уже спишь, – сиплю я.
– Так все же? – настаивает парень.
Мне не хочется посвящать Влада в детали случившегося несколько лет назад, но, видимо, расспросов не избежать. Но хочу ли я об этом говорить? Не сорвусь ли в глупую истерику?
– Когда умер отец, я была разбита. Долгое время не могла прийти в себя, – я сажусь на кровать и смотрю в одну точку, так мне проще сосредоточиться. – Слава появился вовремя. Он был галантным, обходительным и крайне вежливым. Мне он понравился. У нас завязались отношения. Первая близость была ужасной, – мне неловко говорить об этом, но по мере рассказа, ощущаю, как меня "отпускает". – Я не могла расслабиться. Все было ничего, мы ходили в кино, гуляли. Но он стал пропадать все чаще и чаще, пока в один прекрасный момент не узнала, что я являюсь не самым удачным трофеем. Он поспорил на меня, Влад, а потом показал мои полуобнаженные снимки своим дружкам. Это было унизительно.
Влад ничего не отвечает, а лишь молча встает с кровати и подходит к окну.
– Где он сейчас? – от ледяного тона парня я вздрагиваю.
– В тот же год он уехал с родителями за границу, но куда именно, я не в курсе, – спокойно произношу я. – Да мне и не очень интересно это было. Мне было тяжело не из-за того, что небольшая компания людей увидела мои фото.
– Я понимаю, – тихо говорит он.
Неожиданно раздается звук захлопывающейся входной двери и громкий смех родителей.
– Приехали наконец-то, думаю, тебе лучше уйти, – дрожащим голосом произношу я.
– Ты права, – Влад поворачивается и долго смотрит на меня. Я жду, что он подойдет, поцелует, пожелает “спокойной ночи”, но ничего подобного не происходит. Беркут молча уходит к себе в комнату, оставляя меня с гнетущими и уничтожающими все на своем пути мыслями.
Глава 11 Есения
Эта ночь дается непросто. Я не ругаю и не виню себя за то, что произошло, но разъедающие ощущения в груди делают свое дело. Понимаю, что это совершила ошибку, но как же было хорошо. Я переспала с человеком, который пытается разрушить жизнь моей мамы. Кстати говоря, я абсолютно уверена, что фото постановочное, и Сергей не мог так поступить с мамой. Думаю, что настало время поговорить со своей родительницей. Я не хотела вмешиваться в их отношения, но и страдать маме из-за парня с темной душой тоже не могу позволить.
– Доброе утро, мам! – я вхожу в кухню, чувствуя приятный запах чего-то вкусненького. – Вау! Запеканка с изюмом? Мам, я тебя обожаю, – подхожу ближе и целую свою родительницу в щеку.
– Дочка, доброе утро! Присаживайся, сейчас сделаю кофе, – радостно говорит она, направляясь к кофе машине.
– Как у тебя дела? – несколько настороженно спрашиваю я, отправляя небольшой кусочек запеканки себе в рот.
– Ты имеешь в виду наши отношения с Сергеем? – спокойным тоном говорит она. – Мы поговорили. Все утрясли.
– Мам, а эта женщина…
– Это его секретарша, у них раньше были отношения, – непринужденно отвечает мама. – Фото старое.
– Значит, кто-то решил насолить вам. Есть предположения, кто бы это мог быть? – интересуюсь я, забирая кружку с кофе.
– Конечно, – уверенно произносит женщина.
– И кто же это? – вопросительно смотрю на нее, делая глоток горячего напитка.
– Сень, ну ты и сама прекрасно знаешь, – мама склоняет голову и мягко улыбается мне. – Влад, конечно.
Я едва не давлюсь кофе, потому как моя родительница говорит это таким обыденным тоном, будто мы обсуждаем погоду.
– И ты не держишь на него зла? – сыплю очередной вопрос.
– Нет, дорогая, – мама садится напротив и кладет себе в тарелку небольшой кусочек творожной запеканки. – Я думаю, что ему нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью, что в жизни его отца есть другая женщина. Рано или поздно он поймет, что Сергей не виноват в смерти его матери. И ему не останется ничего другого, кроме как принять жизнь такой, какая она есть.
– Мудро, – улыбаюсь ей в ответ, но оптимизма как у мамы в моем голосе нет. Честно говоря, я вообще не представляю, что должно произойти, чтобы Влад изменил свое отношение к отцу.
– Спасибо, малышка, я стараюсь.
Я рада, что не пришлось предупреждать маму о попытках сводного брата испортить им с Сергеем жизнь. Сейчас я смотрю на нее и вновь вижу счастливую женщину, которая любит и любима.
– Егор заедет за тобой? – спрашивает мама, убирая пустые кружки со стола.
– Да, – смотрю на часы, – кстати, уже должен был. А вот и он, – перевожу взгляд на мобильный, который лежит на столе, и принимаю вызов.
Парень чем-то обеспокоен. Я никак не могу уловить, в чем же дело, потому как Егор тараторит так, что понять что-либо мне не представляется возможным.
– Егор, подожди, – резко обрываю его. – Ты мне скажи, на базу ты приедешь?
– Да, просто забрать тебя не смогу, – в его голосе прослеживаются нервные нотки.
– Ничего страшного, встретимся там, – холодно отвечаю я и сбрасываю вызов.
Настраиваю себя на то, чтобы поговорить с Саяпиным и перестать давать ему ложные надежды. Егор хороший парень, но быть с ним я не могу. И дело даже не в том, что я ему изменила… Стоп! Чтобы изменить, нужны быть с человеком вместе. Нужно быть парой. Но я не считаю его своим парнем. Он ухаживал за мной, пару раз целовал, но на этом все. Я его воспринимала и продолжаю воспринимать лишь как друга. Хоть и не верю в дружбу между мужчиной и женщиной.
– Нет, мам, не заберет меня Егор. У него какие-то трудности, поеду на такси. Машину брать не хочу, а обратно уеду с кем-нибудь из ребят, – я поворачиваю голову и замечаю в кухне Влада, который наливает себе кофе. Мамы нет.
– Привет, – хрипло произносит он, нагло пялясь в мой откровенный вырез на топе. – Я подброшу тебя, только Янку заберем.
– Отлично, пойду собираться, – я пытаюсь унять сердце, которое разбушевалось только от одного вида Беркута, и быстро вскакиваю со стула.
Влад ведет
