам вырваться наружу, и при этом лихорадочно искал выход.
В конце концов, один вариант все же был. Вскочить и бросится прямо на Бритоголового. Выбрать целью только его. Застать врасплох, повалить на пол. Тогда это тормознет остальных и члены моей «семьи» успеют проснуться, вскочить на ноги. Да, скорее всего, лично мне это будет стоить жизни, но…
Я втянул воздух носом, собраясь резко, одним прыжком, подняться на ноги, чтоб осуществить свой безумный план.
Однако, видимо, стать героем мне не судьба. Особенно посмертно.
Я только успел глазом моргнуть и напрячь мышцы, как от шести пляшущих на полу теней, принадлежавшим «змеям», вдруг отделилась седьмая. Или она просто возникла из воздуха. Не знаю.
В любом случае, считать я умею. Вот —
